QaF: last story from Pittsburgh

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » QaF: last story from Pittsburgh » √ архив локационной игры » Улицы города ·


Улицы города ·

Сообщений 21 страница 40 из 43

21

Если бы всегда уравновешенному и невозмутимому Нейману сказали, как густо может чувство азарта замешиваться на уязвлённом самолюбии и злости, он бы, наверное, удивился. Или прочёл собеседнику подробную лекцию о возможных причинах такого эмоционального коктейля. Сейчас Ричард о причинах не задумывался, мальчишеское желание взять верх над забывчивым собеседником оказалось сильнее всего остального. Кривая усмешка Шона и то, что он с явным усилием припомнил имя Неймана, довершили дело.
- Сказал бы, что это странно, Шон, но память иногда очень причудливо себя ведёт, - Ричард улыбнулся собеседнику и улыбка вышла не очень ласковой.
Он хотел прибавить что-то ещё, но Шон скользнул пальцами по его скуле, и Нейман как будто споткнулся об это прикосновение: прикусил язык и настороженно замер, прислушиваясь к своим реакциям. Ассоциативная память по-прежнему служила верно, и Ричард слегка удивился, насколько услужливо и быстро она подкинула ему ощущения и картинки из прошлого. Слегка тряхнув головой, Нейман отстранился от своего визави.
- Не очень сильно, - отчего-то вдруг стало неловко, он коснулся ссадины рукой, как будто желая стереть прикосновение Шона. - В голове вот только звон стоит.
Нейман аккуратно пригладил растрепавшиеся волосы.
И мысли в эту голову лезут совершенно неподходящие, что не может не огорчать.
Шон был более чем прав: вся эта игра "Узнай-меня-не-знаю-как" затянулась до неприличия и становилась всё более смешной. Однако встретившись собеседником взглядом, Ричард был вынужден признаться себе, что ему интересно не просто настоять на своём - добиться того, чтобы Шон его вспомнил стало действительно важно.
- Насколько я успел тебя понять, - медленно заговорил Нейман, аккуратно складывая вчетверо проспект выставки. - Слёзы восторга ты способен лить разве что под влиянием какого-нибудь сильнодействующего наркотика. Да мне и не это интересно, - Ричард, прищурившись, посмотрел на собеседника, как будто оценивал свои шансы на успех. - Вот что, Шон, давай заключим пари. Я берусь кое-что тебе про тебя напомнить и уверен, что твоя память включится. Если я окажусь прав, мы встретимся ещё раз, и тогда я постараюсь тебе запомниться, а ты выполнишь моё желание, одно, только одно. Если твоя амнезия продолжится... - он развёл руками. - Сам выбирай, что ты хочешь в этом случае.
Всё это было чертовски глупо и меньше всего походило на поведение взрослого, разумного человека, но Нейман ждал ответа с азартом игрока в покер и был совсем не против рискнуть.

+4

22

Может, определишься? – чуть не сорвалось с губ юноши после короткой ничего не значащей реплики Ричарда: что вопрос, что ответ были произнесены не из искреннего беспокойства.
Говорил темноволосый пострадавший одно, а делал совсем другое. Со слов казалось, что его хлебом не корми – дай добиться от Шона признания в том, что он всё помнит, и подробного описания минувшей встречи, а действия и мимика словно сопротивлялись общему порыву, отражая какое-то неявное недовольство всем происходящим.
В голове внезапно ухнуло так, что заложило уши, и Хорсмен невольно скривился, коснувшись висков. Массируя их пальцами, он пропустил начало фразы Ричарда и вскинул на него взгляд, только услышав о наркотиках. А, осознав, что отреагировал слишком явно, остановился глазами на яркой бумажке, которую молодой человек вертел в руках. За сотые доли секунды, что прошли до следующего высказанного предложения, Хорсмен успел провернуть в голове добрую дюжину вариантов их возможного знакомства, чуть ли не разозлиться, какого чёрта он не помнит человека, который знает о его хобби, и в конце концов едва сдержать смех, поняв, что визави просто образно выразился, не пытаясь сбивать горящую на воре шапку. Подняв глаза от рекламного проспекта, Шон наткнулся на взгляд Ричарда и с некоторым изумлением понял, что несколько завидует себе в прошлом. Если брюнет так… проникновенно смотрит в относительно спокойном состоянии, то какими же тогда становятся его глаза в момент страсти?
- Вот что, Шон, давай заключим пари.
Хорсмен всмотрелся в Ричарда и прикусил губу, мгновенно прикидывая для себя возможный риск и выгоду. Будучи почти уверенным, что ничего исключительного о нём этот человек знать не может, Шон кивнул почти сразу. Даже если Ричарду удастся расшевелить память юноши, никаких особенно отрицательных последствий из этого нарисоваться не может. Встретиться? Только за радость: надо же выяснить, как сильно могут сжать в объятиях так небрежно сейчас разведённые руки! А желания можно выполнять и с пользой для себя.
- Согласен. На тех же условиях. Даже если я тебя не вспомню, мы встретимся всё равно. И я тоже попрошу исполнить одно моё желание. – Юноша улыбнулся. – Будь уверен – теперь ты запомнишься мне в любом случае, я не имею привычки сбивать перед ужином рассеянных пешеходов. И да, за неимением свидетелей, видимо, придётся нам полагаться на честное слово.
Желудок юноши при упоминании о еде жалобно мяукнул, но, понимая, что калории ему ещё долго не светят, затих.
Устроившись поудобнее, поплотнее запахнув пиджак и сцепив заледеневшие пальцы в замок на коленях, Шон с усмешкой воззрился на собеседника:
- Что ж, удиви меня, Ричард, тем, что я сам о себе не знаю.

Отредактировано Sean Horseman (2012-07-09 18:22:08)

+3

23

Авантюра вступила-таки в свои права. Ричард добился ответа, которого хотел, и не не сдержал удовлетворённой улыбки. Он впервые за несколько лет творил что-то однозначно неразумное да к тому же условия пари не сулили ничего неприятного - это ли не повод для довольства?
Нейман несколько секунд наблюдал за Шоном, за тем, как очевидно тот скривился от боли, как попытался разогнать её, массируя виски. Совесть робко попыталась подать голос, сказав Ричарду, что происходящее слегка напоминает издевательство над больным, но тотчас затихла, подавленная азартом Неймана и его святой уверенностью, что место пострадавшего сегодня занято отнюдь не лихим мотоциклистом.
Ричард зацепился взглядом за то, как Шон прикусил губу, замешкался на несколько секунд: воспоминания в очередной раз проявились очень ярко, и зрительные, и тактильные. И с новой силой захотелось оживить ощущения. Коротко улыбнувшись, Нейман кивнул в тон Шону:
- Принято. Будем считать, что мы джентльмены и верим сову друг друга даже без свидетелей, - он суховато усмехнулся. - К тому же я, похоже, в любом случае ничего не теряю, как бы ни повернулось пари. Обязуюсь не увиливать от обязательств в любом случае. И так и быть, попробую тебя удивить, хотя то, что я могу о тебе рассказать, ты сам знаешь, гораздо лучше, - Ричард улыбнулся себе под нос, припоминая то, о чём собирался вести речь.
Говорят, в важные моменты у человека в голове раздаются не то фанфары, не то барабанная дробь. Раньше Нейман думал, что это преувеличение, теперь понял, как ошибался. Оказалось, что чувствовать себя на арене цирка довольно забавно.
- Что ж, как я и говорил, дело было пару лет назад, в июле, - он начал издалека, рассчитывая, что напоминания тоже отчасти подхлестнут память собеседника. - Мы познакомились в "Ангеле", оба немного выпили, возле ресторана я дал тебе прикурить, - Ричард взглянул собеседнику в глаза. - Потом пошли гулять и в "Дельфин". Это кафе не на набережной, оно плавучее, бывшая баржа, туда надо спускаться по корабельным сходням, - Нейман внимательно наблюдал за реакцией собеседника. - Мы там были вдвоём, администратор всех спровадил. Пили текилу. А потом возле борта, там, де видно, как вода внизу плещется, тебя одолела морская болезнь. В первый момент я даже испугался того, как ты побледнел. Я бывал там с разными людьми, но ещё никто не приобретал зелёный оттенок. Так что ты - мой первый случайный любовник, с настолько развитой морской болезнью, - получилось даже откровеннее и и прямее, чем Ричард хотел. Теперь он смотрел на Шона, пряча в глазах такое непривычное и несвойственное озорство и совсем не пряча смутную, лукавую улыбку.

