QaF: last story from Pittsburgh

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Vince's sweet home

Сообщений 1 страница 20 из 29

1

Старое складское здание находится на окраине промышленного квартала Питтсбурга. Некогда пустое и заброшенное, сейчас оно отреставрировано и превращено стараниями Винса в помесь гаража, офиса и жилого помещения.
Первый этаж отведен для приема гостей. Здесь Марк принимает клиентов, встречает друзей, а так же собирает и разбирает свою любимую тачку. Гараж на два парковочных места. Большое светлое офисное помещение. Закрытая комната с архивными бумагами. Скромный тренажерный уголок. Огромная гостиная, в которой главное место отведено для дивана и здоровенной плазмы. Ультрасовременная, практически стерильная кухня.
На второй этаж ведет металлическая лестница без перил. На этом уровне находятся личные комнаты Винса, и тут гостей не ждут. В комнатах все отделано стеклом и хромом, белый цвет не просто царствует, он давит на глаза. Изредка его разбавляет оранжевый и зеленый.  Яркие подушки на кровати.  Любимый фикус в углу спальни. В фикусе без малого два метра ростом, и он - скотина привычная ко всему: к чаю, кофе, пиву и даже шампанскому.
Во всем доме - чистота и порядок.

0

2

Открыв глаза, Марк покосился на будильник. Пять минут до подъема, достаточно времени, чтобы медленно и со вкусом потянуться. За пол-минуты до того, как будильник принялся истошно и противно пищать, Винс отбросил одеяло в сторону и взялся за телефон, чтобы заранее придушить врага рода человеческого. Шесть утра. Отличное время. Марк снова потянулся, пару раз махнул руками, разгоняя остатки сонной дури, и принялся одеваться. Свет по привычке включать не стал, в огромные панорамные окна с неба заглядывала луна, работая не хуже любой люстры. Сбежать вниз, сделав на лестнице пару упражнений на растяжку. Прихватить на кухонном столе бутылку воды. Слегка прищуриться, потому что чертов фотодатчик перед входом врубит свет на полную катушку. Потыкать пальцем в телефон, выбирая что-нибудь жизнеутверждающее. И прихватить ключи от дома, это главное. Винс потоптался на крыльце, сунул айфон в карман ветровки и бодрой трусцой отправился на утренний моцион во круг квартала.
На небе ни облачка, погода отличая. Приятная свежеть и несильный ветер в лицо. Добежав до поворота, Винс остановился, чтобы осмотреться по сторонам. Пусто, тихо, прекрасно. И металлическая скоба на стене, словно предназначенная для упора ногой. Он сделал пару упражнений на растяжку, два десятка приседаний. Потом потянулся, наклонившись вперед и прижавшись лбом к коленям. Попрыгал и побежал дальше. Асфальт ровно стелился под ноги. На очередном перекресте Марк снова застыл, выбирая направление. Если бежать направо, то там будет булочная с вполне приличной выпечкой. А если налево, то через пятнадцать минут он будет дома. Винс мысленно прикинул список дел на сегодня, и решительно свернул к дому.
Забросив кроссовки в стиральную машину, он проторчал еще полчаса в тренажерке, выполняя ежедневный комплекс упражнений. Еще полчаса на душ и прочие процедуры. Марк кинул взгляд на циферблат часов, висевших над кофе-машиной. Отлично, минут сорок до выхода, тогда к девяти он будет уже в клубе. Нормальный завтрак - просто мечта. Ради этого Винс даже выучился готовить, ибо сам себя не полюбишь, ни кто не позаботится. И, размышляя о том, какой он замечательный, Марк извлек из холодильника приличного размера отбивную. Три минуты жарки с одной стороны, три - с другой. Между делом ткнуть в кнопки кофе-машины и сунуть хлеб в тостер. Марк втянул запах готовой еды и мечтательно улыбнулся, жизнь удалась, это точно.
Запихнуть посуду в посудомойку, вытащить кроссовки и запихнуть туда спортивный костюм. Винс засел в кабинете, проверяя автоответчик и просмотровая еще раз дела на сегодня. По всему выходило, что если Фримен не подсунет какую-нибудь срочную работенку, то сегодня можно было отдыхать, смотаться по магазинам, запастись жратвой на неделю, а вечером завалиться к Муррею в бар. А что, план как план. Он сгреб все бумаги в сейф, похлопал по карманам, проверяя, все ли взял, и отправился в гараж.

Частный клуб-казино "Second Chance"

Отредактировано Mark Vincent (2013-02-18 12:36:41)

0

3

Частный клуб-казино "Second Chance"===>

Бросив в прихожей куртку, Винс отправился на кухню. Первым делом, чашка кофе, а потом он будет думать. Дело, подсунутое Фрименом, выглядело откровенно дерьмово. А все благодаря кому? Тому самому Фримену. В ожидании, когда аппарат выплюнет чашку с пойлом, Марк облокотился на разделочный стол и крестил руки на груди. В принципе, задание было не самым сложным, но материться хотелось просто отчаянно. Детектив даже прикинул пару пассажей, но пришлось признать, что в данной ситуации он бессилен, просто пришла пора платить по долгам. Это то и бесило больше всего, потому что лично сам Винс себя должным не ощущал, но пойди объясни это Логану. Больше всего бесило, когда сыщика начинали путать со специалистом по проблемам семьи и брака, в таких случая Марк отказывался работать в категорической форме, не было ни чего хуже, чем влезть в семейные разборки на стороне одного из супругов-сожителей, все равно в итоге будешь виноват ты. Теперь же, чтобы детектив не нарыл, чтобы не нашел, чтобы не всплыло в ходе расследования, сообщать об этом заказчику не хотелось.
Наконец кофеварка пискнула, выплюнув в чашку струю густой почти черной жидкости. Винс вздохнул горьковатый запах, прихватил свою добычу и побрел в кабинет. Первым делом следовало связаться со знакомым федералом и попросить его прогнать фотографию через базу. Этот контакт теребить без повода не хотелось, потому что расплатиться потом обычно было сложно и хлопотно, но сейчас как раз пришел тот самый Очень Жопастый и Важный сучий Случай. Марк запустил компьютер и первым делом полез в почту. Ответа можно было ждать не раньше понедельника. Детектив раздраженно взглянул на часы. Фримен знал о тайных гулянках своего мальчика давно, минимум пару недель. Так какого черта он обратился только сейчас, когда и в кафе уже давно забыли о посетителях, и в институте никто не вспомнит о гостях, бывших на концерте, и вообще, почему надо было дожидаться выходных, чтобы рассказать суть дела? Он бы еще до Рождества проваландался. Из сбивчивых пожеланий Логана было понятно только одно: мальчика трогать нельзя. Вообще. Ни под каким видом.
Винс вытащил блокнот и раскрыл его на нужной странице. Из того, что ему нащебетали два охранника, полезного было не так много. Во-первых, мальчик и Мистер И стали встречаться не так давно. Встреч этих было не так много, по крайней мере, не так много их видели Вито и Карлос. На шифровальщика и знатного шпиона мальчик-колокольчик не тянул, так что количество встреч вполне могло оказаться правдой. Первый раз Мистера И охрана засекла в институте, но там на него просто не обратили должного внимания, фотографий не было. А вот встреча в "Ноте" уже явно было договорной, и это было интересно. Отношения развивались. Мальчик-колокольчик определенно сдурел. Или изначально был безмозглым. Винс больше склонялся ко второму варианту.
Он откинулся на спинку стула, отхлебнул кофе и уставился на часы, размышляя, есть ли смысл ехать в институт, чтобы там найти хоть кого-то, кто был на концерте и распространял билеты. По всему выходило, что это дело тоже лучше отложить на утро понедельника. Сейчас он мог только покопаться в своих бумагах в попытке найти след Мистера И, а потом, в обеденное время, нужно будет обязательно съездить в кафе и порасспрашивать официантов. Надежды на то, что местные вертихвостки вспомнят хоть что-то спустя две недели было ничтожно мало, но нужно же было с чего-то начинать. Проскользнула мысль о том, что мальчика-колокольчика, пусть даже с травмой детства так трагично сказавшейся на мыслительных способностях, было жалко. Но этот порыв был задавлен на корню. Это не его дело, даже если в один прекрасный день некий Калеб О'Донелл вообще исчезнет из Питтсбурга так, словно никогда и не рождался. Это. Не. Его. Дело. Что мальчик оказался еще большим идиотом, чем Винс заподозрил, когда изучал его подноготную. И вообще, какого хрена?
Марк потянулся за телефоном, покрутил его в руках, а потом решительно ткнул пальцем в нужный номер. Звонить он не стал, они не договаривались на сегодня с СиКей, и тот вполне мог быть занят. Поэтому он просто отправил сообщение и кинул аппарат на стол. Вот так, все. Все равно большая часть дел ушла на понедельник, в кафе он съездит, а вечер длинный. Повезет, будет еще и приятным. А теперь нужно было приниматься за дело. Винс встал, потянулся, расправляя спину, настроил будильник на полдень, сунул телефон в задний карман штанов и, прихватив с собой недопитое кофе, отправился в архив, копаться в старых делах. Сначала стоило поднять данные на мальчика-колокольчика, потом пройтись по старым делам, связанным с Фрименом, вдруг это ниточка оттуда. А потом... Потом видно будет.

