QaF: last story from Pittsburgh

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » QaF: last story from Pittsburgh » √ архив локационной игры » Лофт Фримена


Лофт Фримена

Сообщений 21 страница 40 из 54

1

http://photo.qip.ru/photo/kris181/150920359/middle/168954561.jpg

http://photo.qip.ru/photo/kris181/150920359/middle/168954567.jpg

http://photo.qip.ru/photo/kris181/150920359/middle/168954606.jpg

http://photo.qip.ru/photo/kris181/150920359/middle/168954574.jpg

http://photo.qip.ru/photo/kris181/150920359/middle/168954594.jpg

http://photo.qip.ru/photo/kris181/150920359/middle/168954627.jpg

http://photo.qip.ru/photo/kris181/150920359/middle/168954581.jpg

http://photo.qip.ru/photo/kris181/150920359/middle/168954600.jpg

http://photo.qip.ru/photo/kris181/150920359/middle/168954585.jpg

http://photo.qip.ru/photo/kris181/150920359/middle/168954638.jpg

http://photo.qip.ru/photo/kris181/150920359/middle/168954650.jpg

http://photo.qip.ru/photo/kris181/150920359/middle/168954644.jpg

http://photo.qip.ru/photo/kris181/150920359/middle/168954657.jpg

http://photo.qip.ru/photo/kris181/150920359/middle/168954672.jpg

http://photo.qip.ru/photo/kris181/150920359/middle/168954662.jpg

0

21

Калеб шумно выдохнул, оказываясь на спине и прижимаясь еще теснее к Фримену, который целовал его также, как и в самом начале, что давало надежду на продолжение. Еще одно, чего парнишка страстно желал, только бы Логан не оставлял его одного здесь, в этой огромной квартире, как раз тогда, когда Калебу, в сущности, даже некуда было пойти. Домой? Нет, только не туда, иначе мать и вправду закатит скандал. Даже зная ее невозмутимость, спокойствие и невероятное понимание всех и вся, О’Доннелл понимал, что здесь не обойдется одним лишь выяснением отношений. Это было бы слишком для него сейчас, когда эмоций и так было много, очень много, столько, что справиться с ними было очень сложно, почти невозможно. Они захватывали, как и ощущения, как это тепло во всем теле, горячая волна, скатывающаяся к низу живота, дающая понять то, что Калеб не сможет долго терпеть. Ласки Логана сводили его с ума, он вздрогнул от легкого укуса, чуть слышно застонав, чуть было не возмутившись тем, что после останется след. Вовремя сдержался, лишь прикусывая губы и едва заметно улыбаясь, приподнимая бедра, чтобы обхватить ногами бедра Фримена, скользя ладонями по его телу, все еще разгоряченному после оргазма и, кажется, поддающемуся возбуждению вновь. Это было настолько опьяняюще, что сейчас Калебу хотелось, чтобы этот день, плавно переходящий в вечер, не заканчивался. А еще больше хотелось, чтобы Логан остался еще и на ночь, но парень абсолютно не знал, что нужно сделать для этого. Сказать? Попросить? Как? Когда у Фримена наверняка есть свои планы, которые он не захочет менять ради какого-то мальчишки, с которым провел прошлую ночь и трахнул в своем лофте снова сегодня. Конечно же, О’Доннелл прекрасно понимал, что ничего не значит для мэра и тот держит его возле себя, как красивую игрушку, которой можно побаловаться какое-то время, а потом выбросить, ненужную и разбитую. Это сложно было представить в такой момент, когда губы Логана вытворяли что-то невообразимое. Нет, это были не просто поцелуи. Что-то большее таилось во всех прикосновениях, даже стонах, пусть почти неслышных, но таких… искренних? Казалось бы, это слово совсем не подходит сюда, а тем более к самому мистеру Фримену, но то был один из немногих моментов, когда мужчину можно было застать по-настоящему искренним. Кто бы только знал, как это радовало Калеба, что именно с ним мэр Питтсбурга настоящий, что именно он, какой-то молоденький студент, казалось бы, ничем не примечательный, заставляет взрослого мужчину испытывать настолько сильные эмоции. Мальчишка улыбнулся, откинув голову назад и, по правде говоря, уже настроился на продолжение. Но у Логана, как обычно, были свои планы, которыми он не удосужился поделиться с О’Доннеллом. Все закончилось также резко, как и началось, Калеб так и остался лежать на кровати, пытаясь прийти в себя и привести дыхание в норму, что оказалось занятием довольно сложным. Повернувшись к Фримену, он прикусил губу и натянул на себя покрывало, укрываясь им до пояса, словно стесняясь чего-то. Уткнувшись лицом в подушку, парнишка вздохнул, поняв, что, конечно, мэр не останется с ним до вечера, да и завтра вряд ли почтит своим присутствием. Он вдруг вспомнил о том, что сегодня услышал в разговоре Логана и его друга, Доминика, но промолчал, даже не пытаясь ничего больше спрашивать. Теперь он знал, что это наверняка закончится плачевно. Да и нужно ли ему все это?
Калеб поднялся на руках, согнутых в локтях и покачал головой в ответ на слова Фримена, опустив взгляд.
- Нет, не придется, - также тихо, как и Логан, произнес парень и едва заметно улыбнулся, опять, уже в который раз покраснев, кажется, до самых кончиков волос.
Что за идиотская реакция буквально на все действия и слова мужчины? Хотя, Калеба тоже можно было понять, ведь это его самый первый опыт, к тому же… он, пусть совсем недавно, но все же понял, что любит Фримена. Так сильно, что готов был на очень многое ради мэра. И, конечно, готов был не задавать больше вопросов, ни одного, если это понравится Логану. Поднявшись на колени, он не обратил внимание на упавшее с него покрывало, и придвинулся ближе, почти касаясь грудью спины мэра. Калеб медлил, даже не зная, правильно ли поступает. Наверное, нужно было просто пожать плечами и ответить, что он будет ждать Логана здесь в любое время дня и ночи, но слова застряли где-то в горле. Сейчас с языка рвалось совсем другое. Как обычно, наивный романтик О’Доннелл хотел большего. Ему было недостаточно того внимания, которым сегодня баловал его Фримен. Неужели это так сложно – остаться еще на пару часов? И послать к черту этого Доминика со всеми его неотложными делами.
Да, сказал бы я это сейчас вслух, - усмехнувшись почти беззвучно, подумал Калеб, обнимая Логана за плечи и невесомо целуя основание шеи.
- Тебе не нужно ничего больше объяснять мне. Я не буду больше спрашивать, Логан, не буду интересоваться, хотя…, - здесь он замялся на пару мгновений, решаясь на следующие свои слова, - я был бы рад, если бы ты решил делиться со мной хоть чем-нибудь.
Оставив еще несколько поцелуев на все еще разгоряченной коже, прикрыв глаза, Калеб посильнее нажал на плечи Фримена пальцами, словно разминая, прижимаясь к нему и чувствуя, как и по собственному телу прокатывается невероятно теплая волна чего-то до безумия приятного. Должно быть, это он. Тот самый момент, о котором мальчишка-студент так давно мечтал. Сидеть вот так, в полной тишине, чтобы слышать дыхание того, кто находится так близко, того, кто дороже всех на этом свете…
- Я люблю тебя, - шепотом, почти неслышно, выдохнул О’Доннелл, едва заметно вздрогнув от собственных слов, вырвавшихся непроизвольно, но на самом деле таких, которые хотелось произносить постоянно.
Будто боясь открыть глаза, Калеб зажмурился и крепко обнял Фримена, уткнувшись носом в светлые волосы. Только бы он никуда не уходил…

+1

22

Ответ мальчишки не заставил себя долго ждать. Хотя, ждал-ли его Фримен? Он был уверен в том, что ни один человек, пусть даже столь юный и безрассудный, не захочет испытать на себе то, что уже продемонстрировал мужчина в ответ на порцию вопросов о своих делах. Только если этот человек не настоящий мазохист, ловящий кайф от испытываемой боли, не только физической, но и моральной. Логан никогда не понимал таких людей, потому что сам был полной их противоположностью и наслаждался совсем другой стороной боли, причиняя ее и подчиняя себе людей. Относилось это ко всему, что делал мужчина и, к счастью для него и к сожалению для парня, касалось это и близости.
Он сделал очередную затяжку, сосредоточенно думая об этом. Но сожаления в мыслях не было, как не было в них и сомнений в правильности собственных действий. Ничего не изменилось. Пусть на какое-то время Логан смог почувствовать что-то ему не свойственное, смог насладиться тем, что уже давно не испытывал, но по большому счету он все еще оставался собой. И это не могло не вызвать тихую радость, наполняющую мужчину изнутри, потому что сейчас в его жизни начинался такой период, когда перемены могли лишь навредить и помешать не просто исполнению заветных целей, они могли поставить под угрозу сохранность самой жизни Логана Фримена. Разве он мог допустит такое? Разве мог забыть об этом, даже под впечатлением недавно испытанного оргазма? Разве мог позволить кому-то сбить себя с пути, который казался мужчине единственно верным?
Логан заметно вздрогнул от прикосновения к своему телу, наблюдая за тем, как пепел с полуистлевшей сигареты падает на пол. Он сделал еще одну глубокую затяжку, нахмурившись не только из-за крошечной серой кучки у его ног, нарушающей порядок, но и из-за слов Калеба.
- Тебе не нужно ничего больше объяснять мне. Я не буду больше спрашивать, Логан, не буду интересоваться, хотя…, я был бы рад, если бы ты решил делиться со мной хоть чем-нибудь.
Фримен усмехнулся, отправив недокуренную сигарету в пепельницу на прикроватной тумбочке, но поворачиваться к мальчишке пока не решался. Слишком уж большой контраст был между выражением его  лица и словами, что говорил Калеб. В них не было ничего особенного, не считая того, что они давали Логану надежду на избежание повторения случившегося утром. И все же они невольно задевали его, особенно последняя часть про желание знать о жизни мужчины больше. Он мог понять это. Перекладывая ситуацию на себя, меняясь с мальчишкой местами, Логан четко осознавал, что сам никогда бы не смог "прижиться" в подобной роли - ничего не знать о другом человеке и одновременно с этим отдавать ему себя, соглашаясь практически на все. Нет, подобное амплуа совсем не подходило образу Фримена, и вместе с этим мужчина начинал понимать, что ему приятно подобное желание. Конечно, этого было не достаточно для того, что бы сию секунду начать рассказывать о долгой и красочной жизни мистера Фримена, но все таки в глубине души зарождалось желание сделать это. Возможно, чуть позже или спустя более продолжительное время, не что-то важное и значимое, а что-то совсем незначительное, но все таки имеющее отношение лично к Логану. Об этом рано было думать, но все же мужчина думал, и одно это заставляло его едва заметно улыбаться. А еще действия Калеба. В них тоже не было ничего особенного, но они доставляли Логану удовольствие.
- Я люблю тебя.
Опять. Мальчишка опять повторял эти слова и, кажется, всерьез верил в них. Фримен ничего не мог сказать в ответ. Он лишь вздохнул и повернулся к парню, садясь вполоборота и обнимая его за пояс одной рукой.
- Сочувствую, - не сдержавшись, проговорил Фримен, коротко поцеловав Калеба и прижавшись своим лбом к его, - Ты ведь не представляешь, что ждет тебя дальше?
Это был вопрос, хотя Логан был уверен, что именно так и есть. Только он сам мог рассказать парню, да и то лишь с пятидесяти процентной уверенностью, о том, какой именно будет его жизнь теперь. Обеспеченной. В этом мужчина не сомневался, потому что так или иначе привык платить за удовольствие. Наполненной сексом. Это тоже сомнений не вызывало, поскольку именно для этого Фримен собирался поселить мальчишку в своем лофте. Что же до всего остального, то здесь Логан мог лишь предполагать и размышлять, а точнее фантазировать на разные темы, но точного описания так и не получил бы. Он сам не знал, да и не хотел думать об этом, по крайней мере сейчас.
Сильнее обняв Калеба, он притянул его к себе, заставляя усесться к себе на колени вполоборота, словно маленького ребенка, которого захотела приласкать заботливая мамочка. На мамочку, тем более заботливую, Логан вряд ли походил, а вот на папашу, в извращенном понимании этого слова, пожалуй что да. Запустив пальцы в темные волосы мальчишки, он сжал их, потянув немного назад, и в очередной раз пристально посмотрел в его глаза.
- Я скоро уйду, - тихо и очень спокойно заговорил он, хотя в таком положении, в котором они оба сидели сейчас, думать о вещах серьезных и не имеющих отношения к сексу, было крайне затруднительно, - Вито останется, что бы присмотреть за тобой и отвезти домой, что бы ты мог собрать свои вещи. Не тяни с этим, хотя много одежды тебе не понадобится, - звучало как-то двусмысленно и Логан понял это, едва произнес вслух. Сдержав усмешку, он скользнул взглядом по обнаженной фигуре Калеба, все же улыбнувшись немного пошло, и вновь посмотрел на него, - Нам придется подумать над тем, как ты теперь будешь одеваться. И это не обсуждается, даже несмотря на то, что мне нравится твой теперешний костюм, - к концу предложения голос Логана превратился в хриплый шепот. Его ладонь плавно опустилась по телу парня к его бедру и словно сама собой переместилась к его паху, едва не задев плоть Калеба, а губы вновь коснулись разбитой губы мальчишки.
- У тебя кровь, - все так же тихо продолжил говорить Фримен, хотя сейчас он имел ввиду не только рану на губе парня. Он все еще поглаживал его тело, то поднимаясь вверх по нему, то опускаясь ниже к его ногам и в конце концов остановился на ягодицах, как будто только сейчас вспоминая о том, что видел красноватые потеки, когда трахал его, - Тебе нужен душ и отдых, малыш. Отдых от меня. Это будет невозможно, если я останусь. - и словно в подтверждении своих слов, Логан сильнее прижал к себе мальчишку, отпустив наконец его волосы и сжав ладонь на его затылке, припав к его губам в очередном поцелуе, который все же не продлился слишком долго, потому что тело начало откликаться на столь незатейливые действия довольно быстро. Фримен отстранился и попытался подняться, оставив парня на кровати, отправляясь в душ.
- Но у меня есть еще немного времени и ты можешь ко мне присоединиться, - не поворачиваясь к парню и откручивая кран с горячей водой, проговорил мужчина. Все же в этом лофте было много прелестей, одной из которых оказалось почти полное отсутствие дверей. В любом случае, даже если бы Логан намеревался принять ванную, а именно это он и собирался сделать, один, Калеб вынужден бы был наблюдать за ним из спальни. Не дожидаясь когда наберется достаточно воды, Фримен залез в большую лохань и тут же откинул голову на бортик, прикрыв глаза. Сейчас было самое время подумать о чем-нибудь важном и почти сразу же Логана начали одолевать мысли о предстоящей встрече и о том, что будет завтра.