+2

24

Шону оставалось только диву даваться, откуда этот настырный человек взялся на его больную голову. Первоначальный строгий образ, нарисовавшийся в подсознании, стёрся, вымещенный по-кошачьи довольной улыбкой Ричарда, и улыбка эта отнюдь не принадлежала любимцу, которого угостили последним изыском мясной мануфактуры, скорее, так мог выглядеть домашний хищник, только что перегрызший кабель во время важной онлайн-конференции. Лицезря эту физиономию, Хорсмен думал, не прогадал ли, согласившись на пари на таких льготных условиях, но отступать было уже поздно.
А ещё юноша поймал себя на том, что этот идиотский налёт великой нераскрытой тайны начинает его откровенно выбешивать, и темноволосый парень, чуть ли не насмехающийся над плохой памятью собеседника, тоже. Покрепче сжав пальцы и ловя себя на том, что улыбка из насмешливой превращается чуть ли не в угрожающую, Шон едва сдержался, чтобы не выдать что-то подстёгивающее, потому как Ричард взялся перечислять события по второму кругу, обогащая повествование новыми подробностями. А теперь мальчик с феноменальной памятью… - не к месту всплыл в голове гадкий бестолковый анекдот из детства.
Со скучающим выражением лица Хорсмен перевёл взгляд на пустынную дорогу и безжизненно лежащий на ней байк, уже не надеясь на возрождение памяти и размышляя, как далеко от места аварии его шофёр, как много времени займут поиски злоумышленника и какую из множества средневековых пыток и казней будет лучше избрать для кары.
Первым, отчего Шон внутренне замер, было сообщение об администраторе. Перед внутренним взором мелькнул незнакомый человек, уходящие куда-то не особо довольные люди, и впервые за вечер Шон почти поверил, что Ричард всё-таки не сочиняет эту историю.
- А потом возле борта, там, где видно, как вода внизу плещется, тебя одолела морская болезнь.
Мысленно выругавшись, но сохраняя непроницаемое лицо, юноша неспешно повернул голову к визави и выдавил улыбку. Напоминание охолонуло и заставило поёжиться, по позвоночнику пробежала зябкая волна, словно за шиворот кто-то засунул полурастаявший снежок. Почти никто даже из ближайшего окружения Хорсмена не знал об этой слабости юноши, и он очень смутно мог представить, по какому праву и каким образом не запомнившийся парень мог так свободно давить на неё. Добило Шона то, что его поставили в ряд с какими-то неясными случайными любовниками.
И без того наигранная улыбка и вовсе стёрлась с лица юноши, а глаза заблестели недвусмысленно злым блеском.
- Мне уже можно загадывать желание и назначать встречу? – усмехнулся Хорсмен.
И вспомнил.
Понадеявшись, что его взгляд не стал совсем уж ошалевшим, юноша совсем по-другому всмотрелся в Ричарда, действительно не понимая, как можно было забыть такой раскалённый во всех смыслах вечер даже с учётом всех отягчающих событий того лета. Вспомнилась и «особенная» текила, и безумное желание, и жгучий голод обнажённых тел… Даже короткое прикосновение к скуле брюнета обрело теперь другой облик.
И только сейчас Шон до глубины души проникся желанием Ричарда быть узнанным.
Понимая, что выдал себя неконтролируемо загоревшимся взглядом, и ещё больше злясь то ли на себя за исключительную дурость, то ли на бывшего любовника за его наглую ехидную ухмылку, Хорсмен, в свою очередь, широко развёл руки, словно признавая своё поражение.
- Ладно, всё равно мы в равных условиях, говори, где и когда. – Изогнув губы в подобии улыбки, произнёс он, с некоторым изумлением признавая, что очень не против этой встречи, пусть даже она и не будет похожа на минувшую. – Если бы и это не помогло, ты бы стал поминутно расписывать каждый наш поцелуй? – не удержался он от саркастического замечания.

+3

25

Ричард никогда не охотился, но сейчас подумал, что испытываемое чувство больше всего похоже на охотничий азарт. Он, слегка подобравшись, наблюдал за Шоном. За тем, как меняются оттенки его улыбки и выражения лица. В них было всё - от угрозы до скуки, Нейман имел возможность любоваться богатством мимики своего случайного любовника и гадать, что значит каждое из этих выражений, и можно ли хоть одно считать признаком пробудившихся воспоминаний. Ричард пока не был уверен, как поступит, если Шон ничего не вспомнит или сделает вид, что не вспомнил. Тем не менее, профессор уже достаточно разошёлся, чтобы сподобиться на самые неожиданные в собственных глазах выходки и ощутить, каким приятным может быть безрассудство.
Когда глаза собеседника зло блеснули, Ричард, хищно сощурившись, подался к нему: он шестым чувством чуял, что что-то изменилось, сейчас Шон сорвётся за край собственной забывчивости - или отрицания - и вспомнит. И тогда ему, Нейману, наконец, достанется добыча. Недобрая усмешка и слова о готовности назначить встречу заставили напрячься, но только на несколько секунд, ровно до того момента, как взгляд Шона ярко вспыхнул и в этот раз отнюдь не насмешкой.
Ричард слегка откинулся назад. Он рассматривал собеседника, чувствуя, как по лицу блуждает несытая, хищная улыбка, и не пытаясь её скрывать. Недавние слова о джентльменстве плохо сочетались со столь явным довольством от проигрыша противника, но Нейману в кои-то веки было плевать на манеры.
- Где и когда... - медленно проговорил он, собираясь с мыслями.
Ричард настолько увлёкся самим процессом спора, что как-то не успел продумать, что конкретно попросит в качестве приза, и это окончательно сделало ситуацию сумасшедшей и забавной в его глазах.
- Завтра ночью, ближе к полуночи. Пойдём в "Вавилон". У меня давно не было подходящей компании для такого выхода, - он кривовато улыбнулся, а потом как будто вспомнил о чём-то: - И если говорить о желании: мне бы хотелось посмотреть, как ты выглядишь, как одет, когда идёшь на свидание.
Ричард до последней секунды размышлял, стоит ли реагировать на сарказм и демонстрировать, что его зацепило, а потом мысленно махнул рукой: мол, к чёрту, итак уже сделано предостаточно того, что делать не стоит.
- Нет, - покачав головой, он вплотную придвинулся к Шону. - Если бы это не помогло, я бы попытался использовать тактильную память и напомнить другим способом. Например, вот так, - Нейман осторожно, чтобы не потревожить ни свою, ни чужую боль, вплёл пальцы в светлые волосы Шона, притянул к себе и глубоко поцеловал. В этот раз, в противовес тому давнему лету, ни голос разума, ни природная осторожность никак о себе не напомнили.

+2

26

- Почему ты не разбегаешься? – спросила Элли.
- Это не в наших львиных привычках. Мы прыгаем с места.