+1

4

Данных на мальчика было не так много. Во-первых, Винс особо и не рыл в тот раз. А во-вторых, не счел нужным хранить всякий хлам, основные данные остались, да и ладно. В свете происходящего все выглядело так, будто и этого то много, стоило на всякий случай избавиться даже и от такой малости. Марк раздраженно захлопнул тонкую папку и сунул ее в каталог. Отхлебнул кофе, отправил чашку на ближайший несгораемый шкаф и задумался. Нет, с Логаном странный мужик с фото не был связан. У Винса был отличная память на старые дела. Он мог подзабыть детали, не вспомнить полное имя, но где и когда столкнулся к конкретным человеком - это он помнил прекрасно. И если фигурант не всплыл сразу, значит, по нему дело не велось и информация не собиралась. Значит, старые дела не помогут. По крайней мере, закрытые. А незакрытых было слишком мало. Детектив снова сделал глоток, а потом взял в руки распечатанную фотографию, согнул ее так, чтобы видно было только объект. Дела о разводах исключались сразу. Об изменах - тоже, иначе объект бы точно имел имя, фамилию или хотя бы место действия. Среди пропавших этого лица тоже не встречалось. Так откуда же знакомо лицо? Винс заглянул в пустую чашку и вздохнул. А с чего он вообще решил, что знает этого хмыря? Потому что таким было первое ощущение. Где-то видел. А видеть мог где угодно, хоть в соседнем магазине. Хотя нет, там не встречал.
В заднем кармане нервно задергался телефон, напоминая, что пора выбираться из пыльного архива. Марк плотно закрыл за собой дверь и открыл меню айфона. Специальная комната, оборудованная в подвале, практически не пропускала сигнал, и телефон временами приходилось перезагружать. Но в этот раз аппарат бодро чирикнул, сообщая, что пришло сообщение. Винс обрадованно хмыкнул, перебирая в уме места, куда можно было бы сегодня сходить. Просто посидеть в пабе? Нет, пива и табачного дыма не хотелось. Какая-нибудь выставка? Это надо было смотреть, а может быть, даже заказывать билеты. Он вдруг подумал, что никогда не ходил с Картером на что-нибудь этакое, вроде бродвейских постановок. Да он, собственно, и не знал даже, понравиться ли такое СиКей, а если понравится, что что именно. И решил, что нужно будет узнать что ли.
Пока шел до кабинета, набил ответное сообщение, и только нажав кнопку "Отправить" понял, что надо было написать иначе, совсем не так, вышло как-то двусмысленно. Скучаю по тебе или скучаю вообще? Он лично имел ввиду второй вариант. Да и ладно, Картер - не кисейная барышня, истерик не будет.
Винс присел на корточки в трех шагах от стены и провел рукой по гладкому полу. В свое время он не стал делать тайник в стене, прикрывая его по традиции картиной. За то сделал в стене приманку для особо любопытных. А сейф, довольно большой, хоть и неглубокий, был сделан в перекрытии пола. Оттуда детектив извлек маленький диктофон, фотоаппарат и ствол. Технику он проверил на предмет зарядки, из стола извлек чистые флеш-карты. Оружие покрутил в руках,  вроде бы, день не предвещал ни чего такого уж, что могло бы потребовать полного вооружения. Винс задумчиво провел ладонью по холодному стволу, а потом решительно достал наплечную кобуру и захлопнул крышку сейфа. Дела, связанные с Фрименом, всегда отличались некой непредсказуемостью и повышенным адреналином.
На выходе из дома он еще раз одернул куртку, проверил застежку у кобуры, и пошел в гараж. Тут-то его  и подловил телефон, издавший жуткий кошачий вопль. Как интересно, кто-то незнакомый. Марк посмотрел на номер, высветившийся на дисплее, и прищурился. Кто бы это был. Винс нажал на кнопку ответа.

+2

5

Ночной клуб

Такси едва свернуло с Либирти, а Картер уже погрузился в мысли. Он избегал их. Не знал, как точно их сформулировать. Сейчас это тоже сложно было сделать, но он пытался. Эмоций от того, что его выпроводили из клуба не было. Плохих не было. Ему дали ключи, что бы он ждал возвращения. Домой. Для кого как, но для Сикея это перекрывало все остальное.
Картер не следил за дорогой. Не думал о том, в каком районе живет Марк и как долго туда ехать. Он просто смаковал сам факт того, что оказался в таком положении. Этого было достаточно. Машина остановилась. Только теперь он мог осмотреться. Сначала расплатился с таксистом, и уже потом оглядел местность.
Окраина города. Или просто такой район. Понять было сложно, но таксист не мог ошибиться. Да и Картер прекрасно помнил адрес, который назвал. Прошелся по улице для успокоения. Было тревожно и вместе с тем приятно внутри. Достал сигареты. Долго изучал пачку, но потом снова убрал ее в карман. Вместо привычной сигареты в руке оказались ключи. Тоже стоило рассмотреть получше. Особенно брелок. Интересно, что бы сказали психологи о таком выборе? Картер этого не знал, но не улыбнуться не мог. Внутрь попал с первой попытки, удивляясь тому, что не забыл ничего из сказанного Марком. Наверное это было слишком важно. И то, на сколько это в самом деле было важно, понял, как только оказался внутри.
Картер привык к своей студии и не мечтал о большем. Странное отношение к собственному комфорту, но его все устраивало. Он предпочитал ценить комфорт не материальный, а эмоциональный. Не стал бы утверждать, что ему не нравятся красивые, дорогие вещи. Просторные комнаты с современной техникой и обстановкой. Но относился к этому ровно. До этого момента. Первым делом он попал в гостиную, в которой зажегся свет едва он переступил порог. Можно было ошибаться с предназначением комнаты, но это единственное, что сразу пришло в голову. По сути это было не важно, но Картер обалдел. Сюда легко могла вместиться вся его квартира. Целиком. И еще осталось бы место для парочки велосипедов. Он мог преувеличивать, но выглядело все именно так. Захотелось осмотреть сразу все. Узнать какие еще комнаты и помещения здесь есть. Внутри все переворачивалось и подталкивало к этому. И что-то останавливало. Тормозило так, что Сикей не мог даже шагу сделать. Стоял, вертя головой. Натыкался взглядом на что-то и улыбался. Хорошо, что сейчас его не видел Марк. Мог запросто подумать, что за три года, что они не общались, парень потерял остатки мозга и весь последний год тщательно это скрывал. Неприятная вышла бы сцена. Очень неприятная.
Картер снял кроссовки. Не торопился, как будто в этом процессе был смысл всей его жизни и им следовало сполна насладиться. С курткой произошло тоже самое. Все это выглядело небольшой кучкой на полу у входа уже через минуту. А еще через одну Сикей сидел на огромном диване, рассматривая такой же огромный экран плазменного телевизора. Вспомнил о планах на завтрашний день. О том, что говорил Марк. Провел руками по сидению, блаженно улыбаясь. Но это все. Хотя нет. Телевизор он все таки включил. Непривычно сидеть в полной тишине, когда под твоими окнами расположен итальянский ресторан и улица шумит круглые сутки независимо от времени года. Нашел какой-то музыкальный канал, не слишком вслушиваясь в музыку. Но для фона было в самый раз. Снова испытал желание облазить все. Не для праздного любопытства. Хотелось прикоснуться к каждой вещи в этом доме, потому что все они принадлежали Марку. Странное желание. И странный Картер. Решил, что сможет сделать это завтра, если ему позволят. Противоречил сам себе. Возможно что и ходу мыслей Винса тоже. Ведь отдал ему ключи и даже не сказал напутственного: "Ничего там не трогай". Сикей улыбнулся. На экране отрывалась Бритни под свою старую песню "I love rock-n-roll". Это не могло не навеять воспоминания. А следом за ними пришли те самые мысли, которые не хотели выстраиваться весь сегодняшний вечер. Если бы не случилось у Марка неожиданной работы, Сикей и не стал бы думать о таком. Не так скоро. Но она случилась. И парень задумался.
Весь прошедший год был странным сам по себе. Картер не мог решить чего именно хочет. Нет. Не так. Он знал, чего хочет, но не знал как к этому подойти. Отношения, которые складывались у них с Марком устраивали, кажется, обоих. И Картер слишком хорошо помнил самый первый разговор на эту тему, еще тогда заверив мужчину в том, что его устраивают все условия. Как можно было говорить о чем-то большем после такого? Правильно. Сикей не говорил. Но теперь прошло время. Много времени. А он по прежнему сомневался. Решиться помог совет друга, который исчез из поля зрения около месяца назад. Но Картер решился. Не зря же он весь сегодняшний вечер думал и даже намекал вслух на это. Даже отважился на разговор, который по его разумению должен был состояться завтра. Возможно именно здесь. На этом диване. Кто знает? И вот теперь сомнения прибавляла работа Марка.
Картер никогда не вникал в нее. Не лез. Так будет точнее. Его очень интересовало чем именно и как занимается Винс, но еще пять лет назад он уяснил, что человек должен рассказывать только то, что считает важным и нужным. Например. Сикей мог болтать без остановки рассказывая какую-нибудь чепуху. Но он мало говорил о своих друзьях. Не хотел впутывать в их отношения с Марком других людей. Странное желание. Но ему было приятно проводить время только с ним, не упоминая никого больше. Только вскользь. Только мельком. Этого было достаточно. Поэтому парень считал, что Марк расскажет все сам. Если сочтет нужным. Любопытство подождет, потому что это не самая важная эмоция. И вот теперь он столкнулся с этой стороной жизни любовника лицом к лицу. И вот к чему это привело. Это не было чем-то сверхъестественным и неправильным. Картер это понимал. Но не понимал, как наличие личной жизни отразится на том, чем занимается Марк. Это было важно. Это просто было. И тут Картер со своими словами и идеями о тонких чувствах и желании быть рядом. Не важно где. Не важно при каких условиях. Просто вместе. Отношения требуют участия двух сторон. Это понятно. Они требуют стараний. Усилий. Уступок. Понимания. Сикей это знал и принимал. Что думает по этому поводу сам Марк парень не знал и не мог знать, потому что не спрашивал. Теперь сомневался в том, что это вообще стоит делать. Просить человека впустить тебя в свою устоявшуюся жизнь это все равно что взвалить на него ответственность. А если он ее не хочет?
Картер устало потер виски. Алкоголь уже давно отпустил, но понял это он только сейчас. Правда не понял, как долго сидел на этом чертовски огромном диване. Наверное долго. Шум от телевизора начал давить на мозг. Он был слишком перегружен важными мыслями и не воспринимал посторонний шум. Можно было остаться здесь. Растянуться и уснуть. Может подумать о чем-то более жизнеутверждающем. Картер подумал. О постели. Теплой. Так сказал Марк. И о душе. Это было бы очень кстати. Парень огляделся. Посчитал, что лестница на верх означает то же, что и в его студии. Выключил плазму и пошел отмерять ступеньки. Теперь по сторонам особо не смотрел, но спальню и ванную нашел. Кажется не ошибся. Хотя от куда ему было знать, что и как здесь устроено? Свет включил только в ванной. Лишь из-за необходимости. Глазам тоже стало не комфортно и Сикей поймал одну единственную мысль, не имеющую ничего общего с прочими. Много думать вредно для головы. Для всего. Но даже прохладный душ, под которым Картер стоял довольно долго, не принес ничего положительного. Телу стало легче и приятней. Но мысли остались прежними. Не изменилось это и после того, как он забрался на кровать и нырнул под одеяло. Нет. Все же еще одна мысль было. Сквозь улыбку и с какой-то нежностью. Что у Марка все такое же большое, как он сам. Картер тихо рассмеялся. Обнял подушку. Уставился в огромные окна, даже не думая про сон. Была усталость. А сна не было. Как всегда. То, что ты хочешь больше всего, никогда не оказывается под рукой в нужный момент. Но он все же прикрыл глаза, втягивая носом запах, исходящий от подушки. Надеялся, что мысли сменятся более приятными и он все же уснет. Или нет.