+1

23

Калеб и не надеялся, что Фримен останется с ним сегодня вечером. Это было бы так же нереально, как и… вернуться домой именно сейчас. Зря Логан сказал об этом, все равно парнишка будет еще очень долго раздумывать над тем, когда ему стоит появиться перед собственной матерью. Он даже и представить не мог, что скажет ему Гвен на заявление о том, что ее сын теперь – любовник мэра Питтсбурга. А может быть, и не стоит ничего говорить? Да, его не было почти двое суток, да, он не отвечал на телефонные звонки, признаться, про телефон Калеб и вовсе забыл, не посмотрев на дисплей за все это время ни разу. Попросит прощения, объяснит, что был с какой-нибудь милой девушкой и мать наверняка поймет его… нет, так нельзя. К тому же он совершенно не умел врать, обязательно выдал бы себя одним только румянцем на щеках. Уж его мать давно привыкла к такому и с самого первого слова поняла бы, что что-то с ее сыном не так. На самом деле гнев Гвен был не самым страшным, чего ожидал О’Доннелл. Отец – вот что пугало больше всего. Но сейчас задумываться обо всем этом не очень-то и хотелось, тем более, что Фримен усадил мальчишку к себе на колени, от чего Калеб едва заметно улыбнулся и невольно прижался к нему теснее, но не произнес ни единого слова, слушая, что говорит мужчина. Кажется, теперь его ждала жизнь, наполненная не смыслом, а одним только человеком – мистером Логаном Фрименом, который собирался контролировать его с утра и до позднего вечера. Не зря же он перевез парня в свою квартиру. Хотя, на самом-то деле, это не так уж и расстраивало Калеба, он даже, кажется, хотел постоянно быть здесь, чтобы ждать, когда же, наконец, Логан придет к нему. Это было какое-то странное и даже извращенное желание, учитывая то, что мальчишка абсолютно ничего не знал об этом человеке, который сейчас обнимал его, с которым он провел целую ночь, отдаваясь ему так, словно они уже давно были вместе. Где-то глубоко внутри, в душе зарождались сомнения насчет правильности поступков, однако, Калеб старательно отгонял их, хоть и понимал, что теперь так будет случаться очень часто. Как не крути, но все же поступки на самом деле были опрометчивыми. Он даже вздрогнул, вспомнив то, что произошло совсем недавно, и только было поднял руку, чтобы коснуться разбитой губы, но Логан обратил на это внимание быстрее. Или все же не на это? О’Доннелл должен был догадаться, о чем говорит мужчина. Ведь не зря ему было так больно, когда… нет, нельзя об этом думать. Вот, это, оказалось, еще одна вещь, которая пугала парнишку. Ведь ему в самом деле было больно, так, что он готов был вырываться и кричать, однако, наоборот, поддавался Фримену, словно заставляя его делать это снова и снова. Передернувшись от осознания своей ненормальности, Калеб даже позволил себе усмехнуться, но все равно вышло как-то невесело, он обнял Логана крепче и ответил на его поцелуй. Ответил не только он сам, но и тело, моментально откликнувшееся на такие, пусть незатейливые, но все же ласки. Черт возьми, кто бы только знал, как на самом деле Калеба возбуждали одни лишь прикосновения мэра, его теплые ладони, скользившие по телу мальчишки, заставляли возбуждаться с каждой секундой все больше. Зачем он это делает, когда не собирается остаться? Шумно выдохнув, Калеб чуть слышно застонал, жадно впиваясь в уже такие любимые губы, но… вновь все закончилось также быстро, как и началось.
И как у него хватает выдержки? – насупившись, подумал мальчишка, оставшись на кровати в одиночестве и наблюдая за Логаном, собиравшимся принять душ.
Растущее возбуждение никуда не делось, а только, кажется, еще больше не давало покоя. Калеб судорожно облизал губы, скользя взглядом по идеальному телу Фримена, задевая его татуировки и шрамы, которые только придавали мужчине какой-то особенный шарм. Как же хотелось прикоснуться к нему сейчас снова… и плевать на то, что Логан скоро уйдет, плевать на то, что наверняка будет больно. Снова. Поежившись, О’Доннелл поднялся с постели, не высидев больше ни одной минуты, и подошел к ванной, где блаженно растянулся мэр. Один только вид его обнаженного тела свел парнишку с ума. О том, что он уже давным-давно красный, как рак, и думать не приходилось. Как-то стыдливо прикрывшись полотенцем, которое Калеб успел схватить с полки рядом с кроватью, он присел на бортик ванной и прикусил губу, не решаясь на дальнейшие действия и хоть какие-то слова, но все же…
- Мне все равно, что будет дальше со мной... с нами. Будет и это... главное. И, знаешь, мне не нужен отдых от тебя, - произнес парнишка каким-то хриплым шепотом, тут же попытавшись откашляться.
Безуспешно. Потому что прекрасно понимал, от чего у него такой голос. Выдавать свое возбуждение не хотелось, хотя скрывать его было все труднее и труднее. Развлекать Фримена разговорами? Но что говорить, Калеб тоже не знал, потому что в мыслях сейчас вертелось совсем другое. Отвернувшись всего на пару мгновений, он попытался отдышаться, чтобы хоть как-то успокоиться. Получилось плохо. За это время Логан успел подвинуться и О’Доннелл, все еще жутко смущаясь, забрался в ванную, повернувшись к мужчине спиной и только тогда откинув полотенце, чтобы сесть в теплую воду, тут же прикрывая глаза от удовольствия. Нет, это не давало абсолютно никакого облегчения, да и вода была здесь ни при чем. Самым главным была близость мэра, которую мальчишка ощущал теперь очень отчетливо, от чего у него снова сбилось дыхание. Набрав в ладони воды, он умылся и провел влажными пальцами по волосам, усмиряя свои ненавистные кудряшки, которые, однако, приводили в восторг его мать, и именно поэтому Калеб не мог отстричь их. Немного развернувшись к Фримену, он совершенно случайно провел ладонью по его ноге, чуть выше, к бедру и быстро отдернул руку, опуская взгляд. Ну почему он все еще стыдится чего-то? Сколько можно? Впрочем, это не помешало Калебу потянуться к губам Логана, чтобы снова поцеловать его. Едва касаясь его губ своими, невесомо и даже нежно, словно боясь, что мэр оттолкнет его.

+2

24

Завтрашний день казался каким-то далеким и нереальным. Слишком большой контраст вызывали мысли о проблемах и то, что происходило с Фрименом в последние два дня. В принципе, ничего удивительного в этом не было, если бы речь не шла о мистере градоначальнике. У него все выбивалось из описания "нормально", что выходило за рамки его правил и привычек. Кажется, о последнем и вовсе стоило забыть, учитывая, что уже несколько раз за двое суток мужчина изменил им. А значит и самому себе. Жалел-ли он об этом? С большой натяжкой можно было сказать, что - да, его не устраивало подобное положение вещей. Но почти сразу же Логан вспоминал о том, что никогда и ничего не делал против своих желаний, а значит и в этот раз он не станет корить себя за слабость и сокрушаться относительно последствий. Они, безусловно, не заставят себя долго ждать, хотя теперь, лежа здесь, в этой ванной, наслаждаясь теплой водой, мужчина понимал, что готов принимать правильные, а главное осмысленные решения. Первая волна гнева от того, что кто-то покушался на его жизнь, спала. Этого и ожидал Фримен, когда решил провести выходные в обществе мало знакомого мальчишки. Хотя, это было не совсем так. Да, они виделись (и трахались) всего несколько раз, но..... Логан знал об этом пареньке практически все, по крайней мере то, что было задокументировано и можно было прочитать. Странное, немного маниакальное, желание знать все и обо всех, с годами превратилось в манию, но и об этом Фримен ничуть не жалел. Хотя, кто знает, как бы отреагировали те, кого подобный интерес Логана касался напрямую. На губах мужчины появилась загадочная улыбка, а мысли готовы были сменить направление, заполнив голову мэра размышлениями о выражении лица, да хотя бы того же самого Калеба, узнай он такие подробности, но к счастью, они были прерваны появлением этого самого Калеба.
Логан сразу почувствовал его присутствие, но еще какое-то время лежал с закрытыми глазами, вплоть до того момента, когда парень заговорил. Кажется, он все еще продолжал смущаться, или было в его голосе что-то еще, чего Фримен не мог уловить, однако он начал понимать, что маниакальные пристрастия свойственны не только ему. Он невольно улыбнулся, усаживаясь в ванной и давая тем самым возможность мальчишке присоединиться. Тот не заставил себя долго ждать и когда Логан ощутил его близость, обнял Калеба одной рукой за плечи, прижимая к себе и в очередной раз испытывая желание улыбнуться, но теперь уже от того, как парень отдергивает руку от его бедра. Это все еще забавляло Фримена и он надеялся, что так будет продолжаться как можно дольше. Слишком уж волнительной была реакция Калеба буквально на все, что происходило между ними. Тем не менее, поцелуев мальчишка не стеснялся и даже сам проявлял инициативу, немного озадачивая этим Логана. Но, наверное, ему не стоило задумываться об этом, потому что в данный момент Фримена устраивало все - от начала до конца. Он ответил на поцелуй, пройдясь ладонью по груди мальчишки и слегка сжав его подбородок, что бы он не отстранился, когда Логан углубил поцелуй, вскоре все же прерываясь и с улыбкой заглядывая парню в глаза.
- Ты бесподобно краснеешь, - довольно спокойно произнес мужчина, разглядывая лицо Калеба и опуская свободную руку под воду, что бы провести ей по его животу и дотронуться до плоти мальчишки, - И смущаешься. И ты очень красивый. Странно, что никто не воспользовался этим раньше. Но теперь я этому рад, хотя отчасти мне жаль.
Откинувшись на бортик ванной и невольно облизав губы, Фримен стал более настойчив в своих ласках, обхватив ладонью член мальчишки, а второй рукой принялся поглаживать его грудь. Он продолжил говорить, постоянно сбиваясь, потому что вновь начал ощущать легкие вибрации нарастающего в теле возбуждения. Он был прав, говоря, что рядом с ним парню не грозит отдых, и в ближайшее время, судя по всему, собирался доказать это.
- Жаль, что теперь ты не узнаешь, каково это - быть с кем-то другим, - Логан удовлетворенно вздохнул и открыл глаза, пытаясь рассмотреть парня, - Помнишь, я говорил о полном отсутствии у тебя инстинкта самосохранения? - приблизившись к Калебу, мужчина коснулся губами его шеи, быстро опустившись к изгибу между ней и плечом, продолжая при этом не спеша двигать рукой и сжимать пальцами один из его сосков, - Ты позволил трахнуть себя без презерватива и даже не заикнулся об этом. Что это? Любовь затмила твои мозги или это страх перед моей реакцией?
Продолжая говорить, Логан постепенно сошел на шепот, но так и не перестал целовать мальчишку, как и не перестал ласкать, возбуждая не только его, но и себя.
- Ты молодой и здоровый мальчик, Калеб. Я это знаю и именно поэтому это случилось. Пусть так и будет. Только я и ты и никого больше. Только так, пока я хочу, что бы ты был рядом.
Голос окончательно превратился в едва различимый шепот, но не только из-за слов, а скорее из-за того, что Логан не мог больше терпеть. Убрав ладони от тела парня, он сжал его бедра и потянул вверх.
- Приподнимись, - коротко, но довольно внятно проговорил Фримен, дожидаясь когда Калеб выполнит его просьбу, что бы потом обхватить свою плоть и притянуть мальчишку к себе, ощущая, как тело вновь охватывает предвкушение. Это длилось не долго, поскольку уже через секунду или две Логан почувствовал, как его член протискивается во все еще тесное отверстие, однако сейчас ощущения были не такими болезненными. Он шумно выдохнул, прижимая к себе парня и теперь тот просто сидел на мужчине, который не спешил двигаться и вновь приступил к ласкам мальчишки. Целуя его в шею, Логан начал поглаживать его грудь и живот, опускаясь ниже, но старательно избегал касаться его плоти. Оставив на коже влажную дорожку, Фримен провел языком по мочке его уха и немного отстранился, - Хочешь, что бы я продолжил?

+2

25

Странно, но только сейчас к Калебу пришло осознание того, что теперь его жизнь изменится. Очень круто и, конечно же, навсегда. Ну, или хотя бы до того момента, пока Фримену не надоест играться с ним. На самом деле, все, что говорил мужчина, было очень приятно мальчишке. Уж комплиментов, кроме как от своей матери, он не слышал больше ни от кого и никогда. Именно поэтому почти каждое слово заставляло Калеба краснеть, смущаться и стесняться, вновь и вновь. Прикусив губу, он даже не пытался заглядывать в глаза Логану, уже зная, что от этого его тело пронзит словно электрическим током, и тогда, и без того явное возбуждение перерастет во что-то еще большее, когда уже нельзя будет сдерживаться. А О’Доннелл очень хотел этого. Не быть настолько эмоциональным, как сейчас, когда каждый произнесенный звук из уст любимого человека не оставляет никакого шанса на ровное дыхание и спокойное сердцебиение. Впрочем, это не было так уж плохо, Калебу даже нравилось испытывать волнение рядом с Фрименом, поддаваться ему, черт возьми, чувствовать себя той самой игрушкой в его руках. Он боялся даже озвучить эти свои мысли и боялся, что о них узнает сам Логан, но поводом могло стать только большое количество спиртного, что в такой момент, как сейчас, было неосуществимо. Это и к лучшему, значит, пусть Логан думает о нем, как о совершенно не испорченном ребенке, что, в сущности, так и было. В конце концов, если бы у него уже был хоть какой-нибудь опыт, то Калеб наверняка бы подумал о том, что с этого дня вряд ли сможет быть таким свободным и не зависящим ни от кого (родители не в счет). Слова Фримена, вперемешку с его же ласками, одновременно дико возбуждали и пугали. Еще там, когда они сидели на кровати, не зря же мужчина задал вопрос о том, что будет дальше. И сейчас, так не вовремя, парнишка задумался об этом. Он прикрыл глаза от удовольствия, охватившего все тело, а в голову пришла мысль о том, что на самом деле, мэр Питтсбурга не так чист и замечателен, как это описывалось на его собственном сайте, предназначенном для простых граждан. Взять хотя бы тот разговор с его другом, в котором обсуждались явно не дела мэрии и города. А его личные, Фримена, в которых не было ни капли чистоты. А что, если с Калебом, как только он надоест, сделают что-нибудь… убьют? Нет, это казалось каким-то боевиком с экрана телевизора, но никак не реальной жизнью, поэтому нужно было срочно отогнать все эти совсем невеселые мысли и обратить внимание на другое. То, что заставляло чаще дышать в этот момент. Прикосновения. И хриплый голос. Еще, конечно, губы, теплые, такие мягкие, что их хотелось касаться опять. Еще раз. Чтобы только не терять это невероятное ощущение. Калеб никогда бы и не подумал, что можно получать столь сильное удовольствие, находясь рядом с одним человеком. Почти беспрерывно, не имея возможности даже передохнуть. Но зачем? Когда хотелось совсем другого и об отдыхе не хотелось думать. Здесь был один очень существенный минус – Логан совсем скоро уйдет из этого лофта, оставив Калеба совсем одного, наедине со всеми мыслями, ощущениями и эмоциями от произошедшего. Это пугало не меньше того, что говорил мэр. Однако, некоторые его слова и вправду заставили задуматься. Например, о том, что мальчишка совершенно забыл о средствах предохранения. Но ведь все еще можно было списать на его полную неопытность? Хотя, Фримен не сделал ему поблажки. Иначе сказал бы он об этом именно сейчас? Калеб попытался отстраниться, но безуспешно. Нет, вырываться из рук мужчины он не желал, лишь подаваясь ему навстречу и уже срываясь на короткие тихие стоны, понимая, что долго так продолжаться не будет.
- Я… я забыл об этом. Черт, - шумно выдохнув, Калеб откинул голову назад, подставляясь под ласки Фримена, - но ведь это не так страшно, да? Логан…
На имени мужчины он содрогнулся, схватив его руку за запястье, чтобы заставить его остановиться, но быстро отпустил, понимая, что это нравится ему. Не просто нравится. Парнишка безумно желал того, чтобы Логан был с ним рядом. Целовал, говорил с ним, трахал его. Неважно. Все неважно, главное, чтобы он никуда не уходил. Это в скором времени предстояло испытать, и поэтому Калеб решил, что хотя бы сейчас он постарается насладиться обществом мэра сполна. Кивнув на его просьбу, О’Доннелл приподнялся, упираясь ладонями в бортики ванной и осторожно, очень медленно опустился на член мужчины, зашипев и дернувшись от боли, которая никак не хотела оставлять его. Было легче, не так, как в самый первый раз, но единственный вопрос, который мучил Калеба, застрял где-то в горле. Мальчишка так и не смог озвучить его. Неужели так будет теперь всякий раз, когда они решат заняться любовью? Да, для Калеба любовь, для Логана всего лишь хороший секс.
Все еще удерживаясь на руках, он дрожал, прижимаясь спиной к груди мужчины теснее, тихо хныча и вздрагивая всякий раз, как язык Логана касался разгоряченной кожи. Что за чертовы вопросы? Конечно, он хочет продолжить. И плевать на то, что уже сегодня вечером, возможно, он не поднимется с кровати. Это не играло особенной роли и прерывать настолько приятные игры парень уж точно не собирался.
- Да. Пожалуйста. Я хочу этого, - как-то судорожно всхлипнув, О’Доннелл двинул бедрами, сначала едва ощутимо, почти незаметно, но с каждым движением распаляясь все больше и больше.
С трудом разлепив веки, он посмотрел перед собой. Очертания комнаты были слишком размытыми, Калеб быстро-быстро заморгал, чтобы хоть немного сфокусировать взгляд, но все безуспешно. Плевать. Как же он хотел сейчас поцеловать Логана, впиться в его мягкие губы еще одним жадным, нетерпеливым поцелуем, но и это желание быстро испарилось, оставляя лишь одно - двигаться в начале совсем медленно, чтобы хотя бы постараться привыкнуть к ощущениям, которых он еще не испытывал, но постепенно наращивая темп, больше не имея сил сдерживать себя. Что там говорил мистер Фримен? Что теперь мальчишка будет только с ним? Кто был против этого? Только не сам Калеб, которому были в радость даже крохотные секунды, проведенные рядом с мэром города Питтсбурга.