Вспомнить детскую сказку, прочитанную сто лет назад? Без проблем! Узнать человека, два года назад ставшего причиной чуть ли не помешательства? Ещё чего!
Если бы Шон злился не так сильно, он, возможно, поздравил бы себя с тем, что его память воспиталась просто замечательно похожей на своего обладателя – подстёбывать она была горазда к месту и нет. И Ричард, светившийся своей издевательской чеширской улыбкой и наблюдавший как из засады, едва заметно вздрагивая всем телом, видимо, от нетерпения поделиться своей изощрённой местью, других ассоциаций просто не вызывал. Даже сквозь страстное недовольство собой наблюдать за ним было настоящим удовольствием для юноши. Хорсмен часто видел таких вот, высоко поднявших ставки, опьянённых ощущением собственной власти, возбуждённых предвкушением хорошей наживы, гордо вскинувших подбородки… Но Ричард, несомненно, был выше их всех не на одну голову – он действительно побеждал. И, судя по тягучей интонации, совершенно не представлял, как этим пользоваться.
- «Вавилон»? Его уже открыли? – закрутившись с делами, Шон совершенно потерялся в новостях светско-клубной жизни Питтсбурга. – Впрочем, неважно. Я приду, - с некоторой усталостью в голосе произнёс юноша, словно делая одолжение, и усмехнулся: – Во всей красе.
Желание его несколько разочаровало, но, с другой стороны, он понимал, что просить у человека, о котором знаешь только, как он стонет в моменты наибольшего наслаждения, почти нечего. Кроме, разве что, самого этого наслаждения.
Перед внутренним взором Шона мелькнула пара картинок из прошлого, заставив осознать, что на улице не так уж и холодно, и в момент, когда он уже был готов с сарказмом посетовать на своё прикосновение, не принёсшее никаких результатов, Ричард на волне своего превосходства переступил ещё одну грань.
Вкрадчивый жест и последовавший за ним поцелуй не оказались неожиданными, ведь когда-то даже мысль о том, чтобы раздеть друг друга посреди людной улицы, не казалась преступлением, но то, что бывший любовник взялся проявлять столько инициативы, Хорсмену не понравилось – он не привык быть ведомым. И вместе с тем отчаянно боролся с желанием обнять, почувствовать тепло его тела, ответить на поцелуй и… плавно уронить на мягкую пожелтевшую траву позади них. Не сопротивляясь, но и не показывая особой заинтересованности, хотя мягкие настойчивые губы соблазняли как никогда, Шон дождался, пока Ричард отстранится, и, обнаружив, что всё-таки закрыл глаза, перевёл дыхание. Да, определённо, новая встреча будет очень кстати.
- Закрепили. Спасибо… сенсей! – со смешинкой в голосе произнёс Хорсмен, рассматривая лицо визави и понимая, что, оказывается, помнит чуть ли не каждую его чёрточку.
Плавно вписавшись в поворот, в переулок въехал небольшой эвакуатор, а следом за ним – белоснежный «Майбах». Из эвакуатора выпрыгнул поверенный Шона, первым делом метнулся к своему непосредственному начальнику, поколебался, увидев его отмашку, и направился к Харлею. Задняя дверь «Майбаха» призывно открылась.
- Думаю, до завтра нам не по пути. – Скрыв под очаровательной улыбкой пошлую насмешку, произнёс Шон и поднялся, тихо скрежетнув зубами от препротивного ощущения отклеившейся от кожи ткани вместе с засохшей кровью. – Уже скучаю. – Приподняв пальцами подбородок Ричарда, юноша склонился и коротко коснулся его губ.
Окунувшись в блаженное тепло автомобиля, Хорсмен обронил шофёру:
- В «Люксор», - и наконец расслабился.
Что-то внутри попыталось вопросить, а не следовало ли бы подвезти пострадавшего до дома, но Шон решил, что Ричард и сам справится. Раз хватило духа на ехидство, хватит сил и на возвращение.
Прикрыв глаза и греясь в тёплом кресле, юноша припоминал подробности их встречи двухлетней давности и, не таясь, улыбался.
Если что-то случилось однажды, оно может и не повториться. Но если повторилось, то третьего раза не избежать…

to The Solar Castle

Отредактировано Sean Horseman (2012-07-23 02:21:01)

+3

27

Может ли охотник нравиться добыче? Раньше Нейман сказал бы, что нет, сейчас, ловя неопределённо поблёскивающий взгляд Шона, он был уже не так в этом уверен. Охотник всерьёз сомневался, что эта охота будет доброй и потому сейчас, преуспев, с трудом скрывал растерянность от мысли о том, как быть со своей победой.
Открыли ли "Вавилон"? Он не был уверен, ляпнул, в общем-то, наугад, и не это сейчас было главным. То, что Шон придёт и можно будет хотя бы частично воскресить ту давнюю летнюю встречу, значило гораздо больше. Больше, чем очень многое. А что и как будет дальше - по обстоятельствам.
- Буду очень рад это увидеть, - негромко проговорил Ричард в самые губы партнёра и с удовольствием провалился в поцелуй.
Поцелуй-напоминание вышел тягучим и неожиданно дурманящим, напоминающим больше, чем рассчитывал даже памятливый Ричард. Отстранившись, он тряхнул головой и попытался сморгнуть картинки, поплывшие перед глазами.
- Всегда рад способствовать твоему развитию, ученик, - усмехнулся Нейман и слегка подался назад, разглядывая своего визави: насмотреться хотелось всласть, и было какое-то странное ощущение, что теперь он это делает на законных основаниях.
Когда из-за поворота выплыл белый "Майбах", Ричард едва удержался, чтобы не присвистнуть. Это было сильное впечатление и, пожалуй, оно на сто процентов сочеталось с образом Шона. Залюбовавшись техникой, Нейман отвлёкся и слегка вздрогнул, когда пальцы Шона коснулись его подбородка. Интимный, немного заводящий и несколько неожиданный жест - обычно сам Ричард так прикасался к любовникам. Он едва успел ответить на краткий поцелуй, улыбнулся.
- Я тоже буду скучать... - всё с той же смутной улыбкой проговорил Нейман в спину Шону.
Поднялся на ноги, провожая взглядом "Майбах", глубоко вдохнул прохладный воздух и выуди из кармана мобильный. Надо было что-то делать с этим сумасшедшим домом, с кем-то его разделить. Ил хотя бы просто услышать живой дружеский голос.
Ричард медленно зашагал в направлении своего квартала, на ходу набирая номер.

To...

+1

28

Квартира Неймана ----------------->

Несмотря на середину октября, казалось, что осень почти не напоминает о себе: ветра почти не было, чернильно-синее небо казалось небывало высоким и по тому, каким прозрачным к вечеру стал воздух, чувствовалось, что следующий день вполне может не обмануть ожидания и оказаться таким же безоблачным.
Ричард, отпустивший такси за несколько кварталов до Либерти-авеню, обнаружил, что мысли окончательно утекли в сторону природы и погоды, обозвал сам себя пейзажистом и остановился на углу. Надо было проветрить голову, собраться с мыслями и поточнее понять, с чем в первую очередь связано то жадное предвкушение, которое одолевало его с того момента, как он отпустил такси. Он хочет насладиться плодами победы? Просто хочет секса? Это элементарная скука, которую некуда девать? По-настоящему рад, что встретил Шона, и только сегодня обнаружил, как скучал по этому человеку и всё в том же духе? Последняя мысль заставила профессора скривиться, как будто пришлось съесть что-то кислое.
Какая сентиментальная чушь. Только этого мне не хватало.
Ричард тряхнул головой, отгоняя идеи, которые даже в шутку не должны были приходить ему в голову, и полез в карман за сигаретами. Щёлкнул зажигалкой, прикурил, щурясь на тлеющий огонёк, и глубоко, с наслаждением затянулся. Резкий порыв ветра напомнил о том, что осень всё-таки остаётся собой, и Нейман, поёжившись, запахнул короткое чёрное пальто. Глянув на часы, Ричард решил, что, пожалуй, не стоит затягивать импровизированный привал и опаздывать на встречу, которую сам же и назначил. Сунув руки в карманы, он снова зашагал в сторону Либерти-авеню, время от времени рассеянно поглядывая на неоновые рекламы ночных заведений и уже закрытых магазинов.