+2

6

Винс вел машину медленно и осторожно. Так, словно крался по улицам то ли кого преследуя, то ли наоборот, скрываясь самостоятельно. Он не особо спешил, ему просто жизненно важно было подумать. О том, что было. Об объекте, Калебе, обо всем увиденном сегодня. Разложить по полочкам полученную информацию, провести частичный анализ, попробовать понять, что же он сегодня видел. Да собственно, ничего особого он и не узрел. Объект и мальчик-колокольчик встречались более-менее регулярно, как минимум раз ходили в клуб. И не просто в клуб, а клуб по Теме. Бабка, выгуливавшая собачку, признала по фотографии Калеба, сказав, что видела того сегодня днем.  Картина складывалась более чем странная. Нет, как раз в том, что один из экспертов полиции шляется по вечерам по клубам и увлекается БДСМ, странного ничего Марк не видел, у каждого есть мелкие грешки. Странно было то, что он в такое место потащил за собой совершенно зеленого мальчишку, заранее его не подготовив к такому зрелищу. А что не подготовил, было видно за километр. Потом детектив долго и нудно таскался по улицам за объектом, пока тот, наконец, не угомонился и не зашел в один из вполне себе приличных жилых домов в более чем приличном районе. Детектив пометил адрес, потом еще пять минут обсуждал повадки и болезни маленьких собачек с дамой, гулявшей около дома. От нее и узнал, что "старый приятель, вместе слушали курс по криминалистике, вот такой парень, не из ЭльЭй случайно" был вовсе иностранцем. Каким именно, старушка не знала, так как не сильна была в акцентах и диалектах. За то точно, знала, что милый тихий мальчик из квартиры этажом выше, не был другом Винса. Он еще минут пять печалились о быстром течении времени, после чего мужчина вызвал такси, чтобы вернуться к клубу и забрать машину.
Еще Винсу требовалось время на то, чтобы обдумать то, что будет. Он первый раз возвращался к себе домой. И там, дома, его должен был ждать Картер. Или уже не ждать, а спать, потому что время было позднее. Марк представлял себе, как Сикей бродит по его дому, прикасается к вещам, что-то передвигает, что-то переставляет, моется в его душе и теперь пахнет его шампунем. И понимал, что совершенно идиотски улыбается. Тупой, до невозможности дибилоидной улыбкой. И почему-то абсолютно по-детски радуется тому, что выглядит как дурак. Логики в этом не было никакой. Он подумал и решил, что на хрен всю эту логику. За то он в первые за последние пять лет смотрит при подъезде на окна своего дома проверяя, горит ли свет, или Картер уже видит третий сон. Свет не горел, и захотелось мгновенно оказаться под одеялом, прижаться к теплому боку, сграбастать сонное тело в охапку и отрубиться разом часов на двенадцать.
Марк подождал, пока откроется дверь гаража, и загнал машину на место. Ключей от основной двери у него, конечно же с собой не было, но плох тот хозяин, у которого нет иного пути домой, кроме парадного входа. Так что через пару минут Винс уже проверял сигнализацию, активировал ее на ночь и пошел в кабинет. Дело все же следовало доделать до конца, хотя он долго колебался между коридором до рабочего места и лестницей наверх. В итоге решил, что все равно ему надо обязательно в душ, а шуметь наверху и будить Сикея не хотелось. Да и не так уж это долго, разобрать фотографии, состряпать отчет о прошедшем дне и изложить полученную информацию, коей было не так уж и много. В этим детектив управился за двадцать минут, предварительно проверив почту, ответа от федерала ожидаемо не было до сих пор. Он еще раз посмотрел на отобранные фотографии: Калеб в окружении кожи, объект в клубе, объект на улице, объект с Калебом, объект без Калеба - ничего особо выдающегося. Глядишь, Логан, прочитавший отчет с утра, ни кого в расход и не пустит. Он отправил письмо и выключил компьютер. Все, баста, дела закончены.
Винс потянулся и споро ринулся в душевую смывать с себя запахи чужого одеколона, духов, табака и улицы. И чуть не споткнулся на пороге комнаты о кучу какого-то тряпья. Замер. И тихо рассмеялся. Вот оно, здравствуй совместная жизнь.  Курта и кроссовки прямо на дороге. Вдруг накатило облегчение, Картер тут, в его кровати - это реальность, не сказка, не бред. Он действительно спит сейчас наверху. Боже, хорошо то как. Винс наклонился, поднимая вещи любовника с пола и аккуратно повесил куртку на вешалку, а обувь поставил на пол у двери рядом со своими кроссовками. А потом отправился туда, куда шел, мыться. Всю одежду широкой рукой он сунул в стиральную машинку, а сам после помывки только вытерся. Чего одеваться, все равно сейчас спать.
На верху стояла тишина и темнота. Марк практически на цыпочках прокрался в свою спальню. На кровати обнаружился кокон из одеяла и значит там теоретически должен был быть Картер. Винс застыл в дверях, улыбаясь. Блядь, он умиляется, что ж твориться, то. Пять шагов от проема до угла, еще два шага, чтобы встать сбоку от кровати. Мужчина аккуратно приподнял одеяло и нырнул в тепло. Замерев на мгновение, он пододвинулся вперед, ближе к центру матраса и аккуратно ладонью коснулся спины. Картер. Он уже более уверенно продвинулся вперед, пока, наконец, не прижался грудью к спине, не закинул руку сверху, не положил ладонь на едва вздымающуюся грудь, не погладил пальцем мягкий сосок. Он дома. Наконец.

+2

7

Лежать с закрытыми глазами оказалось не так хорошо и приятно. А хотелось бы. Картеру подумалось о странностях человеческого организма. Пока он учился на медицинском, начитался и повидал всякого. Разного. Безобразного. Странного. Невероятного. Еще больше этого было теперь, когда он работал в хосписе. Но все это происходило с другими людьми, поэтому доля скепсиса все же оставалась. Теперь речь шла о нем лично. И его личный организм удивлял все больше и больше. Он не спал прошлой ночью. Утром не удалось поспать и нескольких часов. Но ни о каком сне даже думать не хотелось.  Не было лености и вялости в мышцах, когда веки опускаются сами собой. А смотреть в темноту что за радость? Картер решил, что огромное окно для созерцания подойдет лучше. И само собой ни кому бы и в голову не пришло то, о чем думал сейчас Сикей.
То, что Марк работал ночью ложилось на сознание гладко. Не задевало никакие потаенные страхи. Струны и прочую атрибутику человеческой натуры. То, что любовник остался в ночном клубе ужасало самом себе. То, что этот клуб был из разряда "Накажи меня, папочка!" увеличивало предыдущее ощущение раза в три. Может в четыре. Дальше Сикей считать не решился, боясь за свои фантазии. Сейчас все было не так как, к примеру, четыре года назад. Ощущения были другими. И отношения тоже изменились. Марк стал спокойней. Уверенней. В себе или в окружающем его мире. Не важно. Главное, что это чувствовалось. Картер это чувствовал и ему было хорошо. Без посторонних мыслей о ком-то третьем. Четвертом. Дальше Сикей считать не решился. Боялся уже не за свои фантазии. За собственную решимость. Все равно дело было не в сомнениях и домыслах. Просто Картеру хотелось, что бы сейчас мужчина был рядом. Находиться одному в его доме было странно. Непривычно. И от того одиноко. Последнее чувствовалось из-за неопределенности, которую хотелось разрешить. Боялось. Но очень хотелось. Стоило оставить эти мысли на завтра. А вот о том, что будет завтра помимо разговором можно было бы подумать.
Сикей улыбнулся. В голове крутилось столько всего нежного и приятного, что он поерзал под одеялом. Как будто это могло помочь почувствовать все лучше. Стало тепло. Не снаружи. Внутри. Очень хорошо и спокойно. Как будто Марк был рядом. Так и было. Потому что вокруг были его вещи. Они принадлежали ему. Пахли им. Или он пах ими. Например гелем для душа. Картер насладился его запахом сполна, пока мылся. Правда у зубной пасты не было никакого необыкновенного запаха. Но ей Сикей тоже воспользовался на манер ополаскивателя для рта. Все эти нюансы и мелочи представали сейчас в образе самого мужчины. Это не возможно было описать. Не возможно было понять. Только почувствовать. Картер чувствовал. А потом увидел улицу. Огни машин и ночных клубов. Каких-то людей. И Марка. Сон казался странным. Но не был тревожным. В последнее время такое случалось часто. Тайные страхи и желания находили выход когда сознание отдыхало. Что-то из области психологии в которой Сикей никогда не был силен. Так ярко, что ощутил на себе прикосновение теплой ладони. Интуитивно потянулся к ней. Накрыл своей, сплетая пальцы. Подтянул к себе, втягивая носом запах, как будто вздыхал. Коснулся губами, все еще находясь в своем странном сне. Таком живом. Таком настоящем.
- М-м-м-марк, - звук собственного голоса прогнал дремоту. Но еще не до конца. Картер повернулся на другой бок. Не открывая глаз. На ощупь провел ладонью по теплой груди. Плечу. Коснулся шеи и уткнулся носом в ее основание, - Который сейчас час? - не имело значения. Имело. Но ни это, - Устал? - сон отступал, но открывать глаза по прежнему не хотелось. Сикей провел пальцами по плечу. По руке. Спустился к груди и обнял любовника, прижимаясь к нему и мягко целуя ключицу. И вдруг рассмеялся. Совсем тихо, - У тебя здесь все такое большое, - тоже тихо. Как будто еще не совсем проснулся. Но от того, как губы касались кожи при каждом звуке сон пропал окончательно.