+1

26

Это в самом деле было невероятно. Нет, не то, что происходило с Логаном сейчас и вообще в последние двое суток, а то, на сколько мальчишка был.... не от мира сего. Он не был похож не только на самого Фримена, но даже на большинство тех, с кем мужчине приходилось встречаться за все свои тридцать восемь лет. В лучшем случае половина жизни была прожита, и Логан мог смело говорить о том, что повидал в ней всякого, больше, чем кто бы то ни было другой. Он общался с разными людьми, причем эти различия выражались в своих крайних проявлениях. Проще говоря, мужчина бросался из крайности в крайности, но в этот раз, пожалуй, он превзошел сам себя. Представить, что когда-нибудь на пути Фримена попадется такой "ребенок", как Калеб, было бы плодом самого больного и изощренного воображения. Но не зря говорят, что противоположности притягиваются, и в этом смысле Логану и мальчишке просто суждено было встретиться, поскольку оба были, наверное, эталоном этих самых противоположностей.
С нынешним градоначальником все было предельно ясно, стоило лишь заглянуть в его биографию. Жизнь Калеба тоже была как на ладони, особенно в свете того, что Фримен постарался изучить ее всю. Но даже если бы он не сделал этого, то поступки, поведение парня говорили красноречивей любых биографических записей. Его реакция на любое, даже самое невинное прикосновение. Выражение его лица, когда Логан смотрел на него, практически не отрываясь. А реакция на слова мужчины о презервативах? Честно говоря, Фримен ожидал любых слов на это, но только не того, что сорвалось с губ Калеба. Безрассудство высшей степени, которого Логан не мог ни понять, ни оправдать. Но его собственные слова о том, что в жизни мальчишки, а точнее в его постели, не будет никого кроме Фримена, были связаны не только с этим. И мужчина, возможно, пояснил бы этот момент Калебу, если бы не был сейчас занят совсем другим.
- Да. Пожалуйста. Я хочу этого.
Почему-то от этих слов Логан чуть слышно простонал и прикрыл глаза, довольно сильно сжав пальцы на бедре парня и вновь прижимаясь губами к его шее. В сущности, это все, что он мог сделать сейчас, позволив мальчишке самому двигаться так, как ему бы хотелось. Странное ощущение, когда теряешь возможность быть главным, но было в этом и что-то приятное, хотя и непривычное для Логана, и он не знал, как на долго хватит его терпения и самообладания. Но пока, он позволил себе расслабиться, чувствуя близость парня, продолжая поглаживать под водой его тело, то совсем невесомо, то сильнее впиваясь в него пальцами, чувствуя, как проминается под ними тело. Мужчина сильнее прижимал Калеба к себе, почти лишая того возможности двигаться, но не позволял этому моменту затянуться на долго, поскольку Логану самому хотелось снова и снова ощущать, с каким трудом его плоть скользит внутри тесного тела. Он все еще не мог привыкнуть к тому, что испытывал, к тому, что заставляло его постанывать от каждого нового движения и шумно вбирать в себя воздух, позволяя наполнять легкие.
Это совсем не было похоже на то, что происходило недавно в спальне лофта. Неспешность и размеренность слишком сильно отличалась от той страсти, что выплескивал на мальчишку Фримен после небольшого инцидента в гостиной. Воспоминания об этом вновь заставили Логана испытать нечто сродни азарту. Он провел ладонью по груди Калеба, добираясь до его подбородка, обхватил его пальцами и довольно бесцеремонно повернул к себе, с жадностью впиваясь в его губы, не целуя их, а как будто стараясь прикусить, особенно в том месте, где была рана. Фримен выдохнул хрипловатый стон прямо в поцелуй, стараясь не отрываться от губ мальчишки, но вслед за этим слегка поумерил свой пыл и теперь это в самом деле можно было назвать поцелуем - глубоким и влажным, тягучим и заставляющим сильнее сжимать парня в объятьях, ощущая как он надавливает на пах всем своим весом. Но это не приносило боли или дискомфорта. Наоборот. Приятная тяжесть, которая все это время накапливалась внизу живота, постепенно начинала расползаться по всему телу, хотя вскоре поцелуй пришлось прервать, так как положение, в котором сейчас находились Логан и Калеб, не позволяло насладиться им сполна. Фримен даже поймал себя на мысли, что стоит прекратить это все прямо здесь и сейчас и вновь вернуться в спальню, но он тут же отогнал ее от себя и слегка ослабил хватку, утыкаясь лбом в затылок мальчишки и срываясь на очередной стон, которым невольно закончилось единственное слово, которое смог произнести мужчина едва слышно, - Быстрее.
В сущности, это все, на что его хватило. Руки вновь скользнули вниз по телу Калеба, заставляя очередную порцию воды выплеснуться на пол, и сжались на его бедрах, помогая приподниматься, что бы ощущения стали более заметными, но уже спустя несколько минут и этого стало мало. Логан разжал одну ладонь и запустил пальцы в волосы мальчишки, сжав их и потянув назад, подставляя его шею под свои ласки. Хотя, это вряд ли можно назвать так. Поначалу он слегка прикусывал нежную кожу парня губами, но постепенно это превратилось в полноценные укусы-засосы, после которых на теле остаются кровавые потеки, обретающие впоследствии фиолетовый оттенок. Логан не думал об этом, но понимал, что это все приносит ему дополнительное удовольствие - возможность владеть этим телом, слышать стоны мальчишки и наслаждаться тем, как сильно сжимается плоть внутри его тела. И еще. Пока одна рука продолжала сжимать кудрявые пряди Калеба, вторая оставила попытки "смять" его тело и опустилась к плоти парня, осторожно обхватывая ее и двигая очень медленно, задевая яички и сильнее сжимая головку. Оказалось, что это тоже приносит Логану не мало приятных ощущений. Особенно то, как мальчишка реагировал на подобное.

+1

27

Все повторялось. Все, испытанное ранее, возвращалось вновь, только с новой силой, с новой порцией неизведанных ранее ощущений и эмоций. Это не могло не возбуждать парнишку больше и больше с каждой секундой, хотя казалось, что больше уже просто некуда. Тяжелое дыхание Фримена позади лишь подбавляло масла в огонь, распаляя Калеба и заставляя его двигаться быстрее. Теперь, как ни странно, он сам мог быть… нет, не главным, но как-то очень близко к этому. И это было, пожалуй, самое главное необычное, но такое приятное ощущение, которым хотелось насладиться сполна. Он откинул голову назад, подставляясь под ласки Логана и вздрагивая от того, что мужчина начал попросту кусать его, довольно сильно, от чего наверняка остались бы следы, но О’Доннелл не мог произнести ни слова, даже ни звука, кроме тихих, хриплых стонов, срывающихся с губ. Вряд ли это было похоже хоть на какое-то сопротивление, поэтому Калеб наплевал на засосы, которые теперь будут красоваться на его шее и отдался во власть удовольствию, стремительно охватывающему все тело. Он дрожал, едва заметно, облизывал пересохшие губы, откровенно скучающие без поцелуев мэра. Но долго ждать не пришлось, Логан прижал его к себе сильнее и заставил повернуться, впиваясь в его губы жадным поцелуем, кусая ту самую рану, чем причинил еще одну порцию боли, но боли осознанной и… желанной? Да, иначе Калеб давно бы вырвался из таких сильных объятий и прекратил все это, но вопреки здравому смыслу и своему внутреннему голосу, который продолжал кричать о том, что это ненормально, мальчишка лишь громче застонал, отвечая на поцелуй, нетерпеливо, словно не целовал Фримена уже очень много времени.
Что он сказал? Кажется, быстрее. Да, именно это им нужно сейчас, но как же хотелось продлить такое наслаждение дольше, намного дольше, даже не пытаясь подвести себя к финальной точке. Вопреки словам Фримена, Калеб не сменил темпа своих движений, опасаясь, конечно, что и за это мэр не погладит его по голове, но не желая что-либо менять. Ему нравилось. Ему откровенно нравилось. Настолько, что парень уже ничего не видел перед собой, решив, что правильнее будет закрыть глаза и отдаться ощущениям, таким пока еще необычным для него, неопытного и наивного, жаль только, что для Фримена все это было давным-давно изученным материалом и сейчас вряд ли он находился в таком же состоянии, что и Калеб. Пусть. Плевать на все, лишь бы только это не закончилось слишком быстро. Что он делает? Зачем? Почувствовав теплую ладонь Логана, ласкающую плоть мальчишки, он выгнулся и шире приоткрыл губы, выдыхая тихие стоны, боясь сорваться или не сдержаться больше. Нет, на самом деле просто показаться смешным или нелепым. В его ситуации это было, наверное, проще простого, поэтому даже сейчас Калебу приходилось хоть немного контролировать себя. На самом деле с губ рвалось очень много слов. В основном, слишком нежных и уж очень неподходящих для такого момента, поэтому О’Доннелл пытался хоть как-нибудь уже убрать все эти слова о большой любви куда подальше, сосредотачиваясь на том, что рядом с ним такой мужчина, как Логан Фримен. Его разгоряченное удовольствием тело было слишком близко, чтобы не поддаться соблазну и не прижаться к нему. Так тесно, что уже должно не хватать воздуха. Чтобы только ощущать его. Снова и снова. Чтобы это не прекращалось ни на одно мгновение.
В голову лезли самые разные мысли, как бы странно это не звучало. Что будет, когда Логан все же уйдет из квартиры? Да Калеб здесь сойдет с ума, в гордом одиночестве, слоняясь по огромному пространству, которое теперь должно было исполнять роль его жилья. Нет, лучше всего будет уйти отсюда, если, конечно, он сможет хотя бы подняться с кровати после того марафона, который устроил ему Фримен. Да и кто был бы против? Ведь мальчишка сам заставил мужчину сделать так сейчас, в этой ванной… они ведь могли просто помыться и закончить на этом. Или нет? Нет, вряд ли, мэр остановился бы на этом. Оно и к лучшему. Что бы там не чувствовал Калеб, боль или наслаждение, ему доставляло настоящее удовольствие быть рядом с Фрименом. Ощущать его так близко, как сейчас, когда… сдерживаться больше уже нет сил. Да и зачем это нужно? Сильнее сжав пальцами бортики ванной, О’Доннелл начал двигаться немного быстрее, наконец-таки выполняя просьбу… или приказ? Логана. На удивление, это принесло еще больше ощущений, чем все то, что было до этого момента. Содрогнувшись в предвкушении оргазма, мальчишка тихо заскулил, убирая одну руку от холодной ванной и проводя ею по запястью Фримена, словно заставляя его остановиться, не касаться больше его члена, но долго так продержаться было невозможно и Калеб лишь откинул со лба мешающие пряди волос, вновь хватаясь за бортик, сжимая его так, что побелели костяшки пальцев. Еще немного. Еще всего несколько движений и он дернулся, выгибаясь так сильно, что, казалось, посыпались искры из глаз. Да, это и вправду было сильно. Может быть, даже слишком для О’Доннелла, но… приятно. Невероятно приятно. Неосознанно, невольно он сделал еще несколько движений бедрами, вздрагивая от каждого из них и, наконец, расслабился, наклоняясь вперед, упираясь ладонями о дно ванной и шумно выдыхая, все еще не смея открыть глаза.

+1

28

По всей видимости, именно в этом и было все дело. В реакции Калеба. Логан давно уже погряз в пороке во всех его проявлениях и, соответственно, люди, которые его окружали либо изначально были такими же, либо очень быстро достигали его уровня. Хотя, мужчина все еще мог считать себя в этом плане одним из первых, если не лучшим. Но сейчас он думал не об этом, если вообще думал. Да, какие-то обрывки мыслей пробивались сквозь пелену, застилающего здравый рассудок, наслаждения. И они отнюдь не были о том, что происходило. Лишь от части. Как думает каждый нормальный человек о том, что будет дальше. Логан не был нормальным. И этот факт в его биографии был установлен уже довольно давно, но все таки в редкие моменты и он думал о будущем, пусть не далеком, но все таки о том, что случится через день или два. Может быть даже неделю. Странно, но его не угнетала ситуация, которая сложилась вокруг него со всеми этими проблемами с прокурором, покушением на его жизнь и неотвратимой местью, которая, безусловно, должна подаваться холодной. Он думал о том, как долго мальчишка останется таким, как сейчас. Все это смущение, стеснение, залитое краской лицо, крики и громкие стоны от того, что Фримен делает с ним. Как долго все это будет сопровождать их близость? И не станет-ли это единственной причиной, по которой Логан, буквально, не может остановиться? Наверное, судить об этом было рано, но Фримен всегда прислушивался к себе и к своему первому впечатлению, которое практически никогда его не обманывало. И сейчас он чувствовал это. Чувствовал, что ему нужно еще, нужно больше, чем эти два дня проведенные вместе с парнем. Чем бы это ни было, но подобное ощущение не оставляло Логана, хотя, возможно он сильно преувеличивал и все изменится, едва он переступит порог этого лофта и вновь с головой окунется в свои дела и проблемы.
Все могло быть именно так, но пока он продолжал ласкать плоть Калеба, пока чувствовал, как тот двигается на нем, заставляя срываться на хриплые стоны и чувствовать приближение оргазма, все было именно так, как было - мысли, сомнения, желания. Совершенно разные и не слишком понятные, но смешивающиеся во взрывоопасный коктейль, который не слишком подходил для характера Фримена. Невольно Логан начинал чувствовать, помимо всего прочего, что его прежняя жизнь дает основательную трещину и медленно, но верно раскалывается на две не совсем равные части. Он не мог объяснить этого, поскольку ощущал это на уровне подсознания, но при этом отчетливо понимал, как внутри что-то обрывается от одной только мысли об этом. Не важно. По крайней мере в данный момент это почти не имело значения. Он попытался освободиться от всего этого не слишком позитивного настроя и поддался очередной теплой волне, обжигающей изнутри все тело. Она расползалась, обволакивая каждую клеточку, и стремилась в одно единственное место, которое начинало саднить от переизбытка секса. Да, для Логана два последних дня были нонсенсом, поскольку так он проводил выходные лишь во времена своей юности. Давно это было и слишком сильно мужчина изменился с тех пор. Хотя, возможно он только думал так, а на самом деле все это время лишь делал вид, что меняется. Все это было слишком сложно для восприятия сейчас, когда Логан опять ощутил как сильно сдавливает его пах, его плоть от того, что мальчишка, наконец-то, приблизился к той финальной точке, за которой следует лишь наслаждение и ничего больше. Мужчина чувствовал на сколько и сам он близок к этому, сильнее сжав ладонями бедра Калеба, но все же позволяя ему двигаться, а потом с силой прижимая его к себе, не смотря на то, что парень подался вперед, увеличивая расстояние между их телами. Он как будто не хотел его отпускать, чувствуя как пульсирует плоть внутри горячего тела, изливаясь прямо внутрь и забирая с собой невероятное напряжение, от которого хотелось стонать в голос. Логан так и делал, не слишком стесняясь этого даже теперь, когда все уже закончилось. С его губ все еще срывалось хриплое дыхание, больше похожее на тихие, протяжные стоны. Пусть. В отличие от Калеба, Фримен никогда не стеснялся чего-либо - ни своего тела, ни своих поступков, ни даже мыслей. Если бы они не влияли на окружающих, он бы наверное всегда говорил то, что думал, хотя по большей части он именно так и поступал. Все зависело лишь от ситуации и того, кому предназначались эти мысли.
Сейчас, немного расслабившись, мужчина наконец-то открыл глаза и провел ладонью по спине Калеба, почти спустившись к его ягодицам.
- Хороший мальчик, - выдохнул он, наклоняясь к парню и дотягиваясь рукой до пробки, что бы вытащить ее и спустить воду. Это почти незаметное движение все же отразилось во всем теле и, вновь откинувшись на бортик, Фримен приподнял мальчишку ссаживая его с себя и вновь прижимая к груди, как было до этого, когда Калеб только-только присоединился к нему.
После случившегося воды в ванной оставалось немного, но пока она сливалась, Логан немного отстранился, что бы провести ладонью по скуле парня и, запустив пальцы в его теперь уже влажные волосы, вновь развернуть к себе и поцеловать. Совсем не долго и, на этот раз, очень осторожно, едва обхватывая губами то нижнюю, то верхнюю губу мальчишки и лишь после этого припадая к ним в полноценном поцелуе.
- Как я и говорил, - немного отстранившись, прошептал Фримен и ослабил объятия, - никакого отдыха. Но освежиться все же не помешает, - едва заметно улыбнувшись, он кивнул на губку и несколько пузырьков с гелями, - Поможешь мне? - тихий шепот почтив самое ухо мальчишки и еще один невесомый поцелуй, коснувшийся впадинки за мочкой, - Мне будет приятно.

+1

29

- Хороший мальчик.
От этих слов Калеб готов был простонать, но сдержался, больно прикусив губы и шумно выдохнув. Пережитый оргазм все еще давал о себе знать дрожью во всем теле, которая никуда не хотела уходить, тем более, после прикосновений Логана и его хрипловатого голоса, который с самого начала сводил парнишку с ума. Сейчас самым хорошим вариантом было свалиться на кровать и уснуть. Калеб вдруг почувствовал себя невероятно уставшим, но как только Фримен обнял его, прижав к себе и заставив развернуться, чтобы поцеловать. Черт, как он скучал по этим поцелуям! Нет, прошло совсем немного времени и, казалось бы, скучать было некогда, но мальчишка чувствовал какую-то болезненную потребность в постоянном присутствии рядом господина мэра и его ласках. Его губах, мягких и невероятно теплых, его ладонях, сейчас почти горячих… все это приносило не меньше удовольствия, чем секс с Логаном, хотя, конечно, это было вряд ли сравнимо с чем-то еще.
Ему не хотелось делать ни единого движения. Лежать бы вот так, в этой самой ванной, с этим самым мужчиной еще очень долго. А потом отправиться на кухню и приготовить что-нибудь вкусное… или пойти гулять по вечернему Питтсбургу. Нет, правда, почему бы и нет? Но это были всего лишь наивные, детские мечты молоденького мальчика, который, кажется, и вправду не представлял себе, что именно ждет его дальше, если он останется с Фрименом. Представлял, конечно, но уж слишком смутно, потому что видел таких людей, такие дома и квартиры, слышал такие разговоры только по телевизору, во время просмотра очередного неплохо скроенного боевика. Что ж, теперь мистеру О’Доннеллу, так долго сидевшему у мамочки на коленях, предстояло окунуться совсем в другую жизнь, да только вот осознание этого все еще никак не хотело овладевать мальчишкой. Ну почему он все еще думает, что Логан сможет остаться с ним сегодня? Что его остановит от выполнения собственных планов на вечер? Конечно же, ничего, ответ был очевиден с самого начала. И плевать, что он имел мальчишку уже больше суток, проводил с ним время и, кажется, знал о нем все, судя даже по одному лишь взгляду. Неужели после той самой встречи в парке и… неудавшегося свидания, будем называть это именно так, Логан навел о бедном Калебе все справки? Странно, что эта мысль вообще появилась в голове студента, потому что сейчас его сознание точно должно было быть занято совершенно другим. Например, просьбой мужчины, которую парень и расслышал-то не сразу, не говоря уже о ее выполнении. Хотя, что и говорить, ему было невероятно приятно, что Фримен все еще подпускает его к себе, а не выгоняет или… ох, да что только не приходило в голову. От собственных идиотских мыслей мальчишка содрогнулся и, наконец, поднялся на ноги, покачнувшись, но все же удержавшись на ногах.
Включив душ, Калеб пару минут постоял под теплыми струями и опустился на колени между ног Логана, все еще не отрываясь, смотря на него и направляя душ на его тело, как-то все еще стесняясь, касаясь его груди и проводя по ней ладонью. Это, признаться, тоже доставляло немалое удовольствие, от чего парнишка улыбнулся и немного осмелел, скользнув пальцами по бедрам мэра, оглаживая его тело и ощущая, как сбивается собственное дыхание. Нет, хватит. На сегодня точно хватит, иначе он просто не поднимется с кровати, а ведь ему еще предстоит непростой разговор с матерью, при котором Калеб должен, нет обязан будет выглядеть хоть немного достойно.
Но, отбрасывая в сторону рассуждения о родительском контроле, можно было сказать, что парень увлекся и когда опомнился, покраснел вновь. Возможно, не так густо, как до этого… словно привыкал, но все же. Он отвел взгляд в сторону, выключая воду и выдавливая на губку немного ароматного геля для душа. О себе можно было позаботиться и потом, теперь же он провел губкой по телу Фримена, к его ногам и возвращаясь обратно. Придвинувшись к мужчине чуть ближе, он надавил на губку сильнее, от чего густой пены стало больше. Украдкой посмотрев на Логана, Калеб облизал губы, вновь натыкаясь на рану и едва заметно морщась. Нет, он не хотел, чтобы его реакцию увидел мэр, поэтому отвернулся, чуть слышно зашипев, маскируя это тем, что теперь он потянулся за шампунем. Наступало самое интересное. Выдавив немного жидкости на руки, он приподнялся и придвинулся к Логану почти вплотную, прижимаясь к нему всем телом, осторожно касаясь его волос, медленно, неспешно массируя кожу головы, явно наслаждаясь этим процессом. На самом деле он побаивался, что такое может совсем не понравиться мужчине, однако, теперь мальчишку было не остановить. Он немного отстранился, заглядывая необыкновенно-голубые глаза, словно спрашивая разрешения на еще один поцелуй. И вслед за этим поцеловал Фримена, нежно-нежно, не решаясь на что-то большее. Обняв его за шею, Калеб увлекся и этим, но быстро понял, что если не прекратить сейчас, то Логан точно не скоро уйдет из лофта. А этого допустить было нельзя.
Отстранившись, он улыбнулся мэру и снова взял в руки губку, открывая воду и смывая с нее пену, повторяя все свои действия с гелем, только теперь намыливая и себя тоже. Почему-то О’Доннелл не произносил ни одного слова, хотя, конечно, хотел этого. Очень сильно. Да только вряд ли Фримен оценил бы его пылкие признания в любви и нежные, произнесенные шепотом слова о том, как он счастлив, что оказался рядом с таким человеком, как Логан. Поэтому молчание в этом случае и вправду было золотом.
Прошло совсем немного времени, прежде чем Калеб поднялся на ноги снова и включил душ, но перед этим повернулся к Логану все с той же смущенной улыбкой:
- А если встанешь, то помогу и закончить с душем, - сказал мальчишка, протянув мэру руку, - если, конечно, ты хочешь этого…