+1

29

from the Solar Castle

После того, как Трой ушёл, Шон некоторое время стоял, глядя ему вслед, и только потом поймал себя на том, что его собственные глаза похожи на две буквы "о", где одна слегка больше другой. Потом перевёл взгляд на часы и приподнял брови.
- Уж полночь близится, пора... - Негромко пробормотал юноша и отправился обратно в свою комнату, отдаваться в руки стилиста.
Делать из себя куклу Шон не собирался, но синяки и ссадины вовсе не подходили к тому наряду, в который собирался облачиться юноша, выполняя желание Ричарда. Проколдовав над Шоном с полчаса, стилист отошёл, оглядывая свои труды, и удовлетворённо кивнул. Зеркало тоже отозвалось довольной улыбкой: руки мастера вкупе с дюжиной разновеликих ёмкостей сделали своё дело – оттенок кожи выровнялся.
Молочного цвета тонкие джинсы, успешно облегающие то, что должны облегать, такого же цвета рубашка навыпуск с короткими рукавами и предусмотрительно отсутствующими пуговицами, удобные ботинки, узкий бумажник с купюрами и парой презервативов, ярко-синяя джинсовая утеплённая куртка на случай, если опять вздумается бродить по улицам города…
Опять. – Усмехнувшись, Шон покачал головой.
С прошлой встречи с Ричардом утекло много воды, но где-то на подсознании юноша не мог справиться с внутренним напряжением, смешанным с терпким предвкушением чего-то не менее, а может быть, и более страстного, чем в то жаркое лето. Адреналина добавлял и резкий контраст между заботливым и несколько невинным образом Коллинза и настойчивым, если не сказать – напористым появлением Ричарда.
Добраться до Либерти оказалось значительно легче, чем в обычные дни: добропорядочные горожане, готовясь к новой трудовой неделе, мирно упаковались спать, и трафика на улицах почти не было, лишь на подъезде к радужной и вечно неспящей авеню машина ехать заметно медленнее, то и дело пропуская праздных гуляк и их автомобили.
Отправив под язык бесцветную таблетку, Шон посмотрел в окно и тут же хлопнул по клавише коммуникатора:
- Стой!
«Майбах» тут же остановился, как вкопанный. Не обращая внимания на сигналящую в задний бампер «Ауди», Хорсмен вышел из машины, кивнув шофёру, и улыбнулся собственному стереотипному мышлению: во время первой встречи Ричард был в белом, и Шону отчего-то казалось, что он и в этот раз облачится в светлые оттенки, но вместе с тем юноша не мог не признать, что в чёрном молодой человек выглядит не менее… возбуждающе. Вслед за этим мелькнула мысль о том, что контраст тёмного и светлого будет выглядеть по-идиотски, но и проводить всю ночь в рубашке как минимум Шон не собирался.
- Тебе не кажется, что идти в «Вавилон» слишком банально? – улыбнулся юноша, обгоняя Ричарда и делая несколько шагов спиной вперёд перед ним.
Как в тот раз. – Почувствовав, что слишком часто вспоминает то, что случилось два года назад, Хорсмен улыбнулся и тряхнул головой, отгоняя воспоминания. Этот вечер и сам вскоре должен был стать достойным того, чтобы о нём помнить.
- Может, сюда? – не глядя откинув руку, он указал куда-то за свою спину, оглянулся и увидел вдалеке клуб с неоновым «Meat Hook» над входом.
Занятно.

to Liberty Avenue/Либерти Авеню » Ночной клуб "Meat hook"

Отредактировано Sean Horseman (2012-09-04 21:26:18)

+2

30

Начало игры

"Это был обычный день, ничего не предвещало беды..." Пожалуй, это начало очень подходит. У Алекса сегодня был выходной. Режиссер, с которым актер работал сейчас, отличался спокойствием, пониманием и умением работать с людьми. Он понимал, что актеры - не роботы, и работать без перерывов не могут. Поэтому он дает время от времени им выходные, если видит, что человек устал и не может выкладываться на полную. Именно в таком состоянии сейчас находился Алекс, если не сказать, что хуже. От усталости появились темные круги под глазами, а под конец вчерашнего дня навалилась сильная слабость. И он был отправлен домой отлеживаться, приводить себя в порядок, и пока не станет живее всех живых, было наказано не появляться. Так что сегодня с чистой совестью он проспал аж до семи часов. Если не считать, конечно, что он лег в десять. До восьми он принимал ванну, проходился по дому (ведь вернулся вчера не в трейлер, а сразу домой), делал наметки для покупок и потихоньку собирался. В принципе, до супермаркета было недалеко, поэтому он предпочел пешую прогулку до места поездке на автомобиле. Актер любил природу, пейзажи, виды местностей. Это очень красиво, так он считал. Порой он жалел, что не художник, потому что с удовольствием запечатлил бы спокойствие воскресного утра, когда работает только круглосуточный магазин, а остальные люди спят. Не все, конечно, но сов в наше время гораздо больше, чем жаворонков. Правда так можно и всю жизнь проспать, за сон ты не получишь ни заработную плату, ни знания, ни достигнешь никаких высот. Всегда надо стремиться вперед, ставить цели и не жалеть сил для достижения результата. О, а вот и магазин виднеется. Алекс добрался до него легким бегом, в конце концов, совсем забросил он спорт, нехорошо. Правда путь к заветной цели ему перегородило нечто под два метра ростом и в ширину, в пирсинге, татуировках и коже. И от этой груды безбожно несло перегаром.
- Эй, детка развлечемся? - заплетающимся языком проговорило оно.
- Простите, я не девушка, даже отдаленно не похож. - мило улыбнулся актер, не желая вступать в прении, да и на отдаленном расстоянии виднелись видно друзья этого сосуда алкоголя, похоже в такой же кондиции. Алекс явно уступал в весовой категории даже первому. И тут здоровяк схватил его за руку и воззрился своими стеклянными глазищами.
- Ух ты, а ты случайно не этот актер? Я тебя обожаю, дай автограф! - Алекс было обрадовался, что сейчас отделается росписью, но... Громила начал расстегивать брюки, тут уж молодого человека кондражка хватила.- На пенисе! Я перед всеми похвастаюсь! И когда буду дрочить, буду тебя вспоминать, а еще лучше сделаю себе тату по контуру! - Алекс почувствовал приступ тошноты, при мысли о таком. - Слууушай, а может лучше все же развлечемся? Я бисексуал! - с гордостью заявил этот носитель жира. Алекс не был трусом и слабаком, но в этот момент почему-то засомневался в своих силах, тем более от стресса слабость снова накатила.

+2

31

Начало игры

Подьем в пять утра, контрастный душ, бурда из блендера, выпитая залпом, чтоб вкус, не дай-то бох, не почувствовать... в общем, все было как обычно. Бурча себе под нос какой-то популярный попсовенький мотивчик, Блэйк шнуровал кроссовки и собирался на пробежку. Отдых - не значит отказ от тренировок, форму поддерживать все равно надо. Боксер всегда выбирал колесню по улицам города вместо парка, пусть там зелено да мило, но огромная популяция мамаш с колясками и детей, мечтающих зарядить фрисби ему по затылку, как-то не вдохновляли на подвиги. Ах да, и конечно же все эти "соседские" бегуны с пивным трясущимся бочонком, гордо именуемым "пресс", пробегают мимо и ободряюще тебе подмигивают. Мол: "Тоже бежишь? Давай, друг, это круто, мы молодцы!". А вечером они жрут чипсы, валяются на диване и смотрят футбол, тренируя разве что размер желудка да голосовые связки. Рич начинал подмигивать в ответ непроизвольно, не потому, что такой вежливый добряк, просто нервный тик начинался. Хотелось рявкнуть вслед: "хочешь похудеть?! Просто не жри! Не жри, мать твою, жирный ты кусок дерьма!"
Да, Блэйк был слегка категоричен в том, что касалось занятий спортом и полных людей. Он считал, что все непременно должны следить за формой, ведь он же следит!
Вот например этот несуразный панк, пристающий к какому-то дрищу возле супермаркета... ну просто комедия, иначе и не назовешь. Ричард даже притормозил на тротуарчике да наушники вынул из ушей, с интересом глядя на развернувшуюся через дорогу драму. Услыхав про "пенис" и "развлечемся", боксер неприлично гоготнул, уперев руки в боки. Это ж надо, с утра не срамши такие кадры ходят.
Я уже влюбился в этот город!
Но ситуация явно выходила из-под контроля, а из темного угла, как крысы из-за мусорного бака, выглядывали неформальные панковы дружки. Сейчас дрыщу капздец наступит... бедняжка. Казалось, кучерявый вот-вот скуксится, сложится сам в себя двадцать раз и исчезнет с глухим "чпок".
Блэйк сам не понимал, откуда завоняло благородными порывами, но решительно двинулся через дорогу к ним. Впрочем, казался таким незаметным со своими жалкими 182 см. и капюшоном, надвинутым аж на нос, что чуть не обиделся.
-Чего встал, хмырь? Иди куда шел, не видишь, у нас тут вечеринка в самом разгаре. - пьяно хохотнув, панк сжал запястье несчастной жертвы аж чуть ли не до хруста.
-Как же так, вечеринка да без меня? - и, в общем, не размениваясь далее на комплименты, зарядил ему кулаком по подбородку ударом снизу-вверх. Как раз рост располагал. Панк не ожидал такого коварства, но вопреки законам жанра не свалился, а только больше озверел. У Блэйка даже капюшон сьехал, а глаза стали круглые, как блюдца.
-Ах ты, козззел! Да я тебе по стенке размажу! Эй, кореша, тут серая моль вы*бывы.... - договорить ему не дали, Ричард добавил хуком слева, прям по печени. Здоровяк согнулся пополам да только хлопал ртом, как рыба. Пока его дружки переваривали поражение командира, Блэйк схватил за руку несостоявшуюся жертву и рванул со всех ног, не особо заботясь о том, поспевает ли рыжий за ним.
-Нет, я конечно герой, но далеко не Бетмен!
Попетляв по переулкам и убедившись, что погони нет, он остановился где-то в... в заднице какой-то, почти не запыхавшись. А вот незнакомец явно к таким марафонам не привык. Вглядываясь в парня своим особым рентгеновским взглядом, боксер выдал:
-Несуразный ты какой-то. И чего они к тебе пристали? Дрищ, как дрищ. - это называлось "подбадривающая речь", после нее еще принято по плечу похлопывать. Блэйк и похлопал, и ухмыльнулся вроде как по-приятельски. А потом пригляделся и заметил бледность да мешки под глазами, вмиг сощурился пытливо, - ты, что ли, долбанный нарик?! Бля, надо было там тебя оставить. - фыркнул, надевая капюшон обратно и разворачиваясь к выходу из переулка.