Отредактировано Carter Kirk (2013-03-20 22:37:01)

+1

8

Теплый сонный разомлевший Картер. Что может быть лучше после дурацкого вечера. Лично Винс замены не знал. Сикей завозился у него в объятиях, перевернулся, уткнулся носом в грудь. От теплого влажного дыхания по коже прошлась толпа мурашек. Марк даже не особо прислушивался, что он там бормочет, потому что тихо млел от того, что сейчас прижимает к себе любовника, медленно гладит по спине. От того, что напряжение, ведшее его последние часы следом за объектом, медленно отпускало, отступая перед теплом, которое дарил Картер. Винс чувствовал, как расслабляется тело, напряжение покидает мышцы, проблемы дня растворяются в неге и тишине. Он тихо потерся носом о волосы Картера, а потом поцеловал того в макушку. Помассировал своему мальчику шею, медленными, ленивыми движениями. Пригладил острые лопатки. Хотелось как можно дольше удержать состояние безмятежности. Раньше они спали вместе, просыпались вместе. Но никогда еще он не возвращался к Картеру после работы. Это было очень странное ощущение, но он Марку чертовски понравилось. Понравилось на столько, что Марк впервые задумался о том, как бы его не просто повторить, но сделать регулярным.
- Я вернулся, - почему-то он говорил почти шепотом, - сколько времени - без понятия, кажется час или уже два?
В спальне у Винса не было часов, единственный хронометр, который он признавал, был в сотовом. Там же был и будильник. Но сегодня айфон остался валяться на столе в кабинете за ненадобностью. Хотя нет, Марк про него просто забыл. Он поднял руку, пригладил непокорные вихри, пальцем прошелся по краю уха, аккуратно, едва касаясь костяшками пальцев, погладил щеку.
-У тебя здесь все такое большое
Винс тихо, почти неслышно рассмеялся. Он никогда не задумывался о размерах своего жилища. Просто когда зашла речь о том, что ему надо где-то жить, хранить документы, принимать посетителей и держать кучу нужного барахла, то выяснилось, что платить за аренду такого количества помещений будет гораздо дороже, чем просто купить обветшавший старый склад, а потом постепенно его переделать. Не сразу, но он добился своего. Чтобы в итоге выяснить, что у него слишком мало вещей, чтобы заполнить все имеющееся пространство.
- Я и сам не маленький. Знаешь, в детстве я с матерью жил частенько в сущих клетушках. И мне все время было мало пространства. Негде было бегать, играть, беситься. И тогда я пообещал сам себе, что когда вырасту большим, то у меня будет очень большой дом. Такой большой, что в нем можно будет даже играть в баскетбол или бейсбол. Ну, бейсбольной площадки у меня, конечно, нет, да и игры с тех пор сменились.
Винс сместился чуть вниз, провел пальцем по линии подбородка. а потом чуть приподнял голову Картера лицом вверх. Как же хорошо вернуться домой. Просто упоительно. Он целовал своего любовника медленно, спокойно, легко касаясь языком губ, чуть надавливая, не пытаясь раздвинуть их и пробраться внутрь, сделать поцелуй глубже. Потом чуть отстранился и проговорил, почти губы в губы.
- И да, я устал. Дурацкое занятие - таскаться за кем-нибудь по улице, изображая, что ты тут вовсе не при чем, просто мимо проходил. Особенно, если этот кто-то и сам бродит бесцельно. Самое мной не любимое. Очень от него устаю. Здесь.
Он обхватил ладошку Картера и приложил ее к своему лбу. А потом опустил ниже, чтобы было удобнее каждый пальчик ласкать и перебирать языком, губами. И выдохнул, едва слышно.
- Черт, я так рад, что ты здесь.

Отредактировано Mark Vincent (2013-03-21 12:53:20)

+2

9

Марк не был маленьким. Это правда. Зато Картер чувствовал себя именно так. Каждый день доказывал, что он уже вырос. Принимал важные решения. Делал что-то, что бы помочь другим. Общался с десятками разных людей. Обсуждал чьи угодно проблемы. Только не свои. Разговаривал на всевозможные темы о которых имел собственное суждение. И оно было достойно взрослого человека. Сикей знал это. И то, что в закрытой зоне под названием "Марк" ощущал себя ребенком. Самым настоящим. Беззаботно. Безмятежно. Весело. Забывая о проблемах и не желая говорить о них. Так легко, что Картер начинал плавиться под прикосновениями. Мягкими. Едва ощутимыми. Безумно приятными. Для полноты образа оставалось только тихонько промурлыкать. Свернуться калачиком под большой теплой ладонью Марка и уснуть у него под боком. Картеру никогда бы это не удалось, пока мужчина говорил. А о чем он говорил! Странно. Очень странно. Слушать что-то из его прошлого. Сикей слушал и представлял. Каким ребенком был Марк. Это вызывало улыбку. Желание узнать больше. Спросить о чем-нибудь, связанном с его детством. Но не сейчас. Не тогда, когда губ касаются мягкие губы. Целую так нежно, что тело начинает охватывать дрожь. Она не ощутима, потому что начинается где-то внутри.
Картер сделал глубокий вдох. Наконец-то открыл глаза, что бы увидеть лицо Марка совсем близко. Снова слушал. Чувствовал уже не радость, а какую-то грусть. Легкую, но ощутимую. А потом наблюдал за собственной ладонью и движением чужой руки. Затаив дыхание и стараясь, что бы сердце билось ровнее. Получалось плохо. От влажных прикосновений не хотелось думать об усталости. И о работе Марка тоже не хотелось. Сикей снова рассмеялся. Высвободил ладонь. Провел кончиками пальцев по щеке любовника. Обвел скулу.
- Где же мне еще быть, Марк? - смотрел прямо в глаза. Понимал, что вопрос получился двусмысленным. Да. Он не хотел быть где-то еще. И мог быть везде, где угодно. В любом месте. В любое время. Но только рядом. С ним. Хотел этого больше всего. Но сказать вот так, сейчас, не решался. Поэтому улыбнулся. Приподнялся. Легонько надавил ладонью на плечо мужчины, заставляя лечь на спину. Навис сверху, заглядывая в глаза, - Ты и правда устал. Не помнишь, что сам дал мне ключи и сказал, что бы я ждал тебя? Здесь. В твоей квартире. Или доме? - рассеянно огляделся, - Я не знаю, как это называется. В общем. У тебя, - с каким же трепетом это отозвалось сейчас внутри. Картер снова взглянул на любовника. Слегка прикусил его подбородок. Потом коснулся его губами. Прошелся по скуле до виска, оставив и на нем мягкий поцелуй. На переносице. И другом виске. Опустился к уху, обхватил губами мочку, как будто облизывая. Провел кончиком носа по шее, вдыхая запах теплой кожи.
- Ты вкусно пахнешь, - лизнул ключицу. Как будто хотел проверить, что вкус ничем не отличается от запаха, - Очень, - выдохнул на грудь. Опустился еще ниже и нырнул под одеяло, подтягивая его верх и скрываясь с головой. Под ним было слишком жарко, а запах тела усиливался в несколько раз. Он был густым и горячим. Проникал внутрь через ноздри. И невозможно было лишить себя этого. Картер не мог. Оглаживал ладонями грудь. Спускался вниз по бокам. Прикасаясь почти не ощутимо, как будто изучал. Как будто. Потому что уже давно успел запомнить в точности каждый изгиб, каждую возвышающуюся на теле мышцу. Но все равно продолжал пробовать. Касался губами и языком. Скользил по коже, задевая соски. Опускался ниже, что бы приласкать пупок. Выцеловывал низ живота, старательно избегая прикасаться к члену. А потом двинулся обратно, оставляя поцелуи вверх по телу. Выбрался из под одеяла, что бы еще раз провести по шее кончиком носа и поцеловать в щеку.
- Ты сказал час или два? Может тогда будем спать? - прошептал на ухо. Тихо-тихо. Провел пальцами по ложбинке на груди. Пробежался по животу. Осторожно коснулся члена. Обхватил его в ладонь, делая одно неспешное движение вверх-вниз. Чувствовал, как губы расплываются в озорной улыбке. И это было самым малым, что Картер чувствовал сейчас.