Отредактировано Caleb O'Donnell (2012-07-27 02:13:56)

+1

30

Прошло, должно быть, несколько минут, прежде чем Логан пожалел о своей просьбе. Да, это была именно просьба, а не приказ или что-то в этом духе. И да, по-началу ему в самом деле было приятно, настолько, что мужчина практически забыл о том, что должен уходить. Дела, проблемы - кому это нужно, когда тело приятно расслабляется после очередной разрядки, а ты получаешь удовольствие не только от этого, но и от того, что происходит после? И так было, но до определенного момента.
Кажется, Логан уже приходил к выводу, что создал для себя ситуацию не просто нестандартную, но местами даже дикую. Взгляд со стороны - не было в том, что происходило сейчас ничего сверхъестественного или же выходящего за рамки понимая. Но именно в этом и заключалась проблема, от которой Фримен так легко отмахнулся, но теперь она встала перед ним, как факт, едва мальчишка сделал то, что от него не требовалось. Стоило, пожалуй что стоило, проявить к нему чуть больше снисхождения, учитывая то, что он впервые "столкнулся" с обнаженным мужчиной. И тут Логан не имел ввиду совместное принятие ванной, а вообще всю ситуацию целиком. Еще следовало сделать скидку на невезучесть Калеба, потому что свой первый раз он разделил с таким, как Логан Фримен. Это по истине можно было назвать трагедией, если бы мужчина задумывался о других людях. Но он никогда не делал этого, не собирался так поступать и сейчас.
- А если встанешь, то помогу и закончить с душем, - сказал мальчишка, протянув мэру руку, - если, конечно, ты хочешь этого…
Логан поднялся без помощи парня, опираясь о бортики ванной.
- Я уже получил все, что хотел. И даже больше, - совершенно спокойным и даже немного холодным тоном произнес он и, забрав у Калеба душ, принялся смывать с себя гель и шампунь.
От чего-то сейчас Логану его положение казалось смешным. Нет, не то как он поливал себя из душа, отплевываясь от воды и проводя по волосам ладонью, словно стряхивая с них прозрачные капли. А то, как сидел в этой самой ванной, позволяя, даже прося, мальчишку помочь ему вымыться. В действительности, парень справился на отлично, по крайней мере с первой частью, а вот дальше..... Отдав душ Калебу, мужчина приблизился к нему, наклоняясь и почти касаясь губами мочки его уха.
- Но о проявлении инициативы мы еще поговорим, - после этих слов Логан вылез из ванной, но покидать пределы одноименной комнаты не спешил. Он тщательно обтерся полотенцем, уделив особое внимание волосам и, кинув влажное полотенце прямо на пол, вернулся в спальню.
Судя по тому, что показывал экран мобильного, времени до встречи у Фримена было более чем достаточно, но задерживаться в лофте он не планировал, что бы избежать возможных разговоров на темы мало приятные для Логана. По крайней мере, он думал, что если останется, то непременно возникнет ситуация, которая вновь выбьет его из колеи. Этого Фримен не хотел совершенно, но все таки позволил себе спокойно одеться и даже вернулся в ванную комнату, что бы привести в порядок волосы, при этом тщательно избегая смотреть на мальчишку. Стоило это больших усилий, но именно поэтому мужчина держался и вообще вел себя так, словно находился в этом лофте один. Даже он сам не мог понять такого поведения, не говоря уже у том, кто невольно находился поблизости.
И все таки, он не ушел сразу. Полностью одевшись и расположившись на диване в гостиной, Логан сначала закурил, а потом набрал телефонный номер, следующие несколько секунд посвятив свое время не слишком содержательному разговору.
- Вито, поднимись в лофт. За дверью? Превосходно! Тогда просто - заходи.
Еще через какое-то время в гостиной появился один из охранников, который сопровождал Логана и Калеба по пути из особняка, а так же вчера, когда они уезжали с выставки.
- Останешься здесь, - тоном, не терпящим возражений, произнес Фримен, обращаясь к молодому итальянцу, - Отвезешь мистера О'Доннелла домой, адрес ты знаешь, или куда он попросит. Теперь в этом будет заключаться твоя работа и ее наличие на прямую будет связано с тем, на сколько хорошо ты с ней справишься.
Докурив сигарету почти до фильтра, мужчина затушил ее в пепельнице и, наконец-то, поднялся с дивана, теперь уже обратив внимание на Калеба, как будто и не игнорировал его все это время.
- Как я и говорил, не затягивай с визитом домой, - подойдя к мальчишке вплотную, Логан приложил ладонь к его щеке и даже позволил себе легкую улыбку, - В следующий раз, когда я приеду, хочу, что бы ты ждал меня.
Звучало как-то слишком мелодраматично, но в этот раз Фримен наплевал на это. Запустив свободную руку в карман пальто, он достал от туда ключ на небольшой серебряной цепочке и протянул его парню.
- Теперь это твой дом, - и снова у Логана возникло ощущение, что он участвует в какой-то лирической постановке. Для финального штриха не хватало лишь самой малости. Подавшись вперед и одновременно с этим притягивая Калеба к себе, мужчина поцеловал его, задержавшись на его губах немного дольше, чем для обычного прощального поцелуя.
- Не скучай, - очень тихо проговорил Логан, отстраняясь и отходя от мальчишки, - Здесь есть неплохая коллекция дисков. Они помогут скоротать тебя время. Проводи меня.
Не смотря на то, что Фримен говорил с парнем, последние свои слова он адресовал охраннику и, что бы избежать недопонимания, сжал ладонью его плечо и направился к выходу.
- Я помню, что обещал не разделять вас с братом, но я надеюсь, что это не на долго. Месяц, два, может больше. Доминик, наверное уже сообщил вам всем о том, что скоро все изменится, но если ты по прежнему хочешь работать на меня, сделай это. Это очень важно для меня. Кто знает, что может случиться в следующий раз и когда он будет. Если будет.
В ответ на довольно просторные объяснения Логан был удостоен одним единственным кивком согласия. В принципе, это было все, что ему нужно. И теперь он мог спокойно, относительно спокойно, отправляться по своим делам. Хотя, оставалось еще одно. Достав из внутреннего кармана пальто портмоне, Логан выудил несколько стодоллоровых купюр и протянул итальянцу.
- Это на расходы, - теперь совершенно точно Фримен сделал все, что должен был сделать. По крайней мере здесь, в этой квартире.

Бар-бильярд "Really Man"

+1

31

Калебу не суждено было понять, почему Логан поступил именно так, буквально оборвав его на полуслове. Казалось бы, он не сделал ничего предосудительного, что могло бы вызвать такую реакцию. В недоумении он простоял в ванной рядом с мужчиной все то время, которое тот посвятил теплому душу. Надо сказать, парнишку даже немного обидело такое отношение, он сразу вспомнил то, что произошло между ними на лестнице, и обида на лице стала еще заметнее. Идиотское качество – злопамятность, но от него почти невозможно было избавиться. Вот как сейчас, когда Фримен не уделил внимания Калебу и проигнорировал его… заботу? Да, скорее всего, это была именно она. Возможно, не такая, как представлял ее себе мэр, но такая, какой всегда хотел для себя О’Доннелл. Он присел на бортик ванной, подставляя ладони под теплые струи, попадающие на него от душа, и вздохнул. Кажется, это абсолютно не трогало Логана, он даже не обращал на него внимания! Да что, черт возьми, произошло?! Это было, по меньшей мере, странно, хотя Калеб уже начинал понемногу привыкать к совершенно непредсказуемому характеру мистера Фримена. Это раздражало, и на долю секунды мальчишка задумался о том, чтобы прекратить уже все это, уйти домой… с не совсем чистой совестью, но все же отказаться от подобного отношения к себе. Все же такое немного задевало самолюбие, пусть Калеб его почти не имел, но те остатки, еще теплившиеся где-то внутри, давали о себе знать и теперь, вместе с внутренним голосом кричали о том, что надо бы уходить из этой квартиры, забывать Логана Фримена и все то, что произошло между ними за последние сутки. Или чуть больше, неважно. Важно то, что Калеб не смог бы сделать этого, даже если, наверное, захотел бы. Он влюбился. Окончательно и бесповоротно, поэтому сердце, в противовес негативной реакции билось в несколько раз сильнее, когда взгляд скользил по обнаженному телу и этим шрамам, татуировкам, расположение которых О’Доннелл теперь запомнил навсегда. Он смотрел на Логана и кусал губы. Что делать? Зачем вообще произошло все это? Сидел бы он сейчас дома, рядом с мамочкой, играл очередную пьеску и готовился к серьезному конкурсу, а не проводил время с почти незнакомым мужчиной в чужой квартире, не зная, что ждет его уже через несколько минут. Но этого было не изменить. Плевать на инстинкт самосохранения, все началось именно из-за его отсутствия, иначе Калеб не полез бы за своими нотами тогда, в парке, и не опрокинул на мэра его мороженое, невольно завязав тем самым знакомство. Не просто знакомство. Чувства. Конечно, свои, о Фримене даже не шла речь, мальчишка понял, что он для него ничего не значит. Кроме, пожалуй, того, что, как выразился мужчина, Калеб был красив. Он усмехнулся, покачав головой. Вот уж точно, никто и никогда не говорил ему таких вещей. Не считая, конечно, родителей, но это было совсем другое.
Вновь поднявшись, парень невольно подался вперед, ожидая того, что хотя бы сейчас Логан обнимет его или поцелует, но вместо всего этого ему был почетно вручен душ и сказаны слова об инициативе. Ах, так. Значит, господин мэр терпеть не может, когда люди делают что-то, что не было им велено. Вот уж поистине властный характер. А он еще думал, что Джек – его отец, обладает таким! Ничерта подобного, там, в их семье, это были всего лишь жалкие отголоски, чему Калеб теперь не мог не удивляться. Так, что даже забыл, что воду нужно уже выключить и вылезти из ванной, что он и сделал, спустя несколько минут. Взяв свое полотенце и обмотав его вокруг бедер, он подобрал полотенце Фримена и прошел в гостиную, за мужчиной, который уже успел одеться и теперь курил, сидя на диване. Кажется, тот, с кем он говорил, был охранник… впрочем, это было неважно. Калеб уже успел было сделать шаг к Логану, чтобы, наконец, спросить его о том, что вообще происходит, но в этот момент в дверях появился тот самый Вито. Прикусив губу, мальчишка остался в стороне, в пол уха слушая, о чем говорит мэр. Нужно ли здесь упомянуть о том, что настроение его было ниже плинтуса? После такой ночи, после такого дня… и чтобы все закончилось вот так бездарно?
Поздравляю, мистер О’Доннелл, только у тебя все может произойти именно так. Ты неудачник, - заключил про себя парнишка и едва заметно улыбнулся охраннику, который одним глазом оценил объект, за которым ему теперь надлежало «ухаживать».
Хотя, кажется, здесь больше подходило слово «следить». Да, наверное, Фримен знал о нем все, что только можно, но никто еще не отменял личных охранников, которые должны были следовать по пятам и запоминать любое место, куда бы не пошел клиент. В этом случае – любовник клиента.
Ответив на поцелуй Логана, Калеб заглянул в его глаза, в очередной раз понимая, что дыхание сбилось при виде ясно-голубого взгляда, пробирающего до глубины души.
- Хорошо, я буду здесь, - он кивнул мэру и забрал у него ключ от лофта, в котором теперь ему предстояло поселиться.
Вдруг обрадовавшись, что Фримен просит проводить его, мальчишка улыбнулся шире, но сразу понял, что это относится не к нему, и опять сник, бухнувшись на диван и прикрыв глаза. Он ругал себя. За слабость, за нерешительность, за то, что… полюбил такого человека, как Логан Фримен, который ни во что не ставил его. Да, возможно, О’Доннелл понравился ему, как любовник, да и то, только потому, что у него еще никого не было. А если эта эйфория от молодого тела пройдет уже очень скоро? Что тогда? Вот влюбленность вряд ли закончится так быстро… но сейчас думать об этом совершенно не хотелось.
Поняв, что Логан уже ушел, Калеб нехотя поднялся с дивана и в очередной раз вздохнув, сказал охраннику:
- Я быстро, - после чего вновь поднялся в спальню, останавливаясь рядом с кроватью и оглядываясь по сторонам.
Сложно было поверить в то, что это действительно его квартира. Здесь все было слишком чужое, такое, к чему привыкнуть было невозможно. Одной радостью стали для него вещи Логана, которые действительно занимали довольно много места. Неспешно одеваясь, вопреки обещанию Вито, Калеб ходил туда-сюда, рассматривая все, что попадалось на глаза, включая и вид из окна. Ничего особенного не было, но все же, мальчишка привык видеть в своем доме только внутренний дворик, раскидистое дерево и пару разноцветных скамеек для отдыха. Здесь же и это сильно отличалось от привычной атмосферы. Но теперь нужно было привыкать.
Через некоторое время он был готов, но спускаться вниз не спешил, сев на кровать и собираясь с духом. Разговор с матерью будет непростым. Слишком непростым, чтобы вот так взять и поехать к ней сейчас. Ему наверняка придется очень многое выслушать и о себе, и о своем образе жизни, и о том, как его соблазнил какой-то извращенец, при этом политик, еще и мэр города! Реакция Гвен пугала Калеба, однако, сделать это стоило. Либо сейчас, либо… неизвестно когда он еще решится на такой поступок. И даже хорошо, что отца до сих пор не было дома, у парнишки был шанс вернуться в лофт живым и невредимым.
Пару раз глубоко вдохнув, Калеб все же спустился в гостиную и, улыбнувшись охраннику, прошел за ним, заранее прокручивая в голове варианты ответов на ее возможные вопросы, которых наверняка будет очень и очень много.