Отредактировано Richard Blake (2012-11-10 21:38:47)

+2

32

Появление широкого, но низенького парня было неожиданным, Алекс даже вздрогнул бы, не был бы таким уставшим. Ой, бля, сейчас что будет... Только собрался помирать рядом с этим вызвавшимся ниоткуда смельчаком, как тот уже схватил актера за руку и унесся с ним в неизвестном направлении. По крайней мере для Алекса, он за пределы дома только до магазина выходит. В принципе, он занимается спортом, бегает на дорожке, но вот сейчас его организм совсем давал слабину, так что когда этот крепыш сделал последний виток и остановился, то актер сначала врезался в него, а потом облокотился о стену и стал восстанавливать дыхание, пытаясь дышать медленнее и ровнее. А еще хотелось сесть. Ох, как же хотелось сесть. Но на асфальте он сегодня не был настроен покоится, хотел обратно домой и в кроватку.
- Не Супермен, говоришь... А похож. Да и герои бывают разными. Будешь Халком. - усмехнулся запоздало на фразу о герое. А вот на счет последующего он даже и не понял как реагировать. В принципе, его устраивало все в его теле, да и самое главное, что на его внешность находятся роли, и не придавал никогда особого значения этому, но... Выражение было немного неприятным. Да и бог с ним, дрыщ и дрыщ, устало отмахнулся Алекс. Но вот последнее совсем его выбило из колеи. Он даже чуток присмотрелся к странному типу в капюшоне. Не псих ли часом?- Мозги, не не слышал? - пробормотал одну из фраз, взятых из соц.сетей. - Ты признаки усталости отличать от признаков наркомании умеешь? - что вы думаете, мы тоже с зубками, да острыми. Спасибо, конечно, за то, что спас. Хоть я теперь и не особо чувствую себя обязанным, но, может, я угощу тебя завтраком в благодарность, чтобы потом совесть не доебывалась?

+2

33

Блэйк остановился, по доброму усмехнувшись на "Халка". По сравнению с этим тощим парнем, он и правда был коротковат да грузноват. Хоть разница и не большая, а всего сантиметров пять-семь, боксер все равно чувствовал себя неуютно, а рыжего хотелось шпалой обозвать. Особенно когда острый слух уловил словестное поползновение в сторону Ричардова интеллекта. Резко развернувшись, тот приблизился почти вплотную к невольному знакомцу и опасно сузил глаза, задрав подбородок для удобства:
-Что ты сказал про мои мозги, сморчок? Больно надо мне стоять до отличать чьи-то там признаки... - спортсмен расслабился, как только получил приглашение отобедать. Уж он так отобедает, что спасенный на жрачке разорится. После беготни есть хотелось страшно, в пору целого слона сожрать, а лучше какой-нибудь толстый бургер и килограмм картошки фри. Но о фаст-фуде оставалось только мечтать, за рационом своим Блэйк следил похлеще пса за зарытой во дворе костью. Иногда такой гадости хотелось так, что успевай только слюну сглатывать. Помнится, во времена своей юности он только такую херню и жрал... но про юность вспоминать не было сейчас никакого желания.
Ричард вздохнул и отошел на допустимое расстояние, демонстративно оттягивая ворот белой майки и намекая на свой предсказуемый запашок. Конечно, он ведь до того, как натолкнуться на этого рыжего парня, колесил по улицам уже минут сорок.
-Ну пошли, угостишь, чтоб старушка совесть успокоилась. Тут вроде кафешка неподалеку должна быть. - боксер стал озираться по сторонам, постукивая указательным пальцем по губам и припоминая маршрут, - жаль, что в приличное заведение меня не пустят, а то я б успокоил твою совесть до второго пришествия. - Блэйк широко улыбнулся и снова хлопнул его по плечу, отмечая, что одет спутник точно получше заурядного торчка, - пошли. Как тебя хоть звать-то? Я Ричард. - протянул ладонь прямо на ходу, сворачивая из переулка в сторону оживленных улочек.

                                                        >>Blue Note Cafe

Отредактировано Richard Blake (2012-11-11 01:45:00)

+2

34

Алекс не был особым храбрецом, но не испугался, когда псевдо-качок начал надвигаться на него. На самом деле оказалось, что он еще и ниже самого актера. Не на много, но все равно уже не так страшен казался черт. Но был шире и грузнее, такой медвед, больше внешне похожий на плюшевого мишку. И выглядел довольно мило с детскими фразами и задранным подбородком. Даже по волосам потрепать хотелось и посюсюкать, но Алекс сдержал свои порывы, которые этот добрый малый скорее всего не оценит, с трудом сдержал. Кстати выглядел собеседник старше самого актера, но осталась в нем еще какая-то детская непосредственность. Вон даже эмоции не умеет скрывать, как глаза загорелись при слове "завтрак". На самом деле Алекс любил больше рестораны, но здоровяк был прав, его туда не пустят, да и самого актера скорее всего. Если только не признают в нем звезду, а вот звездить Алекс любил меньше всего. Да и хоть он тоже хотел уже перекусить, но в данный момент мечтал о душе. Сказалась его пробежка до магазина и спринт до укрытия. Последнее - больше всего. Так что чувствовал он себя мокро и некомфотрно.
- Ну почему же, пустили бы, если бы ты умел себя вести приличнее и чаще фильтровать речь, - съязвил. Вот когда он стал таким злюкой? Всегда был добродушен и мил, особенно с людьми. Может сказывались усталость и стресс? Но ведь вчера он был еще собой. А может это просто защитная реакция на пакости, в конце концов, похоже его случайный спаситель вообще не знает такого слова как "толерантность". - Я Алекс. Приятно познакомится наверное, - пожал руку в ответ. - Да, кстати, может лучше сначала приняли бы душ? Я тут недалеко живу, недалеко по крайней мере от туда, где мы брали старт. - предложил уже в спину, поэтому ничего больше не оставалось, как пойти следом.