+2

10

Винс откинулся на спину, подставляясь под ласки. Закинул руки за голову и довольно прищурился. С одной стороны, ему было жалко, что он все же разбудил Картера, не дал тому поспать. А с другой стороны его уговаривали тонкие сильные пальца, жесткие ладони, мягкие губы и очень озорной язычок. Марк блаженно улыбнулся. В конце концов, завтра воскресенье, и им ни куда не надо идти, выспятся. Он раскинул руки в разные стороны и чуть раздвинул ноги.
- Устал. Ручки-ножки не поднять. Совсем устал. Ооооо..... - он протяжно и жалостливо застонал, одним глазом наблюдая за шевелениями Картера. Тот видимо, проснулся окончательно, потому как проявил неожиданную активность. Не то, чтобы Марк возражал.
Возбуждение поднималось медленно, неспешно, теплой волной на встречу умелым рукам и губам. Пока Картер целовал шею, Винс задержал дыхание и приоткрыл род. Воздух вдруг стал слишком плотным и сухим, застревал в горле, почти не доходя до легких. Мужчина медленно поднял руку, желая зарыться пальцами в волосы любовника, но тут же ее уронил, вспомнив, что он же устал, у него вообще ни чего не стоит. Хотя на счет "ничего" он явно сильно погорячился. Пах обдало огнем, бедра свело судорогой и пришлось приложить изрядное усилие, чтобы остаться неподвижным. Винс снова был напряжен, но это было совсем иное ощущение, приятное, чуточку щекочущее, и охренительно возбуждающее. Мужчина судорожно вздохнул, казалось, будто вся кровь в организме за исключением той, что сейчас стремительно собиралась в паху, следует строго за языком Картера. Вот горячая волна обошла вокруг пупка, очертила дугу по низу живота, потом устремилась к шее. От дыхания на коже, от мягких прикосновений, от легкого царапанья щетины. Вообще от того, что происходило. И от того, что Марк не давал себе шевелиться, подчиняясь, отдаваясь ласкам Сикея. От всего этого разом сносило крышу, мозг не мог выдать ни единой связной мысли. Марк жил одними ощущениями. Поэтому чтобы вникнуть в суть вопроса, ему понадобилось время. Много времени, целых полминуты. На то, чтобы понять, что Картер что-то сказал. Потом открыть глаза. Перевести дыхание. Облизать губы и задышать чуть ровнее. Приподнять голову. Столько дел, и так мало времени.
- А?
Естественно, что он не успел все переделать. И уж тем более, вникнуть в суть вопроса, не говоря уж о том, чтобы еще и ответить. Он тут же со стоном откинуться назад. Вот же, засранец. Да-да, Винс старенький, Винс устал. Совсем старенький, потому что пришел домой, весь из себя такой домашний и расслабленный. И совсем не ждал такой западлянки от своего мальчика. Тот вообще должен был спать. И Винс бы спал рядом. Ну ничего, вот сейчас он опозорится, и уснет с чистой совестью. Потому что это все Сикей виноват будет.
Марк рассмеялся тихо и слегка нервно, резко выдохнул и выкинул вообще все мысли из головы. Хрен ли, кайфовать, так по полной программе.
- Да. Я уже совсем старенький и усталенький. Так что ты там давай сам как-нибудь. А я вообще отдыхаю.
И еще чуть раздвинул ноги, чтобы Картеру было удобнее самому и как-нибудь.

+2

11

- А?
Обычно Сикей реагировал так на вопросы Марка. Особенно если перед этим тот доводил его до исступления своими поцелуями и прикосновениями. Много времени для этого не требовалось, потому что Картер очень быстро скатывался до состояние глубокого идиотизма. Очень трудно было думать о чем-то серьезном когда все мысли занимал один человек. Сейчас выходило, что они поменялись местами. Это было приятно. Возбуждающе. И странно. Потом снова приятно. Снова странно. И смешно. От слов любовника. Картер услышал их, изучая губами впадинку за мочкой уха.
- Сам? - он оторвался от умопомрачительного занятия и посмотрел на Марка, - Так вот значит какие у тебя фантазии, Марк? Ты мне не говорил, - прошептал и склонился к его губам. Провел между ними кончиком языка и приподнялся, - Так может перевернешься? - секунда. Вторая. На большее Сикея не хватило и он рассмеялся, наблюдая за выражением лица своего любовника. Снова провел губами по его шее к мочке уха, - Значит устал? Кто-то меня обманывает, - разжал ладонь. Пальцами обвел головку. Спустился ниже, скользнув по внутренней стороне бедра, - И кто-то с тобой не согласен, - слегка прикусил мочку уха, - Но будем считать, что я этого не заметил. Я такой невнимательный в последнее время, - вздохнул. Даже расстроился такому упущению со своей стороны, - Ты старый. Я невнимательный. Что мы делаем вместе? Так нельзя. Мне нужен кто-то помоложе. А тебе кто-то более заботливый. Что бы снимал усталость и не мешал отдыхать - жестокая правда. Если бы это было правдой. Картер расплылся в улыбке. Облизал губы и приблизился к лицу Марка. Но так и не поцеловал, - Того, кто всегда рад меня видеть, я уже нашел, - почти коснулся его губ своими и снова спрятался где-то внизу. Под одеялом. Не стал задерживаться на теле. Только отставил несколько влажных неторопливых поцелуев на груди и животе. Опустился к паху, вытягивая язык. Словно контуром очертил твердым кончиком границу по низу живота и сгибу ноги. Коснулся яичек проводя ладонью по члену и прижимая его к телу. Потом с другой стороны. Так же медленно. Никуда не спеша. Куда ему было спешить? Разве что Марк мог действительно уснуть от этого неторопливых движений. Было бы обидно. Но пикантно. По своему.
Картер удержал в себе порыв рассмеяться, жарко выдыхая на член любовника и целуя его у снования. Прошелся пальцами по бедру. Слегка надавливая, как будто массируя кожу. Опустился по ноге. Перебрался на внутреннюю часть, что бы подняться вверх. К яичкам. Огладить их, едва касаясь. И опереться ладонью о кровать. Приподняться, разжимая и вторую руку, придерживающую член Марка. Скользнуть по нему языком и обхватить губами головку. Совсем немного вбирая ее в себя. Плотнее сжимая губы и приподнимая голову. Чувствуя как туго мягкий край скользит по ним. Стало жарко. Невыносимо. Еще больше от того, что Сикей чувствовал внутри. Что хотел почувствовать. Он снова обхватил пальцами член любовника. У самого основания. Едва коснулся губами верхушки, как будто целуя. Влажно. С наслаждением. Спустился губами до самого корня. По очереди облизал яички и приподнялся. Перевел дыхание. Огладил ладонью бедро. Немного выше. Надавливая подушечками пальцев. Лизнул головку. Обвел языком по краю. Пощекотал кончиком крошечное отверстие на верхушке и вобрал член в себя. Постепенно. Опуская голову все ниже. До самого конца. Теперь обе ладони скользили по телу Марка. Бедра. Живот. Выше. И обратно. Пока Картер не почувствовал, что нужно дышать. Сущие пустяки. К сожалению необходимые. Он не стал выпускать член изо рта полностью. Прерываться не хотелось. Немного приподнялся, что бы ослабить ощущения в горле. Но не на долго.

+2

12

Вот же. Пустил козла в огород. В смысле, Картера в свою кровать. Винс смотрел в хитрющие глаза и думал, что решение отдать Сикею ключи от дома было гениальным. Давно надо было сделать, все равно второй комплект валялся в ящике кухонного стола без дела.
- Так может перевернешься?
Он вскинул бровь, вслушиваясь в вопрос. Смысл дошел не сразу. Марк хмыкнул, и уже совсем было собрался перевернуться, как Картер вдруг захихикал. Вот же засранец. Как ни странно, Марк ни чего не имел против того,  чтобы как-нибудь поменяться ролями с Сикеем, почему бы и нет. Он никогда не воспринимал секс как средство самоутверждения, доминирования. В конце концов, Картер умудрялся неплохо рулить и будучи внизу, ему это совершенно не мешало. Нет, с незнакомыми партнерами о таком и речи не шло, но это же был Картер. Его Картер. Тот самый, что сейчас уверенно держал в своих руках одну из самых важных частей Винса. Тот самый, что жарко шептал разнообразные глупости прямо в ухо. Тот самый, что скользил губами по шее и прижимался всем телом к боку. Тот самый, что сейчас провокационно облизывался в опасной для себя близости от губ Марка.
- Зачем мне другой? Мне нужен как раз такой невнимательный, который не заметит, что я - усталый старикашка в поисках того, кто будет ему охуенно рад.
Винс завел руки за голову и вцепился в спинку кровати, чтобы не сорваться, не схватить Картера, не сделать ни одного лишнего движения. Он старый. Он немощный. И он сегодня не будет шевелиться. Ни за что, и пусть сдохнет от перевозбуждения. Картер его обязательно потом воскресит.
Движения любовника дарили негу, это не было сражением или завоеванием, Винс просто тихо плавился и тек от прикосновений, подчинялся горячему языку. Закрыв глаза, он отдавался на волю собственных чувств, смаковал их как марочное коллекционное виски: медленно, вдумчиво, с полной отдачей. Вот легкая дрожь кожи, когда Картер погладил бедро. Вот судорога, заставившая поджать яйца, когда Картер прошелся по ним языком.  Вот тягучее напряжение в паху, граничащее с болью, когда головка скользнула по небу, ткнулась в горло. Марк раз за разом слизывал с собственных губ стон и едва заметно улыбался. Ему чертовски нравился такой Сикей. До кругов перед глазами, до стиснутых пальцев, до хриплого стона. Нравилась и неторопливость, и основательность, и методичность.  Твою ж мать, да он сейчас вообще готов было любить весь мир. Правда мир этот был совсем маленьким, не больше рта Картера. Нет, чуть больше, еще же руки. Ловкие, нахальные, умелые, ласковые руки.
Возбуждение в паху уже не отзывалось ласковой щекоткой. Оно жгло, туманило голову, затмевало собой все пространство. Винс уже не помнил, есть ли у него ноги и руки. Зато точно знал, что у него есть Картер. И хрипло выдохнув, он кончил. Не понимая, что стиснул спинку кровати. Не осознавая, что с силой зажмурился. Все, на что его хватило, так это не дать бедрам рвануться вверх, вбиваясь в такой потрясающий теплый и влажный рот.
- Картер!