------------------->> Дом О'Доннелла

+2

32

<<--------------------------- Дом О'Доннелла

Обратный путь к лофту, теперь, можно сказать, подаренному ему Логаном, показался Калебу невероятно долгим. Наверное, потому, что он успел написать сообщение Кайле, своей университетской подруге, с которой дико захотел поговорить после всего случившегося, а еще подумать. Обо всем на свете. Конечно, в первую очередь, о собственной матери, которую оставил в родном доме, от которой уехал, попрощавшись так бездарно и глупо, быстро, не успев сказать самого главного. Он не хотел так поступать, но надеялся, что Гвен обязательно поймет его, по-другому и быть не могло, ведь они всегда, с самого детства парня понимали друг друга с полуслова. Эта связь между матерью и сыном была столь прочной, что Калебу иногда казалось, что ее не разорвать. Никакими способами, никогда. Да и к тому же, что и говорить, ему нравилось проводить время с этой женщиной, которая, как никто другой, улавливала не только его мысли, но и настроение. Он всегда мог, не стесняясь, рассказать ей обо всем, что творится на душе. Обо всем, что никому другому сказать бы не смог… кроме одной вещи – своей привязанности к мужскому полу. Эту тему Калеб всегда старался свести к шутке или замять вовсе, лишь бы избежать разговоров об очередной соседской девочке, умнице и красавице, к тому же хорошей хозяйке и, кажется, еще девственнице. При этих словах матери парнишка всегда краснел и, криво улыбаясь, пытался уверить Гвен в том, что у него уже есть спутница, просто еще не пришло время «вывести» ее в свет. Вранье чистой воды, о котором женщина всегда догадывалась. Калеб так и не научился врать, даже сейчас, ведь он мог успокоить ее и не говорить о мэре города, о том, что произошло между ними. Куда проще было бы сказать, что они с какой-нибудь девчушкой решили… несколько дней отдохнуть где-нибудь, собрать сумку и также уехать, но оставить мать не в таком плачевном состоянии. После этого можно было бы придумать еще что-то, но… О’Доннелл не смог бы скрываться долго, видя глаза матери, он сразу сдался, а теперь жалел о том, что произошло в его доме несколько минут назад. Он словно чувствовал, что Гвен будет плакать, будет молиться за то, чтобы ее любимый сын вернулся обратно и не забивал свою кудрявую голову всякими ненужными мыслями. Да, наверняка все это будет или уже есть сейчас, но отказаться от того, что Калеб задумал, он не мог. Просто не мог. Потому что понимал – Логан Фримен нравится ему, он хочет быть с ним рядом. Пускай не всегда, а лишь когда мужчина сам захочет этого, но… пока и такой вариант устраивал мальчишку. Он был согласен практически на все, лишь бы хоть на немного приблизиться к мэру. Нет, кстати, его статус совершенно не интересовал Калеба. Скорее наоборот, он бы хотел, чтобы Логан не был мэром, если бы он был простым клерком или, например, каким-нибудь финансистом, не имеющим большого статуса, многие проблемы решились бы очень быстро. Вряд ли тогда им пришлось бы так скрываться. Хотя, конечно, Калеб не знал точно – хочет ли этого сам Логан, или вариант с женой и любовником его вполне устраивает. Как и высокий статус, явно дававший права на очень многое…
Вздохнув, парнишка поднял голову и понял, что они уже почти приехали. Настало время взять сумку в руки и подняться в квартиру, которая теперь должна была стать Калебу его домом. Возможно, на какое-то время, а возможно постоянно. Кстати, об этом он даже не успел еще подумать, но было поздно, ведь согласие на проживание здесь было дано. Как раз об этом О’Доннелл и не жалел вовсе, он знал, что так будет лучше. Знал? Да, точно знал. Или чувствовал, неважно. Конечно, ему еще предстояло познакомиться с Фрименом поближе, но ведь легче сделать это, когда живешь вместе с человеком, правда?
Какие-то наивные детские рассуждения. Совсем голову потерял, а заодно с ней все инстинкты самосохранения. Прав был Логан, когда говорил мне об этом сегодня, - мрачно рассуждал Калеб, пока ехал в лифте вместе с охранником. Тому, похоже, надо было убедиться, что мальчишка доедет в целости и сохранности, и только потом отправиться по своим делам. Странный, неразговорчивый, он походил больше на секретного агента, чем на обычного телохранителя. Хотя откуда было мальчишке знать, как они выглядят, эти настоящие охранники политиков и звезд?
Доехав до нужного этажа, О’Доннелл вышел из лифта и принялся копаться в карманах, ища ключ. Все это время Вито молчал, кажется, даже не произнес ни единого звука. Это, надо сказать, очень угнетало и парень попытался ускорить поиски, которые наконец-таки увенчались успехом. Только после этого, как дверь лофта была открыта, охранник заговорил:
- Я заеду за Вами завтра.
- Да, если можно… в восемь утра, мне нужно в университет, - Калеб сам от себя не ожидал такой наглости, хотя покраснеть он все же успел, как и спрятать взгляд.
Откуда столько смелости и уверенности в том, что его будут ждать? Что теперь он будет добираться до своего университета и обратно на тачке самого мэра? Этот факт даже развеселил мальчишку и, попрощавшись с Вито, он зашел в лофт, кидая сумку на диван. Казалось бы… красота. Он один и может делать все, что угодно. Даже привести кого-нибудь!
- Да, если только было бы кого. И если об этом узнает Логан, - усмехнулся он и двинулся по периметру огромной квартиры, решив, что сумку с вещами можно будет разобрать и позже.
Все казалось настолько чужим и непривычным, что Калеб даже передернулся, понимая, что к этому лофту ему придется привыкать очень и очень долго. Возможно, когда в нем будет Фримен, когда они будут вместе, то вряд ли мальчишка вообще задумается об этом месте, ведь все его внимание будет приковано к мэру. Но сейчас, да, только сейчас О’Доннелл осознал, что эту ночь, да и, впрочем, не только эту, ему придется провести в компании себя и, наверное, чего-нибудь съестного. Покопавшись в холодильнике, он не нашел ничего достойного и выудил бутылку Спрайта, отпив немного, повернувшись к огромной гостиной и вздохнув. Не скучно. Нет, и даже не грустно, дело совсем не в этом. Калеб боялся, что теперь его начнут грызть мысли о правильности совершенного поступка. Тишина постепенно, медленно, но очень верно начинала угнетать. Он прошелся между диванов, мельком взглянув на плоский телевизор, и только теперь вспомнил, что говорил ему Логан. Кажется, у него должна была пылиться большая коллекция дисков? Что ж, это все же намного лучше, чем ложиться спать в одиночестве и такой угнетающей тишине. Дисков действительно было очень много, но долго копаться в них О’Доннелл не захотел и достал какой-то неподписанный диск без всяких опознавательных знаков, что немало заинтересовало его. Пришлось долго разбираться с новой для него техникой, прежде чем, наконец, нажать кнопку Play и начать просмотр. Калеб надеялся, что это не будет какая-нибудь слезливая мелодрама, на которые он, несмотря на свой пол и возраст, реагировал довольно бурно и переживал все вместе с героями.
Он уселся прямо на полу, прежде сняв с себя куртку и до половины расстегнув рубашку. Оперевшись спиной на подлокотник рядом стоящего кресла, он взял бутылку с водой и отпил еще несколько глотков, внимательно глядя на экран телевизора. Кажется, то, что происходило там, не было фильмом уже с самого начала. Скорее, любительское видео, отснятое довольно неплохо и… это были двое мужчин. Один, скорее мальчик, чем мужчина, стоял перед другим на коленях, деловито расстегивая тому брюки. Тот, другой, явно был постарше, но его лица все еще не было видно.
- Увлекается любительской порнушкой? Вот уже не ожидал от господина мэра такого, - тихо произнес Калеб, как-то нервно облизав губы, понимая, что теперь точно не выключит это видео.
Парнишка на экране действовал умело и О’Доннелл успел вспомнить, каков был его первый раз, когда он стоял перед Фрименом в похожей позе. Как-то смутившись, он приложил ладонь к своей щеке, вновь вздыхая и закатывая глаза. Чего теперь он стеснялся? Это уже даже не было смешно, но думать об избавлении от такой привычки сейчас не приходилось.
Камера, наконец-то двинулась выше, и зрителю показали лицо мужчины, теперь поглаживающего мальчишку по волосам. Он откинул голову и, прикрыв глаза, тяжело дышал, иногда чуть слышно постанывая.
Черт. Нет, этого не может быть, - судорожно подумал Калеб, поднимаясь, чтобы разглядеть происходящее на экране получше, но… ошибаться он не мог.
Уже выучив некоторые эмоции Логана Фримена, он с уверенностью мог сказать, что мужчина на экране – никто иной, как мэр собственной персоной. Съемка была немного странной и больше напоминала слежку, чем специально отснятое видео.
- Почему мне всегда так везет? – уже немного севшим голосом прошептал О’Доннелл и снова опустился на пол.
Сбившееся дыхание и теплая волна, пробежавшая по позвоночнику, могли означать только одно. Чего, пожалуй, Калеб не боялся, потому что был сейчас совершенно и один и, по сути, мог заниматься тем, чем захотел бы. И он захотел. Ему вдруг стало невероятно жарко, хотя в квартире даже гулял сквозняк и по началу парень даже не хотел раздеваться, но теперь… он не отрываясь, смотрел на экран, в то время как его ладонь легла на колено, медленно двинувшись по внутренней стороне бедра вверх. Еще один стон мужчины, хриплый, в точности такой же, что всего несколько часов назад слышал Калеб, и он не сдержался, осторожно сжимая рукой ширинку джинсов. Вздрогнув от такого прикосновения, он напрягся и начал не спеша расстегивать замок, то и дело облизывая пересохшие губы. Совсем немного и он, пробравшись под плотную ткань, обхватил пальцами член, чуть слышно простонав и приподняв бедра. Один только вид возбужденного Логана заставил мальчишку вспомнить все то, что произошло между ними за последние сутки. Черт возьми, как он захотел сейчас, чтобы Фримен оказался с ним рядом. чтобы можно было поцеловать эти приоткрытые губы, дотронуться до его обнаженного тела, провести пальцем по татуировке на бедре… изогнувшись сильнее, Калеб прикрыл глаза и прижался затылком к подлокотнику кресла, начиная ласкать себя, двигать рукой сначала совсем медленно, но постепенно наращивая темп. Видео все еще не прекращалось, тот мальчишка на экране облизывал плоть Фримена, смотря на него и скользя ладонями по его бедрам. Калеб наблюдал за каждым движением, невольно начиная повторять эти действия, прикусывая нижнюю губу и теперь уже не замечая боли.
Это длилось, кажется, очень долго. Мальчишка на экране не переставал ласкать Фримена, а тот сжимал пальцами его волосы, наверное, очень сильно, но так, что О’Доннелл отчаянно захотел оказаться на его месте. Сейчас же. Он содрогнулся  в предвкушении оргазма, остановившись всего на мгновение, от того, что происходило на видео. Логан слегка нагнулся вперед, прижимая парнишку к себе ближе и закрывая глаза. Уже спустя всего несколько секунд он кончил с хриплым стоном, переросшим в тихий вскрик, и Калеб, сделав еще пару движений, последовал за ним, также прикрывая глаза и поддаваясь охватившему все тело удовольствию.
- Блядь, - выдохнул он и удивился сам себе, потому что до этого почти не ругался, никогда, разве что в дни, когда у него ничего не выходило при игре на фортепиано, а пальцы были словно деревянные.
Видео закончилось черным экраном и Калеб нажал Стоп. Тишина вновь поглотила его, но теперь она была какая-то звенящая, наверное, от того, что только что испытал мальчишка. В глазах все еще было темно, и перед ним словно вот тут, наяву стоял образ Логана, что, конечно, совсем не помогало успокоиться. С неохотой поднявшись с пола, он снял с себя рубашку и джинсы, и поднялся на второй этаж, чтобы принять душ.
Теплые струи немного успокоили Калеба, но думать о Фримене он, конечно же, не перестал. Прижавшись лбом к стеклянной дверце душа, он шумно выдохнул и закрыл глаза, подставляя спину под теперь уже прохладную воду, поводя плечами и вновь облизывая губы. Уже в который раз, будто это могло принести хоть какое-то облегчение. Нет, все напрасно, от этого наваждения его спасет лишь присутствие Логана. Он ведь так и не узнал, навестит ли его завтра мэр, но сейчас уехал даже охранник, а поэтому Калеб решил, что обязательно узнает у него телефон своего любовника и сам позвонит ему.
- Или отправит слезливое сообщение, - закончил свою мысль О’Доннел и вылез из душа, мокрым прошагав от кровати и упав на нее.
Это ведь теперь его квартира, так? Значит, про полотенце можно забыть. Перевернувшись на спину, Калеб положил руки за голову и закрыл глаза, только сейчас осознавая, насколько устал за прошедший день. Казалось бы, он не сделал ничего особенного, но все же… один только разговор с матерью выбил из него весь дух, и теперь парнишке предстояло обо всем этом хорошенько подумать, но уже не сегодня. К тому же, совершенно случайно и внезапно он вспомнил, что с утра ему нужно быть в университете… с готовой прелюдией, из трех листов которой было написано только полтора. Крепко выругавшись про себя, Калеб попытался встать с кровати, чтобы достать ноты из сумки, но так и не смог сделать этого.
- А, плевать, - хрипло прошептал он и забрался под одеяло, уткнувшись носом в подушку.

Он даже не заметил, как уснул и, кажется, ничего не видел во сне. Или видел? Да, точно видел, но не мог вспомнить ни единого образа, уж слишком расплывчатыми они были. Конечно, О’Доннелл не выспался, но будильник на его телефоне сработал точно в семь часов утра, после чего парнишка проспал еще минут двадцать и вскочил с постели, довольно потянувшись и зажмурившись от света в окно. Солнца сегодня не было, но этого и не требовалось, настроение Калеба отчего-то и без этого было почти на высоте. Странно, если учесть, чем закончился прошлый день и какие мысли преследовали его даже сейчас. Но, отмахнувшись от всего тревожившего, он прошел в так называемую ванную комнату, чтобы привести себя в порядок. Непривычно, что мать не стучала ему в дверь и не требовала вставать поскорее. Непривычно то, что не пахло в доме ее завтраком, всегда необыкновенно вкусным… и только теперь Калеб осознал, что, кажется, живет один. Ему предстояло самому приготовить себе этот завтрак, сложить ноты в сумку, собраться и только тогда уйти не занятия. На все это ушло не так много времени, как он предполагал. Кофе и пары бутербродов вполне хватило парнишке, к тому же он договорился встретиться с Кайлой в университетском кафе, а та обязательно сунет ему в сумку пончиков или пирожков с повидлом, когда увидит, что на нем, дословно «осталась одна кожа».
Через сорок минут, полностью готовый, он уже закрывал дверь лофта и садился в лифт, вспоминая, все ли выключил и привел в порядок. Удивительно. Ведь ему никогда прежде не приходилось задумываться о таких вещах. Усмехнувшись, он покачал головой и вышел на улицу, где его ждал Вито. Попросив охранника остановиться не у въезда в университет, а немного подальше, чтобы никто не увидел, как он выходит из автомобиля, Калеб откинулся на спинку заднего сидения и прикрыл глаза, тщетно пытаясь вспомнить хотя бы одну написанную им ноту.