---> Blue Note Cafe

Отредактировано Alex Villain (2012-11-11 20:03:56)

+1

35

--квартира Бекфлая--

Эмоции всё никак не желали улечься в возбуждённом разуме. Марла, с трудом разжавшая кулаки, сжимала их снова, замечая это только тогда, когда острые ногти впивались в мягкую кожу ладоней.
Домишко Бекфлая остался где-то позади, но Марла не спешила ни к автобусной остановке, ни к шоссе, где шансы поймать попутку были практически абсолютными. Она шла по тёмнеющей улице, стараясь остыть и продумать свои действия. Удушающий автобус, ровно как и машина с наверняка разговорчивым водителем (эти бомбилы всегда до жути разговорчивы), никак не поспособствовали бы установлению порядка в её голове.
Пиная попадающиеся под ноги камни и банки из-под содовой, Марла сама не заметила, как прошла несколько поворотов, из-за чего оказалась в незнакомом районе. Не сказать, чтобы её это пугало: было время, когда такие вот прогулки стали для неё единственным спасением от матери, поэтому тёмные скверы и неприветливые люди, ошивающиеся по углам, не внушали девушки ничего, кроме интереса. Она шла, рассматривая машины и дома, по привычке заглядывая в светящиеся окна, но практически не осознавая этого.
Разум бесновался, поливая Арнольда Бекфлая ассорти из самых разнообразных ругательств её немаленького лексикона. Хорош папаша – выставить дочь на улицу в незнакомом месте в тёмное время суток, сунув ей две сотни баксов, как какой-то продажной девке. Интересно, он позвонил её матери? Хотя подождите, это же совершенно неинтересно. Телефон Марлы уже давно лежал в сумке с нулевым аккумулятором, поэтому любые попытки матери отыскать её сейчас были бы бесплодными. Да и что-то подсказывало девушке, что мать скорее уцепиться за возможность лишний раз поцапаться с Бекфлаем, чем броситься искать дочь по тёмным улицам полузнакомого городка.
Марла фыркнула. Тоже мне, показал характер. Она не ожидала, что окажется на улице так быстро. Кажется, они даже толком и не поговорили. Всё, что произошло полчаса назад в замусоренном обиталище кота из кунсткамеры, словно отдалилось, стало так далеко и туманно, как будто они разговаривали несколько лет назад. Вот уж чего Марла точно не ожидала, так это того, что папаша выставит её за дверь просто так, как будто она была одним из его провинившихся собутыльников или кем-то в этом роде.
Марла сама не заметила, как горло сдавило, а из глаз брызнули слёзы. Ха-ха, Марла Кент плачет! И от чего? От того, что ей нахамил незнакомый мужик. Тоже мне, катастрофа, в любой другой раз она бы любого за пояс заткнула. А сейчас рыдает, посмотрите на неё, ну прямо как девчонка!
Но это были не слёзы обиды. Бессильная злость и осознание своей беспомощности душили её, девушка не привыкла к такому. В любой другой ситуации Марла смогла бы сделать так, чтобы желаемое само приплыло к ней в руки, а тут какой-то идиот вздумал диктовать свои условия игры. Это выбивало из колеи.
Девушка села на бордюр и положила подбородок на согнутые колени. Несколько глубоких вдохов помогли побороть надвигающуюся истерику. Марла чувствовала её – удушающая волна гнева, которая рано или поздно выплеснется на кого-нибудь совсем неповинного.
Мимо проезжали машины. В этот момент Марла остро захотела, чтобы с ней действительно что-то случилось. Пусть какой-нибудь обдолбанный водила не справится с управлением, и бампер его машины размозжит ей голову. Пусть сзади подкрадётся какой-нибудь сбрендивший насильник или серийный маньяк, который бесследно скроется через минуту, оставив на тротуаре бездыханное тело. Пусть она окажется в районе, где буйствует собачье бешенство. Пусть в ближайшем доме рванёт баллон с газом…
Пусть с ней что-то случиться. Пусть Бекфлай вспомнит её слова. Это его вина. Это из-за него мать будет лить слёзы над безвременно ушедшей дочерью. «Она была такая молодая, такая красивая», - лепет матушки, плавно скатывающийся в крик, очень красочно зазвучал в ушах. «Арнольд, это всё твоя вина! Снова ты влез в нашу жизнь, и посмотри, что из этого вышло!» А потом она конечно же потащит его в суд, потому что наверняка найдутся свидетели, слышавшие, как неразумный папаша выставил дочку в ночь. Интересно, почувствует ли он хотя бы небольшой укол совести? Одно оставалось несомненным: его жизнь осложниться куда больше, чем если бы Марла осталась этой ночью у него.
Губы расползлись в улыбке. Девушка вытерла мокрые щёки и обняла колени.
Пусть с ней что-нибудь случиться.

Отредактировано Marla Kent (2012-12-15 22:47:15)

+3

36

Backfly`s house

Ну и где ее теперь искать? - произнесло сознание в тот момент, когда мужчина вышел на улицу. На часах был час ночи. Пустые улицы Питтсбурга, редкие прохожие, засидевшиеся в барах. Иногда мимо проезжали машины, мопеды, мотоциклы.
-Где может быть шестнадцатилетний ребенок? Куда она могла пойти? Черт возьми, да куда угодно! Она же ребенок...
-Она твой ребенок! Куда бы ты пошел?
-Бар...
-А в ее возрасте?
-Хм... В бар...

Пока в голвое мужчина продолжался этот странный диалог с самим собой, он успел поймать такси.
-Куда? - недовольно отозвался водитель, смотря в зеркало заднего вида на Арнольда.
-По улицам. Мне нужно найти одного человека, - угрюмо отозвался журналист, смотря в окно, - увидишь девочку шестнадцати лет, блондинку в легкой одежде с сумкой, тормози.
-Эй, я тебе не полиция искать кого-то! - попытался воспротивиться таксист, но, заметив не самый доброжелательный взгляд мужчины, тут же придержал пыл.
Закурив, мужчина внимательно смотрел по сторонам, пытаясь увидеть в свете редких фонарей Марлу. Она не могла далеко уйти. Девушка должна быть где-то в радиусе квартала, может быть двух. Если сейчас Бекфлай не найдет ее,  позвонит в полицию.
В кармане раздался звонок. "Высокомерная сука" - читалось на экране телефона. Мать Марлы видимо была вне себя от волнения.
-Напиши мне ее телефон и прекрати звонить! Ищу я твою дочь! Успокойся! - сухо отозвался мужчина, подняв трубку и после сказанного сразу же сбросил звонок.
-Падчерицу потеряли? - попытался начать разговор таксист.
-Делай что говорят молча!
-У меня друг так. Поссорился с дочерью своей жены. Та убежала, нашли на утро в мусорном контейнере изнасилованную и убитую, - не унимался водитель, явно наслаждаясь тем, что смог кому-то рассказать эту ужасную историю, от которой сам не спал несколько ночей.
От сказанного уже и Арнольду начало становиться плохо из-за волнения. Ребенок явно пошел в него, а значит, приключения сами находят их задницы, где бы те ни были! Сидеть было ужасно тяжело, все вокруг адски бесило. Душный салон такси, на редкость едкая сигарета, дым в которой просто не желал выходить в легкие, время, которое слишком медленно ползло, такси, тянувшееся по дороге со скоростью улитки, улицы, слишком темные, что бы можно было кого-то разглядеть. Мужчина начал значительно волноваться. И дело было даже не в том, что Арнольду просто не хотелось в тюрьму из-за того, что выгнал несовершеннолетнего ребенка на улицу. Волнения подогревались где-то внутри. Нескольких минут разговора с Марлой мужчине хватило, что бы узнать в ней часть себя. Это было что-то выше обычного понимания. Внутри будто застрял металлический прут, ледяной, замораживающий все вокруг себя.
Даже законченному придурку могло бы быть ясно, что после всей жопы, произошедшей в жизни Бекфлая, отталкивать от себя пришедшее чадо - слишком глупый шаг, если смотреть в глобальном плане собственной жизни.
Что посеишь, то и пожнешь... Решил, что легко отделался алиментами? Получай!
Взглянув на часы, Арнольд был удивлен, что прошло всего пятнадцать минут поисков. Ему казалось, что минуло часа три, никак не меньше. Больше всего хотелось убить юную шпионку на месте!
-Эй, это не она? - произнес водила, указывая кривым пальцем на обочину, где и сидело сие брошенное создание. В одно мгновение мужчине вдруг стало очень жалко собственную дочь. Она надеялась на понимание и заботу. Она произнесла отличную фразу "Он сбежал от ее мамаши сразу, она же прожила с ней всю свою жизнь. Что и говорить, это достойно было уважения, ибо жить с этой женщиной было просто невозможно. И вот второй родитель выгнал ее в то время, как дитя искало утешения...
Почему всегда я?! - заскулило сознание, пока такси останавливалось недалеко от девчонки.
-Какого черта ты отключила телефон?! Ты решила меня под суд подставить?! Твоя мать с меня три шкуры сдерет!! Почему я должен отдуваться за то, что пришло в голову тебе, мисс конгениальность?! - раздраженный голос Арнольда, вышедшего из такси, разнесся по улице. Терпение журналиста лопнуло. Почему он должен был следить за этим ребенком? Это участь ее матери! Подойдя к девчонке, мужчина взял Марлу за локоть, поднимая. Сознание так и отсчитывало секунды до взрыва. Нет... Все так легко не может окончиться... Или это будет не его дочь, мужчина был уверен.
3... 2... 1...