+2

13

Эмоции зашкаливали. Картер не мог понять от чего именно. От того, что он делал? От того чей член скользил сейчас между его губ? Терся о язык и давил на горло. Или от того, что это происходило под одеялом, которым укрывался Марк? На его кровати. В его спальне. В его доме. Картер почувствовал как вдоль позвоночника прокатывается рой мурашек. Один. Второй. Третий. Странная ночь. Сегодня он постоянно считал. Удивительная закономерность. И совершенно бессмысленная. Какая разница почему такое происходит? Главное что Картер знал. Без средней составляющей этого тройного уравнения он бы не ощутил и трети эмоций. Что ж такое-то!? В голову опять лезли цифры. Сколько они уже были вместе? В смысле встречались. Время от времени. Снова. Сколько раз Марк называл его по имени. Например сегодня. Сколько раз Картер произнес четыре заветных буквы. Сколько раз поцеловал. Как долго находился под одеялом. И сколько времени могло пройти, если пальцы начинали гореть от постоянного соприкосновения с кожей. Скольжения по телу. А дышать хотелось в два раза сильнее обычного.
Сикей думал. Отвлекался. Но после очередного движения приходил в себя. Сколько бы времени не прошло, он хотел быть здесь. Нет. Не под одеялом. Иначе он рисковал задохнуться. Или Марк рисковал. Непонятно чем. Но чем-нибудь. Наверняка. А он хотел совсем ни этого. Хотел, что бы Марк расслабился. Получил удовольствие. И перестал говорить о том, что он старый. Как будто возраст мог иметь значение!
Понятно. Тебе 90 и все твои члены включая "тот самый" трясутся при каждом движении. Да. Это старость. Без сомнений. Пора подумать о вечном. Выбрать венок. И принять пару грязевых ванн. Что бы привыкнуть к земле. Составить завещание. Сесть в кресло-качалку и ждать. Идеально!
Но когда твой член едва помещается в чужом рту. Все время норовит проскользнуть в горло, находя там себе место. Когда спустя какое-то время начинает дрожать от того, что ты кончаешь. Это называется как угодно. Но только не старость и усталость. Этим и не пахло. Пахло чем-то влажным. Сладковатым. Вяжущим. Нужно было сказать об этом Марку. Но мама учила Картера не разговаривать с набитым ртом. С разговорами можно было подождать. До утра. В самый раз. Сикей предпочел насладиться запахом. И таким же вкусом, который моментально наполнил рот. Он едва не подавился. Хотелось откинуть одеяло, но парень не стал этого делать. Приподнял голову, выпуская член любовника из припухших губ. Не надо спрашивать. Конечно он проглотил. Все до последней капли. А потом принялся вылизывать член своего старичка, что бы и следа не осталось. Нет. Назвать так Марка у Сикея не повернулся бы язык. Даже теперь, когда он проворно скользил по члену, слизывая сперму.
Только после этого Картер выполз из своего укрытия. Приблизился к лицу любовника, убирая языком крошечную белую каплю из уголка собственных губ. Улыбнулся, - С возвращением домой, Марк, - поцеловал в подбородок и тихонько лег рядом. Положил голову на плечо и обнял мужчину, прислушиваясь к биению его сердца. Прижимаясь к его боку и наслаждаясь жаром его тела. Какой-то вопрос крутился в голове и не давал покоя. Картер не мог задать его раньше, потому что было не время. Теперь он не знал. Уместно или нет. И сможет-ли Марк ответить. Но очень хотелось, - Ты все еще в поисках?

+2

14

Черт, если бы он был в состоянии, он бы сейчас сполз с кровати и ушел. А потом еще раз вернулся бы ради такого приветствия. И ходил бы так, пока силы оставались. Да что уж там, через бессилье все равно бы ходил. Он приподнял голову, рассматривая Картера, проследил за движением языка и сглотнул. Черт. Черт-черт-черт.
- Если ты будешь меня так встречать каждый раз, то я готов ходить по кругу. Хотя нет, давай сделаем вид, что я уже ушел и вернулся. И меня надо приветствовать.
Нет, Марк не бы готов ко второму заходу. Все же длительная прогулка на ночь глядя и долгий день брали свое. Но Картера он хотел всегда. И так было с самого начала, с самого знакомства. Он с усилием поднял руки, мышцы явно превратились в тряпочки, слабые и безвольные, но он их победил и обнял Сикея за плечи, прижимая к себе, уткнулся носом в макушку, потерся о волосы, вдыхая такой знакомый и родной запах. Большой палец словно сам по себе выписывал круги на плече любовника, то соскальзывая до локтя, то поднимаясь вверх. Винс слегка развернулся, чтобы было удобно й второй рукой дотянуться до обожаемого тела, запустить пальцы в волосы, огладить щеку ладонью.
- В поисках? - Марк не сразу понял, что Картер спросил его о работе. Думы о делах были оставлены за дверью спальни, поэтому он даже не сразу среагировал на вопрос. Говорить об этом не хотелось, но Винс вдруг подумал, что если уж он решил что-то менять, то и тут придется тоже потрудиться. Сикей имел право знать, чем занимается его любовник, имел право задавать вопросы, узнавать о планах, интересоваться. Он больше не хотел терять своего мальчика, а значит, пришло время учиться не просто трахаться и встречаться, а быть вместе. Ключи от квартиры - это, конечно, хорошо. Но совместное проживание вовсе не означало совместного будущего. Уж кому как не ему, детективу, еженедельно собиравшему компромат на неверных жен и мужей было это знать. Винс улыбнулся, целуя Картера в макушку.
- Угу. Я - как дрессированный пес. Не всегда. конечно, но иногда бывает. Говорят "фас", и я бегу искать, следить, вынюхивать. До тех пор, пока заказчик не решит, что знает достаточно. А сегодня глупо вышло. действительно глупо. Мне дали заказ найти одного человека. И все, что мне досталось - это его фотография. Ни имени, ни адреса - ничего. Ищи то, не знаю что. И вдруг я его вижу в клубе. И всего-то делов, проследить за человечком. Если бы мне повезло, а я надеюсь, что мне повезло, то я узнал его место жительства. Но из-за этого пришлось оставить тебя.
Марку действительно было жаль сегодняшнего вечера. Картер в клубе был таким забавным, оживленным. кажется, ему там даже понравилось. Еще одна из миллионов граней, о которых Марк не имел ни малейшего представления. И еще он не получил обещанного танца. А Картер получил очередной вечер в одиночестве. Мужчина вздохнул, снова зарываясь носом в волосы Сикея.
- Так по-дурацки вышло. И хуже всего то, что я не могу тебе пообещать, что когда-нибудь так же не выйдет снова. Разве что могу сказать точно: такое случается далеко не каждый день. И я готов искупить вину. Обмениваю ее на желание.

Отредактировано Mark Vincent (2013-03-23 00:12:26)

+2

15

Каждый раз. Звучало как предложение и приглашение. Как минимум. Картер даже улыбнулся. Еще бы. Пока что "каждый раз" был единственным и неповторимым. На столько удивителен сам по себе, что Сикей даже не учитывал сексуально-эротическую сторону момента. Даже без нее было что-то такое. Невероятное. Безумно приятное. Согревающее. Изнутри. Потому что снаружи согревали объятия Марка. И Картер вдруг подумал, что к такому моменту можно хотеть возвращаться снова. И снова. И снова. А еще лучше точно знать, что таких моментов будет много и все они будут принадлежать только им двоим.
Он сильнее прижался к груди любовника, пряча улыбку. Снова слушал его голос, который теперь был слегка приглушенным. Но это потому что Сикей чувствовал, как выходит из легких воздух при каждом новом слове. Он начал водит пальцами по руке Марка. В такт его словам, как будто так они запоминались лучше. Картер все равно ничего бы не забыл. Любовник редко рассказывал о своей работе. Только что-то обобщающее. Суть. Сикей понимал, но сейчас было иначе. И это "пришлось" тоже грело душу. Давало надежду на то, что в этот раз все будет по другому. Картер чувствовал это. Но все время искал сравнения с тем, что было несколько лет назад. Искал, а находил вот такие слова.
- Не вздыхай, Марк, - попытался выбраться из объятий. Очень хотелось посмотреть сейчас в глаза мужчины, - Я же никогда не просил у тебя никаких обещаний. Но сейчас сделаю это, - приподнялся немного. Оперся локтем о подушку. Подпер ладонью щеку. Прошелся пальцами по скуле любовника. Спустился к шее, - Пообещай мне. Ты никогда не будешь чувствовать себя виноватым из-за своей работы. Считаешь меня ребенком? Потому что я-то думаю, что уже давно вырос. Я не маленький мальчик, Марк. Я знаю, что желаемое редко совпадает с действительностью. А еще я знаю очень короткое, но емкое слово. Надо. Знаешь. Пока я тебя здесь ждал, мне в голову пришла одна мысль. Мне не хотелось бы стать помехой в твоей жизни и твоей работе. Выходит, мысль была правильной. Скажи, если сейчас тебе позвонят по какому-нибудь срочному делу. Ты ведь все равно оставишь меня и уедешь? А потом будешь извиняться и предлагать мне желание. У меня есть одно. Хочу, что бы тебе было хорошо. Сможешь выполнить? - склонился к Марку. Дотронулся кончиком носа до его носа и улыбнулся - Ты такой. Какой есть. Со своей работой. Со своими привычками. Что там еще у тебя есть? Я не знаю. Но хотел бы узнать. Потому что будь ты другим, я бы вряд-ли... - разговор свернул в какое-то неправильное русло. Нет. Может и правильное. Но только не сейчас. Картер не нашел способа лучше, что бы заткнуть себя. Поцеловал Марка. Очень нежно. Но быстро отстранился. Настороженно посмотрел на любовника, - Мы что сейчас разговариваем? Как... Парочка?
Картер растерянно улыбнулся и поспешил вернуться в объятия Марка. Снова прижался к нему, пряча лицо на груди. Почему то его смутило такое предположение. Нет. Говорил он то, что думал и чувствовал. Он всегда так делал. Все еще не научился сдерживать мысли и видеть последствия. В этом был весь он. Такой. Какой есть. Со своими привычками. Со своими взглядами на вещи. Что там еще у него было Марк не знал. В этом они были похоже. Наверное только в этом. Странное дело. Картер действительно считал это странным. Ведь как бывает в большинстве случаев? Люди знакомятся. Общаются. Где-то между этим у них бывает секс. Они узнают друг друга лучше. Узнают друг о друге все, что нужно и важно. И лишь потом наступает момент просветления. Ты понимаешь, что чувствуешь. Сильно и без сомнений. В их случае Сикей представлял все с точностью до наоборот. Они познакомились. Потом наступил тот самый момент. Потом был секс и убеждение себя в том, что это ничего не значит. Потом то, что сейчас вспоминать не хотелось. Снова встреча. Снова секс. Понимание того, что первое впечатление несколько лет назад было верным и нужно было прислушаться к нему еще тогда. Странность заключалась в том, что где-то между этими "потом" затерялась стадия общения и узнавания друг друга. Картер тихо рассмеялся. Было у него одно желание, которое Марк не смог бы выполнить. Никто не смог бы. Говорить о нем вслух было бесполезно, но оно вырвалось само собой, - Хочу вернуться на четыре года назад.