--------------------------------->> Институт Изящных Искусств

+1

33

<<<----------------------- Кафе ИИИ

Калеб распрощался с Кайлой Морган и почувствовал себя еще хуже, как бы это не звучало. Нет, девушка очень даже помогла ему, даже одной своей добродушной улыбкой, которая буквально в любом их разговоре играла почти самую главную роль. Они мило поговорили, подруга заверила его в том, что его любовь к мужчине – это не так уж плохо, да и особенного в этом очень мало. Он все понимал, он кивал ей, пытался даже объяснять что-то, а у самого на душе скребли кошки. Все потому что Калеб знал – с Логаном у него не будет очень много. Например, той самой романтики, о которой всегда так мечтал мальчишка. О, да, он грезил о том, что со своим любимым человеком можно будет встречать рассвет, в каком-нибудь уютном кафе пить ароматный кофе и держаться за руки, улыбаясь друг другу. А еще гулять по ночам, обнимаясь и беспрестанно целуясь. Усмехнувшись своим мыслям, он все же отвлекся и поднялся со скамьи, увидев, наконец, автомобиль… собственного охранника. Ожидая Вито, О’Доннелл все решался на то, чтобы позвонить Логану, но так и не сделал это. Уж слишком боялся, что тот откажет ему. Казалось бы, что здесь страшного? Он приедет к парнишке в другой день, может быть, даже завтра. Но нет. Хотелось отсрочить момент как можно дольше. Поэтому Калеб решил, что позвонит мэру, когда уже приедет в лофт и останется наедине со своими мыслями.
Поздоровавшись с охранником, он сел на заднее сидение и вздохнул. Как бы хотелось ему сейчас увидеть рядом с собой самого Фримена, который бы обнял его и сказал, что приехал специально к нему, чтобы порадовать… чертов мечтатель. Нельзя даже думать об этом, ведь все это так несбыточно и нереально! Нужно как-то привыкнуть к тому, что теперь так будет если не всегда, то еще очень и очень долго. Логан вряд ли изменит свой характер ради него, какого-то бедного студента, по большому счету, ничего не значащего  жизни господина мэра. Однако же, если ему вовсе было плевать на Калеба, стал бы он предлагать ему жить в своей квартире, да еще и приставлять к нему одного из охранников? Хотя может, просто боялся, что мальчишка расскажет очень многим об отношениях с главным человеком Питтсбурга.
Как же было бы проще, если бы он был каким-нибудь клерком, - улыбнувшись едва заметно, О’Доннелл посмотрел в окно и заметил, что уже очень скоро они будут у высотного дома, в котором и находился большой лофт. Его квартира. Собственная квартира. Калеб ведь мечтал еще и об этом. Жить отдельно от родителей было бы очень здорово, ведь тогда он стал бы намного самостоятельнее и серьезнее, но получилось все совсем иначе. Нет, конечно, он ни о чем не жалел, ведь выбор стоял только за ним и Калеб согласился на условия мужчины, только бы быть с ним. Вот. Пожалуй, это главное. Приняв предложение жить в этой квартире, парень надеялся, что они почти постоянно будут рядом. Работа и учеба не в счет, но О’Доннелл думал, что совместные вечера и ночи им обеспечены. Видимо, зря. Хотя была маленькая надежда, ведь он еще не звонил Логану. Достав телефон, он покрутил его в руках, но набрать номер так и не смог, да и потом, не делать же этого прямо при охраннике? Эмоции парнишки были слишком непредсказуемы, все зависело от ответа, и он не хотел, чтобы его реакцию увидел кто-то. Даже, пожалуй, сам Логан Фримен. Вообще Калеб стал замечать за собой то, что он стал еще более чувствительным, чем раньше, до знакомства с мэром. Музыка и так не давала ему стать грубым, неотесанным и равнодушным, но то, что он испытывал и сейчас, и когда находился рядом с Фрименом, было несравнимо буквально ни с чем. Даже с тем, что раньше он считал самой сильной эмоцией в своей жизни – первой победой на городском музыкальном конкурсе. Это, кажется, было в глубоком детстве, но восторженность мальчишки говорила о том, будто это конкурс вселенского масштаба. Он покачал головой и как-то невесело улыбнулся, невидящим взглядом провожая из окна автомобиля пролетающие мимо деревья. И вот, через несколько минут машина остановилась, охранник довольно вежливо привел О’Доннелла в чувство, сказав, что они приехали, а после этого вместе с ним вышел из салона и поднялся на лифте на нужный этаж. Калеб долго смотрел на Вито и только потом решился спросить:
- Вы боитесь, что я сбегу, поэтому следите за каждым моим шагом?
- Так было приказано, - мужчина пожал плечами с совершенно невозмутимым выражением лица и этим пресек любые дальнейшие разговоры.
Проводив Калеба до квартиры, он распрощался с ним до следующего дня и довольно быстро ушел, хотя парнишке показалось, что он все равно будет где-то поблизости и если что – сразу сообщит своему боссу. Впрочем, у О’Доннелла не было каких-то особых планов, кроме того, чтобы отсидеться дома, но сначала…
- Позвонить Логану, - констатировал он, вновь выудив телефон из кармана джинсов и шумно выдохнув, облизал губы, прежде чем нажать на нужные кнопки.
Разговор прошел… не то, чтобы неудачно. Теперь Калеб даже не представлял, что ему нужно делать. Он ведь до последнего надеялся, что Фримен все-таки приедет к нему этим вечером. Если бы он знал, где можно искать мэра, то сам поехал бы к нему, убежав от охранника. Но вряд ли какого-то мальчишку пустили бы в мэрию города без всякого повода. Или в какой-нибудь закрытый клуб, где обычно проводили время важные люди, по мнению Калеба. Или, в конце концов, в дом Логана, где он был наверняка со своей женой. Вариантов было море и он, тихо всхлипнув, присел на диван, роняя телефон на пол. Даже поднимать его не хотелось, не говоря уже о каких-то телодвижениях за пределами этого дивана. Однако постепенно, с каждой минутой все ярче и ярче в кудрявой головушке появлялась идея. В конце-то концов… он здесь совершенно один, а значит может делать все, что ему захочется. Логан не приедет и это дает особые преимущества, ведь мужчина даже не узнает, чем занимался Калеб. А он… он напьется. Нет, сначала, конечно, выпьет немного, ведь здесь есть алкоголь?!
Забыв о своей быстро прошедшей апатии, Калеб вскочил с дивана и прошел на кухню, где начал открывать дверцу за дверцей, ища то, что ему действительно было нужно в этот момент. И, спустя всего несколько мгновений, все же нашел. Что ж, крепчайший по его меркам скотч вполне подходил для того, чтобы хорошенько напиться. Достав пару бутылок, а он почему-то был уверен, что одной ему не хватит, хотя почти никогда в жизни не употреблял крепкого алкоголя, Калеб нашел еще и стакан, за дверцей, что была рядом. Там же, вроде бы совершенно не к месту, но очень кстати, лежали сигареты вместе с зажигалкой. Парень задумался, ведь раньше курить ему не приходилось, да и узнай об этом, его мать или, что еще хуже, отец, свернули бы ему шею. Но сейчас он был абсолютно свободен от родителей и еще чьих-то посторонних взглядов. Решительно забрав с собой еще и сигареты, он притащил все это в гостиную и поставил на столик. Калеб попросту не знал, с чего начать и каково это: напиться. Но, подумав, все же откупорил бутылку со скотчем и налил себе сразу половину стакана. Да, он видел в фильмах и всяческих передачах, что такое пьют маленькими порциями, но кого это волновало в данный момент? Шумно вдохнув и выдохнув, он отпил несколько глотков и даже передернулся, зажмурившись.
- Какая же гадость! Как вообще это можно пить? – с этим вопросом сделал еще несколько глотков и с отвращением отставил стакан на столик.
Нет. Черт возьми, да он даже нормально напиться не может!
- А вот и может, - хрипло прошептал О’Доннелл и налил себе еще скотча, но уже меньше, опрокинув его в рот сразу весь.
Где-то внутри все зажгло огнем, но Калеб постарался не обращать на это внимание. Лишь легкое головокружение не давало ему сосредоточиться на своих мыслях. Если учесть, что за сегодняшний день он съел пару шоколадных пирожных с кофе, то действие алкогольного напитка должно было утроиться.
- Ну и плевать. Кого это волнует? Кого волную я вообще? – он пожал плечами и взял бутылку, но так и замер с ней в руках, а потом махнул рукой и отпил прямо из горлышка, сразу несколько довольно больших глотков, после чего чуть не уронил ее на пол и громко икнул, зажав себе рот ладонью.
Это наверняка выглядело отвратительно со стороны, но, кажется, парню было уже абсолютно плевать. Он все же сумел поставить бутылку, но не на стол, а на пол, и стащил с себя куртку, за ней последовал шарф, и оба ботинка. Все это оказалось валяющимся по разным сторонам комнаты и на диване, что стоял напротив. Откинувшись на спинку, Калеб понял, что чего-то здесь явно не хватает. Но когда он поднялся на ноги, пару раз чуть не упав обратно, решимость что-либо сделать куда-то улетучилась. И все же он добрел до телевизора, потыкал все кнопки, какие только можно было и включил какой-то музыкальный канал.
- Вот это нам подходит. Да, Калеб? Никчемное ты существо, - шмыгнув носом, он развернулся на негнущихся ногах и еле-еле дошел до дивана, бухнувшись на него и опять взявшись за бутылку.
Да, он понимал, что уже пьян и ведет себя ужасающе. Но разве это могло его остановить?
Следующим пунктом были сигареты. После еще нескольких глотков скотча, он буквально нащупал пачку сигарет ладонью и, открыв ее, достал сразу пару, но по пути в рот одна из сигарет упала на пол, о чем Калеб, кажется, совершенно не пожалел. Зажигалкой он щелкал раза три, прежде чем все, наконец, получилось и беловатый дым начал наполнять помещение. Затянувшись по подобию тех, кого О’Доннелл закашлялся так, что весь покраснел и чуть не упал в обморок, снова запивая все это скотчем и чувствуя, что вкус напитка перестал быть таким уж неприятным. Посмеявшись над этим, он сделал еще одну затяжку, менее глубокую, но от нее толку получилось мало. Вздохнув, он потушил сигарету в стоявшей на столике пепельнице и взялся за бутылку, уже забывая про стакан. Забравшись с ногами на диван, он кое-как стянул с себя тонкий свитер, кидая его куда-то в сторону и по-прежнему не желая расставаться с бутылкой скотча. На экране появилась одна из его любимых групп, Калеб как-то глупо улыбнулся и, указав на них пальцем, только и смог произнести «О!». Подпевая исполнителям, он достал еще одну сигарету из пачки и вновь закурил. В этот раз все пошло немного легче, чему мальчишка явно обрадовался.
Все проблемы сразу отошли на второй план.

+1

34

Мэрия

Конец рабочего дня, по крайней мере его официальная часть, не принесли ожидаемого облегчения. Логан надеялся, что после всего, что было решено за этот бесконечно долгий день, он почувствует себя хоть немного лучше. Но этого не случилось. Да, большинство проблем были решены, и если не полностью, то хотя бы предпосылки для этого уже наметились. Но его по прежнему мучили последствия вчерашнего вечера, не смотря на то, что за весь день Фрименом было выпито немало кофе, минеральной воды и фармацевтических средств, единственной целью которых являлось ослабление жуткого похмелья господина мэра. Если бы мужчина был чуточку слабее и совсем не знал себя, он бы пообещал больше никогда не напиваться. Но это был тот случай, от которого не стоило зарекаться. Он и не стал.
После разговора с супругой, пока еще супругой, Логан намеревался, причем довольно четко, отправиться в особняк, отключить телефон и понежиться пару часов в расслабляющей ванной, после чего смог бы спокойно улечься на своей огромной кровати и уснуть, надеясь, что следующее утро будет не таким "трудным".
Карлос, повинуясь желанию своего шефа, целенаправленно гнал машину из города, стараясь миновать возможные пробки и как можно реже останавливаться на светофорах. Фримену совсем не хотелось тратить времени на дорогу больше, чем было необходимо, и он постоянно одергивал охранника вопросами типа "Чего ты так тащишься?" В ответ на это парень ничего не говорил, лишь прибавлял скорость, но затем опять поддавался общему ритму движения на городских улицах. Это жутко раздражало Логана, но в этой ситуации мэр Питтсбурга был беспомощен. Он продолжал мучиться на заднем сидении и мечтать о том, когда останется в одиночестве и сможет насладиться тишиной и спокойствием.
Слишком часто, особенно в последнее время, мужчина думал именно об этом. Его перестали волновать близкие к нему люди, даже те, кто раньше имел хоть какое-то значение и был плотно связан с судьбой Фримена. Эндрю, которого он, буквально, поставил перед фактом новой должности, совершенно не заботясь о том, что тот думает по этому поводу и хочет-ли этого. Доминик, который хоть и был близким другом Логана, но постепенно становился всего лишь еще одной фигурой в его долгой и сложной игре. Даже Виктория, проведшая с ним немало времени в качестве законной супруги, теперь была только напоминанием о прошлой жизни, точнее, очередного ее этапа.
Теперь, Логан открывал для себя новую страницу. Очень похожу на одну из пройденных глав, но все таки новую. С мэрством было покончено. Без сожалений, без отсрочки неизбежного, без продления агонии прощания. Тоже самое было и с браком. Как всегда, приняв решение, Фримен предпочитал все делать быстро и как можно более безболезненно. Получилось-ли у него на этот раз? Мужчина затруднялся ответить, но даже если нет, он не собирался переживать по этому поводу. Сам он не чувствовал ни угрызений совести, ни моральных страданий, ни чего бы то ни было подобного. Как говорится, закрыл и забыл. Все, кроме одного.
- Карлос, - распахнув глаза и подавшись вперед, что бы не пришлось говорить слишком громко, Логан обратился к охраннику, - мы возвращаемся в город.
Парень не стал ничего спрашивать, молча останавливаясь и разворачивая авто. Вот что нравилось Фримену в наемных работниках, чью преданность удавалось купить деньгами или как-либо услугой, требующей отдачи долга. Они не задавали лишних вопросов, мало говорили, слушали и согласно кивали, исполняя то, что от них требовалось. Жаль, что нельзя было ожидать подобного ото всех и каждого.
И, все таки, Карлос ждал продолжения. Это читалось в его взгляде, который заметил Логан в зеркале заднего вида.
- Едем в лофт, - чуть слышно проговорил он и вновь откинулся на спинку сидения. Каким образом его желание уединиться в собственном особняке превратилось в совершенно иное - и по смыслу и по значению - Фримен понятия не имел, но вдруг понял, что не получит никакого наслаждения от уюта огромного дома, где его никто не побеспокоит вплоть до завтрашнего утра. Прислугу и охрану Логан в расчет не брал, ибо они как никто знали свое место и не путались под ногами хозяина, тем более когда тот был не в духе. А сейчас именно это описание подходило настроению Логана. Он был не в духе.
Год жизни, о которой он давно мечтал, подошел к концу, причем так, казалось бы, незаметно, что Логан едва мог найти ту грань, когда его перестало интересовать мэрство до такой степени, что в голову начали лезть мысли о карьере совсем в другой области. Но ни это было его главной головной болью, не считая еще и похмелья, конечно.
- Мне подождать?
Логан и не понял, что они уже подъехали к дому и, кажется, уже какое-то время стояли возле подъезда. Мужчина осознавал, что не просто так оказался здесь. Телефонный разговор с мальчишкой задел его, пусть он и не хотел признавать этого.
- Нет. Заедешь за мной завтра утром. И... - он выглянул из машины, - пусть до утра здесь останется кто-то другой, а вы с Вито свободны до утра. Только не отдыхайте слишком..... рьяно.
Усмехнувшись, мужчина вышел из машины, вспоминая то, как сам отдыхал вчера вечером. После такого требовался день или два реабилитации, и как минимум моральная компенсация в виде чего-нибудь приятного и отвлекающего от посторонних мыслей. Двух дней, и даже одного, у Логана в запасе не было, а вот свою порцию приятного и отвлекающего он теперь мог получить лишь одним способом.
Он не думал, что вернется сюда так скоро. Не рассчитывал и на то, что когда сделает это, обнаружит картину, явно не подходящую под описание поведения невинного мальчика с романтическими мечтами, коим представлялся ему Калеб.... до этого момента.
Осторожно открыв дверь, привычка вторгаться в личное пространство других накладывала свой отпечаток, Логан прошел в гостиную, прислушиваясь и осматриваясь по сторонам, словно хотел найти здесь что-то новое. На первый взгляд все было точно так же, как после его ухода, хотя до его слуха и доносилась музыка, причем такая, что явно не могла понравиться Фримену. Он остановился, но ненадолго, лишь до того момента, как помимо музыки услышал нестройный звук знакомого голоса. Мужчина пошел дальше, вглубь квартиры, останавливаясь недалеко от дивана, стоящего в гостиной, облокачиваясь плечом на одну из колонн и наблюдая при этом за мальчишкой. Тоже не долго, только для того, что бы осознать, на сколько открывающееся зрелище выбивается из всего, что представлял себе Фримен.
- Когда я говорил развлекаться самому, - наконец он подал голос, подходя ближе к дивану, на котором устроился, кажется, пьяный парень, и скидывая с себя пиджак, а затем и галстук, - я не совсем это имел ввиду, - кинув свою одежду на столик в опасной близости от пепельницы, Логан склонился к Калебу и, отобрав у него бутылку, сделал несколько довольно больших глотков, с наслаждением понимая, что именно этого ему не хватало весь день. Тело с готовностью приняло в себя дозу спиртного, тут же поддаваясь его влиянию. Приятная расслабленность прокатилась по всему телу, а Фримен так и стоял, прикрыв глаза, едва заметно улыбаясь и растирая ладонью шею, слегка затекшую после поездки в автомобиле.
- Ммм... мой лучший скотч, - облизав губы, Логан все же посмотрел на паренька, но взгляд очень быстро соскользнул с его лица, опускаясь вниз по обнаженному торсу, - кажется, мы не обсуждали возможность уничтожения моих запасов? Или я просто не помню?

+1

35

Это была уже вторая бутылка. Как Калеб еще находился в сознании – вообще не поддавалось никакому объяснению, ведь он никогда в жизни не вливал в себя такое огромное количество спиртного. Очень крепкого спиртного, которое, однако, влияло на его организм не так уж ужасно, как он представлял себе. Могло бы быть и хуже, а вместо этого после каждого глотка парень чувствовал себя все более счастливым человеком и радовался тому, что все его проблемы, всего где-то час назад казавшиеся глобальными, теперь не имели никакого значения. Что греха таить, он даже Логана послал далеко и надолго. А еще очень громко, после этого как-то странно засмеявшись. Во всем был виноват скотч, конечно. Впрочем, музыка, теперь это был какой-то тяжелый рок, заглушала практически все звуки, издаваемые мальчишкой, а ведь он так старательно подпевал незнакомой группе, причем, даже не зная слов песни. Все равно это было весело, поэтому какая разница, кто исполнитель и о чем вообще поют? Но алкоголь стал не единственным развлечением Калеба О’Доннелла. Он выкурил уже почти половину пачки сигарет, даже не задумываясь о том, что теперь творилось в его желудке. Мысль о том, что назавтра ему может стать слишком плохо, даже не посетила кудрявую головушку музыканта или он так быстро отмахнулся от нее, что не мог даже вспомнить этого. Да он ничего не мог вспомнить, кроме, наверное, телефонного разговора с Логаном, в котором тот довольно резко сообщал, что сегодня ждать его не стоит. Что ж, может быть, это было даже к лучшему, Калеб имеет право расслабиться и делать все, что ему захочется. Конечно, если бы он мог, то провел бы все это время с большей пользой для себя, собственного тела и души, но вариантов почти не было. То, чем он занимался сейчас, стало наилучшим из всех тех, что приходили на ум. Он мог бы сбежать от охранника, если бы очень захотел, и пойти в какой-нибудь клуб, познакомиться там с кем-то и отлично провести ночь, но… зачем? В этом не было никакого смысла, и Калеб убеждался все больше и больше, понимая, что кроме Логана ему никто не нужен. Да, он даже сейчас, будучи сильно пьяным, осознавал свою НЕзначимость в жизни Фримена, но абсолютно ничего не мог поделать с самим собой. Ведь он по-прежнему был здесь, в этом лофте, неважно в каком состоянии, но все же никуда не ушел и не сбежал. Пусть Логан приедет завтра, послезавтра, через пять дней – все это неважно, главное, то, что О’Доннелл будет ждать его.
Шмыгнув носом, мальчишка попытался встать с дивана, но у него жутко закружилась голова и, вновь повалившись обратно, он нащупал на столике рядом бутылку со скотчем, приконченную уже почти наполовину. Однако же, хорошие аппетиты у бедного студента, если учесть еще и то, что этот напиток он еще не пробовал никогда. Махнув рукой на те проблемы, какие могли бы у него быть, приди сюда сейчас Фримен, парнишка отпил еще несколько глотков и, облизнувшись, посмотрел на экран. Улыбнулся, увидев свою любимую группу и начал подпевать. Снова. С тем только различием, что теперь слова песни были ему знакомы, хотя в таком состоянии он выговаривал лишь половину из них. Именно выговаривал, да и кто станет подпевать в такт после целой бутылки лучшего скотча из запасов мистера Фримена? Не хватало только сигареты, но эту оплошность Калеб быстро исправил, не выпуская из рук бутылку и вытаскивая эту самую сигарету из пачки зубами, отчего-то смеясь, ибо это действо напомнило ему американские комедии, где герои обычно вели себя, как самые настоящие идиоты.
Ой, да плевать мне на все это, - пожалуй, самая умная мысль, какая могла прийти в голову пьяному О’Доннеллу.
Он щелкнул зажигалкой и, сделав глубокую затяжку, с удовольствием понял, что теперь ему не приходится подолгу кашлять, вдыхая в себя сигаретный дым. Он делал успехи, только, наверное, не в том, в чем было нужно. Съехав по дивану немного вниз, он откинул голову на подлокотник и прикрыл глаза, все еще повторяя слова песни, которая уже заканчивалась. Но Калеба это мало смущало, он затянулся снова и открыл один глаз, следя за дымом и пытаясь выпустить его колечком. Ничего не вышло, но вот другое он услышал очень отчетливо. Ему кажется, или Фримен действительно здесь? Подниматься с дивана было бы глупой затеей, но вот тело же отреагировало на голос мужчины по-своему. По спине пробежал уже знакомый холодок, постепенно сменяющийся приятным теплом, и означало это все только одно. Нервно облизав губы, Калеб резко открыл глаза, когда у него из рук пропала бутылка со скотчем. Логан подошел ближе и парнишка с наслаждением втянул в себя аромат его, наверное, дорогущего парфюма.
Черт, я хочу его, - пронеслось в голове.
Банально, но ведь правда. И этому желанию О’Доннелл был не в силах противостоять. Тут же, в этот же момент в мыслях всплыли яркие картинки той съемки, того «фильма», который Калеб видел вчера. Он понял, что не встречался с Логаном с того момента, и теперь все это было в десять раз сильнее, чем прошлой ночью. Предстояло самое сложное. Он потушил недокуренную сигарету в пепельнице и сел на диване, глядя в упор на мужчину и расстегивая ширинку на джинсах. Дыхание уже сбилось, мальчишка чувствовал себя слишком странно, чтобы разбираться в причинах и следствиях. Казалось, все опьянение куда-то ушло, оставив на первом плане почти дикое возбуждение, нараставшее с каждой секундой сильнее. Да, Калеб и раньше, выпив даже совсем немного, понимал, что в такие моменты его посещают непристойные мысли, но мог довольствоваться лишь ими, да своими фантазиями, а сейчас… все же поднявшись с дивана, он буквально упал на Логана, при этом оказавшись с ним лицом к лицу и едва заметно улыбнувшись.
- Не обсуждали. Но разве это имеет какое-то значение? Тебе жалко бутылки скотча для своего любовника? – Калеб обнял его за шею и прижался к мэру всем телом, больше не говоря ни слова и тут же жадно впиваясь в его губы, забираясь пальцами в светлые волосы и сжимая их, довольно сильно, не обращая внимания на это и продолжая терзать губы Логана, почти кусая их.
Подтолкнув его к дивану, парень заставил Фримена сесть и, не медля ни секунды, уселся сверху, упираясь ладонями в диван, вновь касаясь губ мужчины своими и жарко выдыхая на них. Он был словно сам не свой и внутренний голос отчаянно пытался разобраться, что же именно происходит, но, кажется, здесь ему было совсем не место. К черту все то, что произойдет завтра или потом. Отстранившись, мальчишка перевел дух и слез с коленей Фримена, опускаясь перед ним, все же смотря на него и расстегивая ширинку его брюк. Он ведь сможет так же, как тот парень на видеозаписи? Усмехнувшись собственным мыслям, О’Доннелл коснулся губами низа живота мужчины и, прикрыв глаза, провел кончиком языка по члену Логана, повторяя это несколько раз, невольно сжимая его бедра ладонями содрогаясь от новой, еще более сильной волны возбуждения, пронзающей тело словно током. Это было сильно и меньше всего ему хотелось сейчас, чтобы господин мэр оттолкнул его.