Отредактировано Arnold Backfly (2012-12-19 16:18:00)

+3

37

Марла не следила за временем, поэтому затруднилась бы ответить, сколько она просидела на этом тротуаре. Тишину ночного Питтсбурга нарушали только шуршащие шины проезжающих авто да её собственное дыхание. Сколько бы времени она здесь не провела, этого оказалось вполне достаточно, чтобы ноги заледенели, а разум начало клонить в сон.
Никого не было. Никаких убийц, насильников, бешеных собак. Даже водители ездили удивительно ровно, словно отклонение на сантиметр от середины дороги могло стоить им жизни. Марла даже  расстроилась: обычно неприятности сами находили её, но это, наверное, распространялось только на те случаи, когда она их не ждала.
Ехать домой? Нет, увольте. Ночевать на улице? Вариант. Идти? Да, но куда? Она понятия не имела, где ближайшее кафе или, например, вокзал, где можно было бы при желании скоротать несколько часов (а то и ночей). Обычно этого бывало достаточно, чтобы Марла остыла,  а обида на мать стала не такой всеобъемлющей. Но так было раньше, а раньше в её жизни не было Арнольда Бекфлая.
При мысленном упоминании этого имени сами собой всплывали такие эпитеты, как «безмозглый», «безответственный», «бесчувственный», «бесчеловечный», «безвольный», а ещё менее мягкие «придурок», «идиот», «престарелый кретин». Марла уже мысленно дала ему титул короля придурков, вручила корону из пивных бутылок и державу в виде гигантского косяка. А потом занялась придумыванием того, в какие нелепые ситуации она отправила бы его, будь у неё такая возможность.
Это немного подняло настроение и отвлекло от мыслей насущных.
Например, она снова хотела есть. То ли подростковый метаболизм шалил, то ли холод, но желудок снова скрутился в периодически стонущий морской узел. Ещё немного, и она снова решиться на мелкое воровство из ближайшего супермаркета.
Бекфлай априори позвонил её матери. Почему-то теперь Марле совершенно не хотелось называть этого человека своим отцом. Пусть лучше всё будет так, как было: мама и я – истеричная семья. А вакантное место заполнят мамины хахали, меняющиеся с невообразимой периодичностью. Пожалуй, Марла даже согласится выучить их имена.
Подул ветер, и девушка поёжилась. Было не так уж и холодно, но её одежда явно не была предназначена для долгого сидения на каменном бордюре. Но и вставать не было ни сил, ни желания.
Поначалу Марла забавлялась подсчётом проезжающих мимо машин. Если бы она не бросила это дело после шестого авто, то узнала бы, что притормозившее возле неё такси было ровно двадцатым.
Можно было даже не поднимать глаз – каким-то шестым чувством Марла осознала, что из машины сейчас выйдет именно Бекфлай. Подавив импульсивно-детсткое желание встать и рвануть куда-нибудь во дворы (просто назло, пускай побегает), она осталась сидеть на камне, стараясь при этом сохранить такое же невозмутимое выражение лица.
И – да – через пару секунд на улице появился её отец. Увидев его лицо, стало намного сложнее сдержать злорадную улыбку.
Бекфлай по-хозяйски стиснул её локоть и дёрнул вверх. Марла невольно поднялась, хотя и не была уверена в том, что её замёрзшим ногам сейчас можно доверять.
Секундное замешательство - отсчёт бомбы с часовым механизмом. Девушка медленно развернулась и резким движением вырвала свою руку из отцовой хватки. Она почти физически чувствовала, как закипает кровь, готовя к выплеску такую бурю энергии, что никаким АЭС и не снилось.
Марла отошла на шаг назад, не отводя от Бекфлая горящих глаз. Ноздри шумно втягивали воздух. Ураган Марла начнётся через три, два, один…
Сказать, что Марла умела драться – очень сильно приукрасить действительность. Нет, это было в определённой степени правдой, если считать дракой беспорядочное махание кулаками, которым она как раз владела в совершенстве. Вот и теперь Марла сама не заметила, как уже оказалась в считанных сантиметрах от отца, отчаянно барабаня кулаками по всему, до чего могла дотянуться. Она не строила иллюзий на тему причинения мужчине смертельного ущерба (да хоть какого-то ущерба), но было очень приятно осознавать, что попадание по вчерашним синякам и ссадинам ему как минимум не доставляет удовольствия.
- Какого хрена ты здесь делаешь?! Совесть проснулась, да?! Снова решил в благодетеля поиграть? Спасибо, не надо, сама справлюсь! - кричала она, переходя все возможные децибелы. Наверное, выгляни сейчас кто-нибудь в окно, увидел бы голосящую девчонку, отбивающуюся от алкоголика с не внушающим доверия видом. Эта мысль придала Марле сил.

+3

38

Реакция была стоящей! Арнольд четко, почти физически почувствовал де-жа-вю... Точно так же на него набрасывалась мать Марлы с кулаками, когда увидела две полоски и приехала требовать жениться на ней. Деньги женщине были совершенно не нужны, ее интересовало исключительно положение замужней дамы. Вот и сейчас ее маленькая копия, без разбору била собственного отца тонкими кулачками, явно пытаясь нанести как можно больше вреда.
Где ж я так нагрешил-то?! - подумал Бекфлай, с силой сжимая девчушку, не давая ей сильно размахивать руками. В бое с матушкой обычно это помогало, и так начинала либо рыдать, либо просто успокаивалась. Слез собственного ребенка Арнольд точно видеть не хотел. Вообще не переносил слезы, особенно женские... Слишком часто они были напоказ...
-Успокойся!! - каков чертенок! Один из ударов попал по больным ребрам, заставив мужчину практически завыть от боли. Ему и так нужно было к врачу. Боль в боку началась с новой силой. Крепче сжав руки дочери, журналист прижимал ее к себе, не давая наносить удары. Истерика юной особы совершенно не вписывалась в его планы. Если таксист, что терпеливо стоял рядом, вздумает вызвать полицию. Или же если это сделают жильцы ближайших домов, Арнольд вряд ли сможет им объяснить ситуацию без печальных для себя последствий... Картина же, разворачивающаяся сейчас на одной из улиц ночного Питтсбурга, мягко говоря, не внушала доверия случайным свидетелям. Изрядно помятый мужчина прижимает к себе вырывающуюся голосящую молодую девушку, пытаясь затащить ее в такси... Что уж и говорить, подозрительно выглядит!
- Какого хрена ты здесь делаешь?! Совесть проснулась, да?! Снова решил в благодетеля поиграть? Спасибо, не надо, сама справлюсь!
У чада включилась гордость, которая вместе с обидой и уязвленным самолюбием давало адский результат. Резко отпустив Марлу, Арнольд тяжело выдохнул. Бороться с юным созданием было слишком тяжело.
-Ну хватит!! - вылетело из груди мужчины вместе с выдохом. Наклонившись вперед и оперевшись о колени, Арнольд постарался перевести дыхание, от ужасно болящего ребра. Придерживаясь за пострадавший бок, журналист выпрямился, смотря на Марлу.
-Я не собираюсь оставлять тебя посреди улицы! Ты соображаешь, что с тобой могло произойти?! Здесь на днях девушку убили, а ты шляешься в этом... не самом скромном виде по улицам в час ночи... - говорить со злостью или как еще обычно бывает, с родительской строгостью, не получалось. Слишком сильна была боль в боку, - Хочешь ты этого или нет, Марла, но ты сейчас отправишься со мной! Позвонишь своей матери, что с тобой все в порядке и завтра она приедет за тобой! Твой план по привлечению к своей милейшей персоне внимания прошел на ура! Ты подняла на уши всех! Я больше чем уверен, что твоя мать уже позвонила в полицию и заявила о том, что я тебя похитил! Спасибо, дочь! Отомстила... Да только непонятно за что! Твоя мать никогда не спрашивала меня ни о чем, просто ставя перед фактом в самый неподходящий момент моей жизни! Теперь ты у нее переняла эту отвратительную привычку? Ты слишком сильно на нее похожа, что бы мы ужились под одной крышей. Хочешь жить у меня, мы можем рассмотреть эти варианты, но, во-первых, СПОКОЙНО!! А во-вторых, ты не будешь врываться ко мне как тайфун, и взрывать мне мозг в первые же пять минут разговора!
Остановившись, мужчина закурил. Синяки и ссадины от прошлой ночи до сих пор не проходили. Наверное, стоило с этим что-то сделать, но что? В больницу? Сейчас?!
Посмотрев в сторону, мужчина начал осознавать, что он сейчас наговорил. Он разрешит жить этой девчонке у себя?! Ну да, ровно пока ее мамаша не решит подать на него в суд... По сути, журналист уже просто сдался! Слишком много было на него одного того, что произошло за последнее время... Бороться он просто уже физически не мог.
-Значит так: либо ты возвращаешься и мы обговариваем условия твоего пребывания у меня, либо я сейчас же вызываю полицию, и ты дожидаешься свою мать в полицейском участке. Решать тебе, крошка. - устало произнеся это, мужчина направился к такси и ожидая решения дочери. Остановившись у двери, мужчина выжидающе посмотрел на ребенка.