+3

16

С него хотели взять обещание. Марк никогда не давал обещаний. В принципе и в общем. Он понимал контракт, мог понять честное слово, но обещаний не понимал в принципе. В его представлении это была такая эфемерная штука, граничащая с королевским словом: как дал, так и взял. Обещания – это несбывшиеся надежды. Он не чувствовал себя виноватым из-за работы, в конце концов, работа была его страстью, любимым делом, хобби, отдушиной, значительной частью его жизни. Он ее так долго и трепетно собирал по кусочкам, выстраивал, подстраивался сами и подстраивал окружающее пространство, так гордился, что в принципе не мог испытывать из-за нее чувства  вины. А вот от того, что пока что не придумал, как сделать так, чтобы и работа, и Картер существовали одновременно, не противореча друг другу, пока не придумал, от того и извинялся, расписываясь в своей временной беспомощности. Он не смог сделать этого тогда, четыре года назад. А скорее, не хотел. Потому что в тот момент работа затмевала собой все, занимала слишком много места и времени. И у Марка ушло еще год на то, чтобы это понять. Теперь он был настроен не допустить подобного. И как бы глупо с его точки зрения не звучало, но пообещать он мог только одно: приложить все усилия, чтобы событий четырехлетней давности больше не повторилось. О таком не составишь контракт, не поклянешься, на это можно было только надеяться. И  еще более глупо было бы надеяться сделать это в одиночку, потому что результат зависел от действий обоих. Винс потерся в ответ носом о нос Сикея.
- Я хочу, чтобы ты понял. Я люблю свою работу. Действительно люблю, и она – это я, а без нее нет меня. И мне по хрен, что это – мелодрама. Но я не хочу, чтобы ты думал, что работа для меня важнее тебя. Она – как бесконечная игра, а ты – человек. Мой человек. И если ты хочешь, чтобы я исполнил твое желание, то тебе придется постараться, потому что счастье от игры – это еще не все, это только половина.
Он приподнял голову, отвечая на поцелуй, а потом не сдержался, тихо рассмеявшись, глядя на изумление и растерянность, написанные на лице любовника.
- А мы – не парочка? Парочка придурков, которым давно пора спать. Достойная такая парочка.
Марк притянул к себе Картера и принялся снова мерно гладить спину, плечи, взъерошил волосы. Боже. Сикей все еще смущался, может быть, даже покраснел. А Винс все так же блаженно улыбался. Он - дебил, это точно. Смущенный Сикей. Он снова тихо рассмеялся.
- Хочу вернуться на четыре года назад.
А вот это было как удар под дых. Марк даже едва не сбился, поглаживая плечи. Он не хотел возвращения. Никогда и ни за что. Потому что тогда Картер был младше, и ему нужно было то, чего Винс дать не мог. А сам Винс тогда был глупее, у него была борьба за выживание в качестве цели в жизни. Ему потребовалось еще немало времени, чтобы понять, что нельзя бороться всю жизнь. Он совершенно не был уверен в том, что мог бы поступить как-то иначе, смог бы совместить и работу, а Картера. Разве что встретившись пару раз, не растягивать это на год мимолетных встреч, давая ложную надежду на что-то большее. И он не знал, что говорить сейчас. Не хотел говорить. Поэтому резко потянул Картера вверх, впиваясь в губы, сминая, выплескивая весь свой страх, неуверенность, опасения в одном поцелуе. Словно это могло что-то объяснить или изменить. Он целовал исступленно, агрессивно вылизывая десны, небо, всасывая чужой язык, прижимая к себе руками, обхватив за плечи. И только когда грудь свело от нехватки воздуха, оторвался, зашептав:
- Не надо, солнце мое. Я обещаю тебе, что буду стараться. Чтобы быть счастливым. Чтобы сделать тебя счастливым. Чтобы мы оба были счастливы.
Он стискивал Картера, вжимался сам всем телом, шептал, не очень понимая, что говорит. Но для Винса все это не имело большого значения. Он просто не хотел больше назад. Никогда и ни за что. Потому что точно помнил, в каком состоянии нашел Сикея год назад.

Отредактировано Mark Vincent (2013-03-23 18:05:39)

+2

17

Правда хотел. Когда думал, что тогда мог поступить по другому. Мог? Наверное. Если бы набрался смелости и смог поговорить с Марком. Как взрослый человек. Нет. Он не стал бы что-то требовать. Сейчас он говорил серьезно. Сикей никогда и ничего не требовал от любовника. И не просил ничего. Уверения. Обещания. Какие-то надежды. Надежды Картера заключались в нем самом. Ни слова, ни кто-то еще не смог бы их перечеркнуть. Дело было не в них. И тогда, и сейчас дело было только в нем. Всегда. О чем он думал? Даже теперь, когда отношения ощутимо изменились, Картер не мог набраться смелости и поговорить.
Временами Сикей мечтал об идеальной жизни. Не подумайте ничего такого. Не было в этих мечтах ни огромных букетов цветов. Ни моря шампанского. Ничего из его прежних фантазий. Уже несколько лет в мыслях Картера не было ничего из того, о чем он грезил когда-то. Все было просто. Банально. И просто. Тот разговор на скамейке. И всего несколько слов о том, что он нужен. Только и всего. Он бы даже не стал спрашивать о том, с кем Марк сидел тогда в кафе. Наверное нет. Но все эти мысли были уже после того, как прошло несколько лет. И тут стоило усомниться. Потому что тогда, три с половиной года назад, Сикей не знал, что так получится. Что его жизнь превратиться в сюжет для дешевого романа. А сам он станет таким как сейчас. Не стоило об этом думать.
Наверное Марк тоже не хотел этого. Он ничего не ответил. Только поцеловал. И Картер моментально забыл о том, о чем они разговаривали. Почти тут же. Только чувствовал мягкие губы, которые сейчас не просто целовали. Они требовали. Настойчиво. Жадно. Так, как Сикей уже давно не чувствовал. Он мог только поддаться. С наслаждением и тем же стремлением обласкать губы любовника. Столкнуть их языки. Прижаться всем телом. Обнять. Чувствовать легкое головокружение от того, что он рядом. И так целует. Этого всегда хватало, что бы больше не думать ни о чем. Что бы потерять свое и ловить чужое дыхание. А потом и вовсе перестать дышать. Сначала от тех эмоций, что вызвал поцелуй. Потом от слов, которые произнес мужчина. И только потом понять, что не можешь сделать вдох из-за того, что тебя слишком сильно сжимают в объятиях.
- Марк, - получилось очень тихо, - Марк, ты меня задушишь, - Картер попытался высвободить руку, когда это стало возможно. Откинул голову и посмотрел на любовника. Приложил ладонь к его шее и начал поглаживать щеку большим пальцем. Пытался увидеть что-то в глазах, - Да что с тобой? Ты никогда меня так не называл, - дыхание стало тише и Сикей смог улыбнуться, - Ты прав. Не надо. Ничего не надо, - пытался говорить ровнее. Но ощущения внутри не давали сделать этого, - Я уже счастлив. Ты разве этого не видишь? Да. Может быть мы в самом деле парочка придурков. Пусть так. Может быть я чуть больше чем ты. Но я понимаю, что ты любишь свою работу. Понимаю, что она - часть тебя. Я это понимаю. По-ни-ма-ю. Потому что свою работу я тоже люблю. Но я никогда не сравниваю. Я знаю что это разное. Марк, - Картер вздохнул. Говорить шепотом и на одном дыхании было не просто. Но повышать голос даже немного казалось неуместным и неправильным, - ты должен знать. Сегодня я получил от тебя сообщение и был рад. Очень рад. Да. Я не ожидал, что вечер будет таким. Что ты останешься один в том клубе, а меня отправишь домой. И конечно я не думал, что окажусь у тебя дома. Но  ведь сейчас все хорошо. Правда? - Сикей мягко коснулся губ любовника своими, - А если нет, твой человек готов постараться.
Он улыбнулся и посмотрел на Марка. Подобных разговоров у них не было. Точно. Никогда. Вообще никогда. И это было  не столько странно, сколько неожиданно. Картер вдруг подумал, что может будет не так трудно высказать все до конца. Он и так сказал больше, чем рассчитывал. Чем хотел. Чем мог. Думал, что не сможет. Но это в самом деле оказалось легко.