+1

36

Логан понятия не имел, что происходит. Он готов был отбросить в сторону свой принцип не выражаться, и просто спросить у мальчишки - "Какого хуя ты так нажрался?" Верилось с трудом, что таким был результат их не слишком продолжительного, но по своему содержательного разговора. Но и в то, что Калеб, наконец-то, освободившись от опеки родителей, просто решил отпраздновать это, не верилось. Из того, что узнал о нем Логан, парень относился к числу тех, кого называют примерными детьми, которыми родители могут гордиться, такими же студентами, которых всегда ставят в пример другим и кем, в свою очередь, гордятся преподаватели. Это по своему привлекало. Не могло не привлечь, тем более такую противоположность всему этому, как Логана Фримена. Но теперь, он видел мало разницы между этим мальчиком и теми, что попадались на его пути. И все таки, он по прежнему вызывал очень странные эмоции, даже сейчас, когда Логан начинал приходить в бешенство, понимая, что в таком состоянии от Калеба будет мало толку.
- Не обсуждали. Но разве это имеет какое-то значение? Тебе жалко бутылки скотча для своего любовника?
Фримен ничего не успел ответить. Он только и смог, что подхватить Калеба одной рукой, обнимая его, в то время как второй пытался удержать бутылку скотча. Нелепая выходила ситуация. В самом деле, по дороге сюда, единственное, о чем мог думать мужчина, это скорейшее избавление от головной боли и наслаждение, которое затмит все прочие мысли и проблемы. Чтож, отчасти так и вышло. Меньше всего сейчас Логан думал о своей отставке и тем более о скором разводе. В один миг все его сознание заняли мысли о том, что будет продолжение. И даже состояние мальчишки перестало смущать Фримена.
Усевшись на диван, он вновь почувствовал губы Калеба на своих, но теперь уже сам прижал его к себе сильнее, и даже чуть слышно простонал, от того, как внутри начало нарастать приятное, теплое ощущение, постепенно перемещающееся к низу живота. Но продлилось это не долго. Едва мальчишка отстранился, Логан приоткрыл глаза и по инерции сделал несколько небольших глотков обжигающего скотча. Он наблюдал за Калебом, словно пытаясь понять, как именно парень, всего день назад потерявший свою девственность, собирается действовать дальше. Ответ оказался простым и..... отчего-то знакомым.
Невольно мужчина нахмурился, хотя, стоило Калебу прикоснуться губами к его телу, навязчивая мысль отошла на второй план. Логан чуть приподнял бедра, устраиваясь удобней на диване и откидывая голову на спинку, не забыв перед этим сделать еще один глоток скотча. Он в самом деле начал чувствовать себя лучше. От спиртного, или же от близости парня, который теперь сжимал пальцы на его бедрах и водил языком по уже возбужденной плоти, но Фримену было хорошо. Он постепенно проваливался в наслаждение, которое собирался получить, направляясь в лофт, но в какой-то момент Логана, вдруг, осенило. Озарение не было приятным, скорее наоборот.
Он не прервал действия Калеба сразу. Слишком невероятным, даже Фримену, казалось то, что он сможет это сделать. Немного приподняв голову и отпивая очередную порцию скотча из бутылки, мужчина медленно обвел взглядом гостиную, пытаясь увидеть в ней именно то, о чем думал сейчас. В голове постепенно всплывали воспоминания, начало которых было точно таким же, как сейчас, за исключением того, что паренек в тот раз был абсолютно трезв. Логан заметно нахмурился, подаваясь вперед, сжимая пальцы в волосах Калеба и заставляя его откинуть голову назад. Фримен очень долго всматривался в шальные от выпитого спиртного глаза мальчишки, но потом все же заговорил.
- Хочешь подражать шлюхе, отсасывающей по нескольку километров членов в день? - чуть наклонив голову, мужчина приблизился к Калебу еще немного, не отводя от него взгляда, и, едва касаясь, провел по его губам языком, - Это не слишком возбуждает, на самом деле. Гораздо меньше, чем тебе бы хотелось.
И вновь прикосновение к губам мальчики, - И уж конечно, ты настоящий мне нравишься больше, хотя....
Логан не договорил, делая еще один большой глоток спиртного, но не проглатывая его, а просто набирая в рот, что бы почти тут же приблизиться к губам парня и поделиться с ним скотчем, проглатывая остатки и впиваясь в его губы страстным поцелуем. Не отвлек Фримена даже звук падающей на пол бутылки, которую он отшвырнул в сторону, после чего сжал ладонь на затылке мальчишки, не позволяя ему отстраниться. Тем не менее, он сделал это сам, прервав поцелуй, так же резко как начал его, и вновь уперся взглядом в глаза Калеба.
- Хотя, быть может тебе просто нравится подобное видео? - в продолжение своих предыдущих слов, проговорил Логан и, протянув руку, взял со столика пульт управления. Нажав на нем пару кнопок и добившись нужного результата, мужчина сжал ладонями плечи Калеба и заставил его повернуться к экрану телевизора, на котором в данный момент показывали их обоих в режиме реального времени.
- Ты совсем не похож на себя, правда? - склонившись к уху мальчишки тихо прошептал Логан, словно невзначай касаясь губами мочки, - Такой раскрепощенный и совсем без тормозов, готовый присосаться к моему члену, потому что насмотрелся порнушки, или просто потому что рад меня видеть. Скажи мне, Калеб, почему?
Логан ждал ответа, он хотел, что бы он остался в записи, хотел его услышать сейчас, глядя на парня, который смотрел на них с экрана. Они оба смотрели.
- Но я не могу позволить, что бы ты уснул с моим членом во рту, - Логан усмехнулся, топя усмешку в поцелуе, оставленном на шее Калеба, который плавно перемещался к его плечу. Ладонь соскользнула вниз по руке мальчишки, а потом пальцы коснулись его соска. Мужчина продолжал оставлять на его теле влажные следы, второй рукой забираясь в кудрявые волосы и безжалостно сжимая их, что бы Калебу и в голову не пришло отвернуться от экрана.
- Зато я могу сделать так, что ты забудешь о сне и обо всем остальном, - оглаживая грудь, ладонь Фримена опустилась ниже, к расстегнутой ширинке мальчишки и проворно скользнула под плотную ткань, накрывая его плоть, - Если ты будешь смотреть на себя.

+1

37

Не такой реакции ожидал от Логана Калеб и поэтому совершенно не был готов к тому, что мужчина остановит его. В прошлый раз то, что он делал, понравилось Фримену намного больше. Может быть, он сделал что-то не так? Сомнения не могли не терзать парнишку, хотя в его состоянии мысли в голове двигались так медленно, что он едва поспевал еще и слушать Логана, который теперь схватил его за волосы, заставив откинуть голову и зашипеть. Невольно подавшись вперед, Калеб шумно выдохнул и прикрыл глаза, чувствуя, как губы господина мэра касаются его собственных, а потом этот поцелуй со спиртным, от чего где-то внизу живота сладко защемило. Мальчишка дернулся и зажмурился сильнее, от того, что Фримен, кажется, даже не собирался отпускать его волосы. Он дрожал, облизывая губы. Возбуждение было настолько сильным, что все остальное совершенно не имело значения. О’Доннелл хотел лишь одного – чтобы Логан, наконец, прекратил все это и сделал то, чего им обоим сильно не доставало. Но у мужчины были свои планы. Он заставил Калеба развернуться к телевизору, где тот, к огромному своему удивлению, увидел себя же. И самого Фримена. А еще комнату и все-все, что их окружало здесь. И почти в тот же момент в мыслях всплыло то самое видео, которое вчера вечером смотрел мальчишка. Там тоже присутствовал Логан, да только занимались они немного другим. Вспомнив такое, Калеб лукаво улыбнулся и дернулся снова, тихо простонав. Подняв руку к своим волосам, он осторожно погладил по руке Фримена, прошептав:
- Пожалуйста, не надо, Логан, - расцепив его пальцы, он убрал и другую руку мужчины, вновь поворачиваясь к нему лицом и заглядывая в глаза, - ты спрашиваешь меня почему? Может быть, потому что я люблю тебя? Может быть, потому что я ждал тебя? Возможно, не так, как ты этого хотел, но все же ждал. Я никуда не ушел и не сбежал, потому что мне это не нужно, - постепенно тихий хриплый голос превращался в шепот, Калеб стоял на коленях перед Фрименом, не смея коснуться его после того, как тот отреагировал на его ласки.
Поднявшись на ноги и вновь покачнувшись, О’Доннелл, все еще смотря на мэра, стащил с себя джинсы, оставшись в нижнем белье, но не спеша с ним расставаться. Его опьянение словно рукой сняло, или оно просто не замечалось? В любом случае, Калеб не чувствовал ничего, кроме обжигающего желания. Его не смущало даже то, что все действия и слова будут записаны. Он не собирался вести себя как-то по-особенному или «играть», а вот закончить начатое очень не помешало бы. Медленно, словно дразня Логана, он опустился перед ним на колени, улыбаясь едва заметно и приближаясь к нему, чтобы тихонько проговорить:
- Твой хороший мальчик просто хотел не стесняться, вытворяя то же самое, что увидел на экране… совсем недавно. Я благодарен за то, что ты посоветовал мне свою богатую коллекцию дисков, среди них есть действительно стоящие экземпляры. Особенно один. Он совсем неприметный, но вот запись… она, безусловно, достойна пристального внимания.
Говоря все это, Калеб расстегивал рубашку Логана и касался губами его груди, опускаясь все ниже и ниже, обводя кончиком языка соски и осторожно прикусывая их, стараясь не отрывать взгляда от необыкновенно-голубых глаз мужчины. Они действовали на мальчишку гипнотически, он позабыл буквально обо всем. Но кроме реального образа, перед ним, в мыслях, все еще стояла картинка из видео – кульминационный момент. И О’Доннелл знал, что хочет увидеть то же, но только совсем не на экране.
- Кто-то очень любезный снял отличное руководство к действию, и теперь я хочу им воспользоваться, - поднявшись на мгновение, шепнул парень, коротко поцеловав Фримена, резко опускаясь вниз, чтобы обхватить губами его возбужденную плоть и простонать от этого, с силой сжимая все еще не снятые брюки мэра.
Держать себя в руках было невероятно сложно. И к черту бы уже все эти игры, пусть трахнет его. и Калеб готов был просить об этом, но все же удовольствие на лице Логана – это зрелище, от которого невозможно отказаться. Он начал двигаться, совсем медленно, словно нехотя, стараясь не отстраняться, лаская головку кончиком языка и прикрывая глаза, скользя ладонями по бедрам мужчины и поднимаясь вверх, к его рукам, сжимая запястья, заставляя его почти не двигаться. Это могло бы продлиться еще очень долго, но вряд ли О’Доннелл вытерпел бы еще хоть минуту.
- Я хочу тебя, - облизнувшись, он посмотрел на мужчину и, подтянувшись на руках, встал с пола, усаживаясь к нему на колени, - черт, как же я хочу тебя, - и снова поцелуй, еще более страстный и жаркий, чем все они до этого момента, - хочу, чтобы ты был во мне так долго, сколько это вообще возможно, Логан, - он застонал от собственных слов и запустил пальцы в волосы Фримена, осторожно сжимая их, - хочу, чтобы не отпускал меня до самого утра и прижимал к себе так, чтобы не хватало воздуха. Трахал так, чтобы я кричал. Громко. Чтобы просил тебя о продолжении, умолял тебя со слезами на глазах, а сразу после выгибался под тобой, бился в твоих руках от сумасшедшего оргазма, пронзающего тело словно электрическим током. Только ты можешь сделать это со мной. Блядь, Фримен, трахни меня.
Он содрогнулся и повел плечами, понимая, что, возможно, зашел слишком далеко в этих красочных описаниях, что потом, скорее всего, будет вспоминать это и жутко краснеть, а уж если Логан действительно оставит запись, то Калеб и вовсе сгорит со стыда. Но это не имело значения сейчас. Ему было плевать абсолютно на все, кроме одного. Одного человека, находящегося в опасной близости и возбужденного, кажется, не меньше самого мальчишки. Жар его тела чувствовался, как никогда близко. Прижавшись к Фримену, Калеб уперся ладонями в спинку дивана и впился в его губы, не сдерживая стонов, выдыхая прямо в рот мужчине и проскальзывая туда языком. Выгнув спину, он немного отстранился, даже не пытаясь отдышаться, и уже в который раз облизывая припухшие и немного покрасневшие губы. Странно, но сейчас Калебу не хотелось абсолютно никакой романтики. Наверное, во всем был виноват алкоголь, лошадиная его доза, подействовавшая так на парнишку. Но он уже ничего не мог с собой поделать. А главное, даже не хотел этого. Все то, что происходило между ними сейчас, заводило молоденького студента, не видевшего такого даже на экране телевизора. Это, наверное, должно было поразить его, но вряд ли подобные мысли могли посетить кудрявую голову Калеба, снова и снова целующего Фримена, не желая хоть на секунду отрываться от этого занятия.