+3

39

Марла была в паре шагов от того, чтобы станцевать победную джигу. Да, чёрт подери, папаша сдался! Подумать только, всё в точности как всегда: Марла захотела – Марла получила. И даже то, что этого человека она знала буквально полчаса от всех своих без малого шестнадцати лет жизни, погоды не сделало.
Наверное, у неё природный дар убеждения.
Хотя скорее ей повезло, что папаша не оказался совсем уж чёрствым сухарём, а его совесть не решила взять недельку отпускных. Хорош был бы отец, выгнавший дочь на улицу и совсем не терзавшийся по этому поводу.
Марла, приготовившаяся уже использовать главный женский аргумент – слёзы, почему-то передумала. Увы (а может и не увы), сыграть трагедию не было необходимости. Папочка сдался даже раньше, чем она планировала.
Бекфлай проворно схватил её за руки. В этом движении чувствовалась изрядная сноровка, словно каждое утро папаша начинал не иначе как с обездвиживания десятка истеричек. Марла попыталась вырваться, но скорее для проформы: во-первых, понимала, что с сорокалетним мужчиной её не тягаться, а во-вторых просто потому, что и драка-то была начата скорее для галочки. Внутреннее ликование было настолько сильным, что девушка охотней бы обняла, например, сидящего в машине таксиста.
Через пару секунд, осознав, что Марла уже не пытается добраться до его рёбер, Арнольд разжал руки. Марла сделала шаг назад и потёрла запястья – хватка у папочки была что надо.
- Нет, ну интересный ты. Куда я должна была пойти? Я даже не знаю, где тут автобусы останавливаются, - врала Марла почти профессионально. – Или мне надо было попутку поймать? О да, сесть к незнакомому мужику в машину намного безопасней, чем идти по пустой улице, – девушка попробовала изобразить возмущённый вид, но вместо этого губы растянулись в предательской улыбке. Которая, однако, завяла сразу же, как только Бекфлай упомянул её мать. Марла скрестила на груди руки и приготовилась голосить по поводу того, что скорее съест свои рукописи, чем вернётся к ней.
Но тут её ждал очередной приятный сюрприз, о котором Марла уже перестала и мечтать.
- То есть ты разрешаешь мне остаться у тебя? – опешила она, отчего голос получился тихим и неуверенным. Редкая интонация, не многие могли бы сказать, что слышали её от Марлы.
И вдруг случилось то, чего с девушкой не происходило уже давно – она взглянула на ситуацию глазами другого человека. Напротив неё стоял помятый, уставший мужчина, согнувшийся от боли (и да, это из-за неё), на голову которого ни с того, ни с сего свалилась собственная дочь. Вчера у него, очевидно, была не самая приятная ночь, да и в целом вид у него какой-то уж слишком обречённый, чтобы делать выводы о том, что этому виной всего одна драка. Значит, у него и в жизни сейчас не радужные пони прыгают. А тут ещё она – шумная, наглая, голосящая во всё горло и заявляющая свои права на то, что принадлежит ему по праву…
Но нет, как бы не прониклась она чувствами своего папаши, нельзя этого показывать. По крайней мере, не сейчас. Не так быстро. Пока можно продолжить гнуть линию неразумного чада.
- К себе домой я ехать не собираюсь, это уж точно, – Марла прошествовала к такси с видом победителя. Коим она, по сути, и являлась. – Если дашь мне телефон, я позвоню матери и скажу, что всё в порядке, чтобы у неё не было к тебе претензий. И почему-то мне кажется, что она будет рада от меня избавиться.
Гордо задрав нос, девушка открыла дверь такси. Села на заднее сидение с таким видом, как будто перед ней стояла не банальный служебный автомобиль, а как минимум лимузин. Очаровательно улыбнулась водителю.
- Вот почему нельзя было без этого цирка? - спросила она Бекфлая, после чего по памяти назвала таксисту его адрес.
- Backfly's house

+3

40

Another reality

Вернуться домой быстро и, желательно, до обеда так и не вышло. Дел оказалось больше, чем казалось сначала. Слишком наглые клиенты, парочка проблем с сотрудниками и глюки системы. Не самый удачный день, не смотря на то, что он очень хорошо начинался. И хорошая погода не являлась смягчающим фактором.
К счастью, днём Натану уже удалось вырваться из лап работы. Он снова сел за руль и поехал в город, чтобы заполнить свой холодильник продуктами, а потом вернуться в кровать или, если Макс ещё дома, просто приятно провести время. Можно было позвонить Джастину, которого Нат уже с момента их последней встречи не видел, и узнать, как у того дела. Мысль показалась шатену хорошей. Он попытался рукой нашарить телефон, и когда тот уже почти был в его руках, чудо техники выскользнуло из пальцев и закатилось под сиденье. Натан выругался, а когда снова посмотрел на дорогу, резко затормозил. Мало того, что он чуть не проехал на красный, так раздался ещё и стук, будто менеджер на кого-то наехал.
"Лишь бы не ПЕРЕехал."
Последней сволочью, которая уезжает с места происшествия, как можно быстрее, Нат не был. Он поторопился покинуть машину и посмотреть, что же именно произошло. Было две новости – хорошая и плохая. Хорошая – «жертва» была жива и, кажется, невредима, по крайней мере. Крови не было. Плохая – человек, которого чуть не переехал Уайлд был совсем недавно клиентом их отеля и при чем достаточно долго. То есть, он видел Натана еще тогда, когда тот стоял за стойкой администрации. И тут менеджер повторно разразился ругательной тирадой. Мысленно.
- Чёрт, - всё таки вырвалось в слух, благо, что не матерное слово - простите меня. Не стоило отвлекаться за рулём, - на самом деле, на этом месте следовало вообще молчать. Вот сейчас у Бэкфлая была причина наехать на парня, хоть и заслужено. С условием, что мужчина в состоянии это сделать.
- С вами всё в порядке?
Наверное, самые заезженные вопросы в такой ситуации, но лучше чем «Не злись, дружище! Кости целы. Пойдём, выпьем что-нибудь и забудем об этом злоключении.»

+1


Вы здесь » QaF: last story from Pittsburgh » √ архив локационной игры » Улицы города ·