+2

18

Винс испуганно разжал руки, выпуская Сикея. Да, с эмоциями он явно переборщил, пора было завязывать, сегодня он напереживался на год вперед, не меньше. Картера вот чуть не задушил. Он осознанно расслабил мышцы рук, спины, а вернулся к методичному поглаживанию прелестей любовника. Так оно было куда приятнее и правильнее. Тихий шепот, ладонь на щеке, легкий поцелуй, мягкая улыбка. Где-то на краю сознания прошла мысль, что Картер, похоже не понял, он не просто отправил его к себе домой, он отдал ему ключи. Хотя да, он же ничего толком не объяснил, ну и ладно, утром расскажет, сейчас не к спеху.
- Мой человек уже постарался. Так постарался, что у меня мозг отключился, и мысли потерялись.
Винс хитро улыбнулся, прошелся ладонями от шеи Сикея вниз, по бокам, помял задницу, приласкал ложбинку на пояснице. А потом обхватил за талию, переворачивая на спину и заваливаясь сверху.
- Но еще не все потеряно. Предчувствую, нет, совершенно уверен, что кое-что еще можно найти.
Он потерся о ногу Картера пока еще мягким членом, плотно прижимая к коже ладони провел руками по ребрам, надавил большими пальцами на соски и принялся выписывать вокруг них круги, медленно, неспешно, слегка теребя время от времени. И наклонился ниже, рассматривая смеющиеся глаза.
- У тебя есть эксклюзивная возможность помочь с поисками.
Марк наклонился, застыл, почувствовав на губах теплое дыхание, медленно облизнулся, едва не касаясь губ Картера своим языком. А потом отодвинулся, наклоняя голову и прихватывая зубами ключицу. Легко укусил, втянул в себя кожу, зализал ярко-красное пятно. И прошелся языком по шее от кадыка, вверх, к челюсти и дальше к уху. А потом снова вернулся к губам, целуя, едва касаясь. И вдруг оторвался, сдавлено чертыхнувшись и буркнув неразборчиво:
- Счас.
Винс соскочил с кровати и бодрой трусцой рванул в ванную, где в шкафчике должна была быть смазка. Точно должна была быть. Он же ее покупал. Месяца два назад. Точно покупал два тюбика, один таскал с собой, а второй бросил на всякий случай дома. Хотя какой тут мог быть случай, труба так и осталась нераспечатанной. Марк вернулся в комнату так быстро, как только мог, разве что не бегом.
-Слушай, я это, смазку вот. Ее в комнате не было. Ну, не нужна ж была.
Он вдруг понял, что мямлит, словно школьник, застуканный матерью за прочтением под одеялом журнала с голыми девицами, и рассеяно провел рукой по голове, дернул себя за ухо, а потом просто нырнул к Картеру на кровать, отпихивая одеяло в сторону. И пытаясь скрыть собственное смущение, поцеловал, глубоко и не спешно. Успокаивая себя мыслью, что ни чего такого уж ужасного не произошло. Ну да, кроме Сикея в его жизни уже давно никого не было, так он этого и не скрывал от любовника. Значит, нужно было просто обнять Картера, подсунуть ему руки под задницу, пальцами пройтись между половинок, и целовать его. Целовать так, что бы тот ни чего внятного не мог припомнить или сказать.

+2

19

- Мой человек уже постарался. Так постарался, что у меня мозг отключился, и мысли потерялись.
Точь в точь ощущения Картера. Каждый раз, когда он попадал в объятия любовника. Думал, что тот не понимает этого. Но теперь слышать от него такие слова было приятно. Очень приятно. Слишком приятно. Марк понимал. Но только это. Потому что следующие его слова вызвали желание лукаво улыбнуться. Мужчина наверное не догадывался, что для поисков необходимо было два условия. Первое. Картер должен был этого захотеть. Второе. Марк не должен был находиться рядом. Сразу становилось понятно, что миссия не выполнима. Не тогда, когда сильные руки оглаживают тело и появляется знакомое ощущение, что они повсюду. На всем теле. Сразу. Не тогда, когда дыхание становится тяжелым, а сердце начинает биться быстрее, пропуская каждый раз по удару. Хотел-ли он искать что-то? Нет. Тем более какие-то там мысли. Ни Марка. Ни свои. Хотелось смотреть в глаза и раздосадованно вздыхать, потому что губы не почувствовали поцелуя, а лишь слегка уловили движение влажного языка. А потом прикрыть глаза и просто наслаждаться. Вздрагивать от того, как кожу прикусывают. И тихо стонать, потому что на смену этому ощущению приходит другое. Язык на коже. Горячий. Влажный. Слегка шероховатый. Оставляющий на теле след, от которого оно покрывается мурашками. И начинать тянуться к этим прикосновениям. Хотеть большего, чувствуя как возбуждение овладевает телом, следуя за чужими ладонями. Губами. Языком. А потом просто откинуться беспомощно на кровати. Потому что все исчезает.
Сикей сдержанно вздохнул. Пытался понять, куда убежал Марк. Пока понимал, вспомнил свое недавнее ночное дежурство. Они случались не редко, но именно это сейчас всплыло в памяти. Картер читал одной из пациенток книгу о вампире, полюбившем простую смертную. Сикей никогда не употреблял наркотики. И само собой он не был вампиром, что бы проникнуться основной идеей до глубины души. Но одна фраза ему очень хорошо запомнилась. По крайней мере он точно понимал ее смысл. "Ты мой личный сорт героина". Вот так. Несколько слов и сразу все понятно. Слишком наивно? Слишком сопливо? Романтично и больше подходит для влюбленной школьницы? Но Картер это чувствовал и плевать хотел, как оно там выглядит со стороны. Пусть даже пошло и неправдоподобно. Пофиг.
- Слушай, я это, смазку вот. Ее в комнате не было. Ну, не нужна ж была.
Самое время было вставить свое любимое "А?". Но Сикей промолчал. Молча смотрел на любовника, приподняв бровь. Разглядывая его и пытаясь понять, что изменилось в его лице. Причем тут смазка и то, что ее не было в комнате. Картер сначала улыбнулся, но только потом до него дошло. Насладиться этой мыслью парень не успел. Марку стоило запатентовать способ выбивания людей из колеи. Хотя Сикею было приятней думать, что он срабатывает только на нем и его любовник даже не пытается проверять его на ком-то еще. Он не хотел, что бы эти мягкие и требовательные губы целовали кого-то другого. Никогда не говорил об этом Марку. Но для себя признавал. И если бы сейчас ему дали возможность вдохнуть, Картер мог бы сказать кое что. Например, что держать смазку под подушкой гораздо удобней, чем каждый раз бегать за ней в ванную. Но скажи он это, пришлось бы признать, что он надеется на повторение этой ночи. А потом еще на одно. И еще. И еще. Нет. Лучше просто целоваться и млеть под любовником. Шире раздвигая ноги и двигаясь навстречу его пальцам. Гладить его плечи. Касаться шеи. Почти не ощутимо. А потом перебираться на спину, сильнее сдавливая кожу. Обнять одной рукой, прижимая к себе. В ответ целовать его губы, поочередно обхватывая своими то верхнюю, то нижнюю. Ласкать язык, который недавно скользил по коже. Еще раз пробежаться кончиками пальцев по шее. Огладить скулу и ключицу. Опуститься ниже, что бы протиснуться между телами и провести по низу живота. Едва касаясь кожи. И отстраниться, что бы сделать вдох и стараться не сорваться на стон.
- Я очень не хочу упускать эксклюзивную возможность, но не смогу ничего найти, если ты будешь меня так целовать, милый. И я чувствую острую необходимость использовать смазку, - пальцы  прошлись по мошонке. Огладили член. Приласкали головку. Сикей заглянул в глаза мужчины и выдохнул неслышно на его губы, - Большую такую необходимость. Прямо сейчас.

+2

20

И все-то Картер понял, но это было не так уж важно. Все равно на утро предстоял разговор о том, что они будут делать дальше. Или нет, или все пройдет тихо и мирно, совершенно спокойно, и Винс даже не будет красить в календаре день красной краской. У него вообще были не слишком хорошие взаимоотношения с датами: когда они там встретились, где первый раз трахались... Хотя нет, где они трахались в первый раз, Марк бы не забыл никогда в жизни. И об этом тоже стоило поговорить с Картером, а лучше показать.
От реакции Сикея всегда сносило голову. Винс не мог бы вспомнить ни одного из своих увлечений, кто бы так искреннее и самозабвенно мог отдаваться, при этом совершенно не будучи пассивным или покорным. Не то, чтобы у него вообще была возможность или желание кого-то вспоминать. Сикей незаметно прокрался в разум, забрался в душу, расположившись там с комфортом бывалого завоевателя и вытеснив всех остальных, но кого Марк смотрел за всю свою жизнь или мог бы посмотреть с сексуальным подтекстом. Нет, Винс все так же рассматривал людей вокруг, выделял тех, чье тело ему нравилось, иногда мог даже почувствовать возбуждение, но вот делиться теплом, радостью, чувствовать чье-то дыхание на своей коже он уже не желал, если только речь не шла о Картере. Ну и похуй, внезапно решил он, мгновенно успокоившись. Рефлексировать, вместо того, чтобы трахаться, было бы верхом дурости. Тем более, что Сикей уже откровенно поплыл под прикосновениями, что, впрочем, не помешало ему ласкать Винса в ответ. И было очень сложно продолжать целовать, не размыкая губ, и одновременно извиваться, подставляясь под теплые ладони, быстрые легкие прикосновения, тереться уже вставшим членом о пах и ловить вздохи, тягучие, низкие, от которых вибрировало все тело.
Марк оторвался, уткнувшись лбом в лоб Картера и тихо рассмеялся.
- Не печалься. Так и быть, предоставлю тебе все возможности для реализации твоих желаний. И все как одна будут супер эксклюзивными.
Он приподнялся, упираясь коленом в матрас, и отвинтил крышку, чуть не сорвав резьбу, выдавил гель на ладонь, слегка перестаравшись. Но все эти совершенно несущественные мелочи меркли на фоне Картера, тяжело дышащего, возбужденного, с капельками пота на висках. Винс машинально погладил его ногу, провел рукой вверх от колена до паха, пальцами пощекотал паховую складку чуть-чуть, скользнул вниз, обводя яйца, и подхватывая на ладонь. Медленно, неспешно, следя за собственными движениями как завороженный.
-В таком случае, придется мне искать самому. Но учти, что найду – то мое.
И он накрыл промежность рукой, давая слегка нагревшейся смазке стечь вниз, от аккуратных яичек до ануса. А потом провел пальцем по промежности, выписывая круги и слегка надавливая, погладил складочки, размазывая гель по окружности.
- Полагаешь, нужна смазка? Сейчас посмотрим.
Винс медленно ввел средний палец на фалангу и наклонился вперед, чтобы лизнуть губы Картера, приласкать и их. А потом согнул палец, словно пытаясь погладить Картера изнутри. Пошевелил рукой, поворачивая. И добавил второй.
- Ты же не против таких поисков?

+1