+1

38

Логан не был пьян. По сравнению с мальчишкой, он вообще мог считаться абсолютно трезвым, не беря во внимание то, что несколько сделанных им глотков скотча, очень гармонично легли на "старые дрожжи", и теперь мужчина чувствовал, как все его тело постепенно обволакивает приятная расслабленность. Однако разум его оставался чист достаточно, что бы понять, на сколько Калеб неадекватен.
Это удивляло. И это раздражало. Да, именно так, потому что Фримен был искренним, когда говорил о том, что мальчишка нравится ему таким, каким он предстал перед Логаном в первый раз. Должно быть, именно это и стало решающей причиной, по которой Логан обратил на него свое внимание еще там, в парке. Не было во взгляде Калеба той надменности и наглости, присущей большинству современных молодых людей. Не было, но теперь, как будто, появилось. Или это было совсем иное, то, чего мужчина не мог понять.
Когда парень вновь повернулся к нему, Фримен все еще ощущал на своей руке его прикосновение. Оно чувствовалось, как будто Калеб по прежнему сжимал на ней пальцы, пытаясь убрать от своих волос. Даже эти незатейливый и обычные, на первый взгляд, действия складывались в нечто невообразимо приятное, заставляющее ощущать себя как будто не в этой реальности. Фримен не мог понять, от чего его настроение так переменилось. Ведь не только от того, что его плоть, которую ласкал мальчишка, была возбуждена до предела. Было что-то еще и мужчина не сразу осознал, что именно действует на него еще сильнее, чем близость Калеба, его немного сумасшедший взгляд и прикосновения. Логану нравилось смотреть, и сейчас он был не только участником и слушателем, но еще и наблюдателем.
Он слушал. Слова мальчишки вновь казались такими наивными, но они приятно ласкали слух.
Он смотрел. Сначала на Калеба, который едва смог подняться на ноги, а потом на то, как он раздевается, оставляя зачем-то белье.
И снова слушал, не отрываясь глядя на мальчишку и удивляясь тому, как сильно спиртное способно развязать..... не только язык. "Твой мальчик". Логан сам не мог бы сказать точнее. Хотел-ли он вообще говорить об этом? Даже если нет, это было бы правдой. Он, Логан Фримен, пока еще мэр этого славного города, сидел на диване в гостиной огромного лофта со спущенными брюками, торчащим на 12:00 членом, и вздрагивал всякий раз, когда его груди касались теплые и мягкие губы мальчишки. И он не хотел терять это ощущение, и тем более делить его с кем-то еще. Определенно, делиться у Логана не получалось, особенно тем, что он считал своим. Поэтому, да, мальчишка был его. Не только сейчас, когда его пальцы расстегивали рубашку, а губы, сначала касающиеся торса, теперь целовали его, следом за этим принявшись ласкать плоть мужчины, заставляя его постанывать, приподнимать бедра в попытке получить еще больше наслаждения, путаться пальцами в темных кудрях и сжимать их, но теперь не сильно, лишь для того, что бы почувствовать их шелк на коже.
- Я хочу тебя.
Фримен не сразу понял, что Калеб прервался. Он осознал это лишь когда почувствовал на своих губах его губы, еще более горячие и влажные, чем прежде, тут же сжав ладони на его боках, проводя ими вверх и касаясь его шеи. И снова слова, но теперь уже такие, от которых невозможно было просто отмахнуться. Уже знакомым жестом Фримен запустил пальцы в волосы Калеба и сжал их, прижимаясь лбом к его лбу, не отрываясь глядя на его губы и прерывисто выдыхая на них едва слышные хрипловатые стоны. Все, до единого слова, походило на какое-то безумие, которое не только подстегивало Логана, разжигая возбуждение в нем еще сильнее, но и грело его самолюбие. Его мужское самолюбие.
Без преувеличения, еще никто и никогда не просил о подобном Логана, нет, не так откровенно, а так искренне, с таким азартным блеском в глазах и дрожащими губами, которые еще минуту назад скользили по возбужденной плоти мужчины. Все это выглядело слишком натурально, что бы быть фальшивкой. И то, что Калеб был сильно пьян лишь еще больше доказывало это. Как говорится, что у трезвого в голове, то у пьяного на языке. Придя к этой мысли, Логан шумно выдохнул, в тот же момент почувствовав новый поцелуй, еще более горячий и глубокий. Логан отвечал на него, как и его тело, с готовностью голодного младенца присосаться к материнской груди. Хотя, в их с Калебом ситуации подобное сравнение больше подходило мальчишке. Правда, то была совсем не грудь, и уж точно не материнская, но сути это не меняло, как и не могло изменить эмоций, которые нарастали с каждой секундой, грозя обрушиться шквалом на тело и разум.
За все это время Логан не сказал ни слова. Он лишь прислушивался к себе, понимая, что ему нравится этот небольшой спектакль, устроенный мальчишкой. Он не рассчитывал ни на что подобное, когда ехал сюда, но с готовностью поддержал игру, ко всему прочему решив запечатлеть этот уникальный вечер. Фримен едва не забыл об этой небольшой детали, но стоило поцелую прерваться, мужчина невольно бросил взгляд на экран. Ничего не изменилось. Там по прежнему были они оба и Логан вдруг поймал себя на мысли, что залюбовался обнаженной спиной мальчишки и изгибами его тела. Ладонь скользнула вдоль позвоночника Калеба вниз к кромке его белья, а Фримен продолжал наблюдать за движением своей руки, чувствуя, как пальцы плавно перемещаются по гладкой коже.
- Развернись, - если бы голос мужчины не был сейчас таким тихим, с придыханием, это можно было бы расценить как приказ. И, судя по дальнейшим действиям Логана, это он и был. Переведя взгляд от экрана к глазам мальчишки, Фримен слегка подтолкнул его, заставляя подняться и повернуться к нему спиной. Поднялся и он сам, скидывая с себя рубашку и брюки так быстро, как это было возможно.
Встав позади Калеба и глядя на его "отражение" на экране, Логан очень медленно провел ладонями вдоль его тела, как будто нарочно растягивая агонию, хотя сам чувствовал, как его плоть болезненно пульсирует от желания как можно скорее оказаться внутри молодого и слишком тесного тела Калеба.
Ладони опустились на бедра мальчишки, задержавшись на них всего лишь на секунду, после чего двинулись дальше, но уже вместе с бельем, так неумело скрывающим возбуждение парня. Фримен смотрел, даже когда ему пришлось немного опуститься, что бы завершить начатое.  Он смотрел, невольно облизывая губы от созерцания возбужденного члена, переводя взгляд к лицу Калеба.
- Разве это не самое прекрасное зрелище? - хриплый шепот прямо в ухо мальчишки и последнее, что сказал ему Логан. Прижимаясь грудью к его спине, мужчина подался вперед, наклоняясь, дотягиваясь рукой до небольшого столика и смахивая на пол все, что на нем было, включая собственный пиджак и переполненную пепельницу, содержимое которой теперь украшало дорогую ткань костюма. Сейчас Логану было плевать даже на это. Очень показательно, учитывая, что Фримен не терпел подобного отношения к вещам. Никогда. Но теперь все его внимание было сосредоточено на мальчишке, который стоял перед ним на коленях, лежа грудью на прозрачной столешнице; на его ягодицах, призывно раскрытых в ожидании, когда мужчина, наконец, сделает то, о чем его просили; на красноватой дырочке, которая еще не зажила после бурных выходных, проведенных в компании Логана; на собственной плоти, которую Фримен сжимал у основания, направляя и прижимая к плотному ободку ануса парня.
Мужчина чувствовал, как головка коснулась горячей кожи и был готов продолжить. Но что-то его остановило. Лога облизал пальцы, как следует смочив их слюной, и тут же провел ими между ягодиц Калеба. И опять это ощущение, когда плоть прижимается к теперь уже влажной промежности. Он двинул бедрами, не спеша, чувствуя, как плавно протискивается его член в тело мальчишки. Почти так же, как в первый раз. Логан помнил это и не сдержался, хрипло простонав, откинув голову назад и прикрыв глаза. Он понимал, что должен быть осторожен, но уже не мог совладать собой. Опустив голову, Логан встретился взглядом с самим собой, но почти сразу же опустил его к той части экрана, где был показан Калеб. Жар хлынул к лицу Фримена и он почти физически ощутил, как вспыхивают в его глазах искры непреодолимого желания продолжить. Тепло разлилось по всему телу, ладони сильнее сжались на бедрах мальчишки, и Логан резко вошел в него до предела, заставляя себя сдерживать рвущийся наружу стон. Сейчас он хотел слушать только его, Калеба, и ощущать как он извивается под ним. Он хотел этого и всего того, о чем говорил мальчишка, и чего добивался Фримен с каждым новым движением бедрами, которые начались с плавных, но постепенно превратились в резкие и уверенные толчки, с силой сталкивающие два совершенно разных тела и превращая их в одно целое.

+1

39

Это было какое-то совершеннейшее безумие, Калеб не понимал, что творит, однако, ни за что не хотел, чтобы все это прекращалось. Так странно и непривычно было ощущать себя абсолютно свободным от постоянных преследовавших на каждом шагу комплексов, а еще это стеснение, сопровождающееся обычно румянцем на щеках… его тоже как рукой сняло. И это радовало, но, похоже, только самого мальчишку, а вот Логан был явно чем-то разочарован, и это нельзя было не заметить даже сквозь такое не самое адекватное состояние. Но все продолжилось, как и хотел Калеб. Его смущало, пожалуй, только то, что все происходящее отражалось на экране телевизора, а еще, кажется, записывалось, поэтому он даже не пытался смотреть в ту сторону, бросая лишь быстрые взгляды и вновь отводя глаза. Куда больше его занимал тот, кто сейчас стоял позади него, чьи сильные руки оглаживали его тело, чей хриплый и тихий голос Калеб узнал бы теперь, наверное, из тысячи самых разных. Кто бы только знал, как О’Доннелл хотел продолжения. Сколько можно медлить?! Мужчина явно наслаждался открывшимся ему зрелищем и именно поэтому не спешил. У Калеба вдруг появилась мысль о том, что еще никогда и никто не делал ему комплиментов, а уж тем более по поводу его красивого тела или мордашки. Он даже не знал, как правильно нужно реагировать на такое, а Фримен неоднократно повторял, что мальчишка красив. Это должно было льстить, но вместо такой реакции молодой студент улыбался немного глупо и краснел. Если бы сейчас в нем не было так много алкоголя, он снова залился бы краской, наверное, с ног до головы, чем привел бы в восторг Логана, но… не получалось, как бы он не старался. Да и к черту все это! Какая разница, когда совсем рядом, в опасной близости от тебя находится тот, кого ты хочешь больше всего на свете? Любишь больше всего, ценишь и даже уважаешь… несмотря на все то, что уже знал о господине мэре Калеб, он готов был мириться с чем угодно, только бы мужчина был рядом, только бы парнишка имел возможность сказать ему, что любит. Глядя прямо в глаза совершенно необыкновенного голубого цвета. Только вот в эту минуту такой возможности у Калеба не было, но он абсолютно не жалел, просто потому что до сих пор ему в голову не пришло ни одно по-настоящему романтичное слово. Даже самое главное признание, которое всегда вызывало целую бурю всевозможных эмоций, как-то меркло по сравнению с другими, более важными желаниями.
Тихо простонав, мальчишка лег на стол, вздрогнув от соприкосновения с прохладным стеклом. Жарко выдохнув, он заметил, как стеклянная поверхность запотела и тут же закрыл глаза, нервно облизывая губы, едва сдерживаясь от того, чтобы не начать кусать их в нетерпении. Фримен будто мучил его, заставляя испытывать не просто возбуждение, а уже вожделение, которое с каждой секундой росло и давало о себе знать немного болезненными ощущениями внизу живота. Схватившись за столешницу пальцами и сильно сжав ее, так, что побелели костяшки, Калеб напрочь забыл об осторожности. Он наверняка мог порезаться, если бы совершил хоть одно неверное движение. Но и на это ему было плевать. Выгнувшись, он, наконец, почувствовал прикосновения Логана и простонал снова, тихо захныкал и невольно подался вперед, пытаясь уйти от боли. С силой стиснув зубы, он задержал дыхание, но всего на несколько мгновений… резко откинув голову назад, он немного приподнялся, ощущая Фримена в себе и теперь двигая бедрами ему навстречу. Он весь дрожал, негромко поскуливая в такт каждому движению Логана, не сдерживаясь больше и обхватывая ладонью собственную плоть. Простонав от этого еще громче, Калеб вновь упал на стеклянную поверхность и прижался к ней лбом, одной рукой продолжая ласкать себя, обводя большим пальцем головку и осторожно, но все же крепче сжимая пальцы на члене. Чертово возбуждение становилось почти невыносимым и мальчишка понял, что вряд ли сможет держаться очень долго, но ведь ему так хотелось продлить эту близость… вспоминая сказанное им сего пару минут назад, О’Доннелл немного развернулся к Логану и почти неслышно, одними губами проговорил:
- Я хочу еще. Пожалуйста. Глубже, - и как только он мог говорить все это?
Будь Калеб трезвым, он бы, наверное, ни за что не решился произнести даже четверть из того, что уже выдал сегодня. В самый неподходящий момент он приоткрыл глаза, уже почти невидящим взглядом обводя комнату и… наталкиваясь на себя же в экране телевизора. Резко он закрыл лицо ладонями и развернулся в другую сторону, понимая, что неумолимо и густо краснеет. Но как бы мальчишка не пытался уйти от этого, картинка преследовала его даже теперь, стояла перед глазами. И эти слова… почувствовав новую волну возбуждения, разливающуюся по телу, он повел плечами и смог-таки убрать руки от лица, снова хватаясь пальцами за столешницу, начиная глухо постанывать, судорожно сглатывая и шире приоткрывая губы, облизывая их, сохнущие от тяжелого и прерывистого дыхания, все чаще.

+1

40

С каждым новым движением мыслей в голове становилось все меньше. Важных мыслей, потому что они постепенно заменялись теми, что крутились лишь вокруг происходящего. На какое-то время Логан забыл о том, что можно наблюдать за происходящим на экране большого телевизора, и просто отдался на волю тех ощущений и эмоций, которые чувствовал в себе. Они были сильными. Не такими, как в первый раз, но очень близкие к этому. Жар внутри тела не унимался и он не скапливался где-то в одном месте, а как будто охватывал все его, постепенно перебираясь и наружу. Кожу начало покалывать, вдоль позвоночника прокатывался приятный холодок, и это говорило только об одном - мужчиной овладевает азарт. Но он все еще помнил себя, да и выпил совсем немного, поэтому просто наслаждался тем, что было сейчас.
Фримен слышал стоны мальчишки сквозь собственное тяжело и хриплое дыхание, которое время от времени тоже превращалось в стоны. И когда это происходило, мужчина начинал двигаться немного медленнее, словно растягивая удовольствие и продолжая утопать в нем. Его пальцы сжимались на бедрах Калеба и после них оставались следы. Он не видел этого, но чувствовал, поскольку ладони начинали неметь, требуя отдыха. Логан давал им отдых, ослабляя хватку, или вовсе перемещая руки на спину мальчишки, проводя по ней кончиками пальцев и ощущая, как она становится влажной. Тоже происходило и с ним. Вдоль спины вниз начали скатываться прохладные капельки пота, исчезающие в ложбинке между ягодиц и прибавляющие новых ощущений, щекочущих и возбуждающих еще больше. Пах тоже стал влажным и теперь удары о ягодицы Калеба казались более мягкими. Хотя, возможно, это так и было. Логан терялся в том, что испытывал, но определенно ему это нравилось......
- Я хочу еще. Пожалуйста. Глубже.
О, как же невыносимо приятно было услышать в этот момент подобное. Жалость, если так можно назвать нежелание причинять беспричинной боли, к мальчишке моментально улетучилась и азарт, на время запрятанный Фрименом подальше, разгорелся с новой силой.
Он приоткрыл глаза, тяжелым взглядом уставившись на экран и облизав губы. Зрелище, которое он пропускал находясь сзади мальчишки, нельзя было отнести к разряду невинных. В этом он и не сомневался, но все же не ожидал увидеть Калеба в таком состоянии. Словами описать такое было не реально. Да и к чему слова, когда все, чего хотелось Фримену, это усилить те эмоции, что завладевали им все сильнее. Свои и эмоции Калеба, конечно.
Он не стал спешить с выполнением просьбы парня, как и в первый раз нарочно и вопреки обоюдному желанию замедляясь на столько, что его плоть едва двигалась внутри тесного тела. Проведя ладонью вверх по спине мальчишки, Логан вначале сжал пальцы на его шее, а потом настойчиво запустил их в его волосы, безжалостно сжимая темные пряди и резко притягивая к себе, не отрываясь наблюдая за лицом Калеба.
- Скажи это, - выдохнул мужчина, немного повернув голову, но лишь для того, что бы провести кончиком языка по мочке уха своего молодого любовника. Кажется так назвал себя Калеб. Чтож, это было правдой, - Скажи громче, - настаивал Фримен и не собирался отступать до тех пор, пока мальчишка не повторит своих слов.
- Я не расслышал. Ты просил, что бы я двигался медленнее или совсем перестал? - продолжая эту странную игру, Логан двинул бедрами назад, сжав ладонь на бедре парня и продолжая удерживать его за волосы. Он почти вышел из него, но в последний момент резко подался бедрами вперед, с силой вжимаясь пахом между ягодиц мальчишки и срываясь на протяжный стон.
Он причинял боль, но не только парню, хотя вряд ли в состоянии такого сильного опьянения Калеб чувствовал ее так же остро, как пару дней назад. Логан понимал это, как и то, что сейчас мальчишка может не отдавать себе отчета в происходящем. Ему было плевать, и даже больше. Фримен собирался не только не обращать на это внимания, он намеревался воспользоваться этим. Без особой необходимости он еще раз дернул мальчишку за волосы, склоняясь к его шее, что бы сомкнуть на ней свои зубы, кусая его в кровь. Он даже почувствовал ее металлический солоноватый привкус у себя во рту, от чего-то блаженно прикрывая при этом глаза и размазывая выступившие красные капли по шее парня. И снова движение бедрами. Плавное назад и слишком резкое вперед, обратно, погружающее плоть Фримена в тело мальчишки до предела. И снова с губ мужчины сорвался хриплый стон, больше похожий на крик, но слишком приглушенный его поцелуем в скулу Калеба. И все же он выдохнул его прямо на кожу мальчишки, на несколько секунд открывая глаза и немного отстраняясь, что бы вновь взглянуть на ставшую мутной поверхность экрана. Это было странно, но Логан вдруг понял, что его возбуждение стало слишком сильным и попросту мешает четкости зрения, как и здравости рассудка. Он разжал пальцы в темных кудрях парня, но ненадолго, вновь вцепляясь в них и вместе с Калебом подаваясь назад. Захотелось сесть, прямо на пол, и что бы парень сел сверху, придавливая плоть мужчины своим весом и неизбежно делая проникновение в него максимально глубоким. Логан никогда не противился своим желаниям и сделал это, чувствуя как пяток касаются его ягодицы. В любой момент можно было снова встать на колени и продолжить то, что он начал, но пока в его планах было совсем другое. Он взглянул на экран и широко улыбнулся увиденному. Он смотрел, как его ладонь обхватывает подбородок мальчишки, поворачивая его немного, что бы можно было впиться в мягкие и припухшие губы жадным поцелуем жаждущими ласк губами. Хотя "ласки" это последнее слово, которое сейчас подходило. Логан почти кусал губы мальчишки, постанывая прямо в поцелуй и стараясь не отрываться от них на долго, лишь для того что бы сделать глубоких вдох, а потом вновь продолжить. И все же он прекратил это, и снова стал наблюдать, но теперь уже за тем, как его пальцы касаются приоткрытых губ Калеба, как скользят по ним и настойчиво проникают ему в рот. Фримен не выдержал и прикрыл глаза, сходя с ума от ощущения скользящих по языку пальцев. Он словно поглаживал его, на время вынимая их изо рта мальчишки и обводя его губы, но потом вновь погружал внутрь, как будто это были не его пальцы, а плоть, все это время раздирающая анус парня. Логан распахнул глаза. Оказалось, что он не мог не смотреть на реакцию Калеба, потому что именно она распаляла его все сильнее. Он увидел его лицо, то, что делает сам и невольно простонал, немного приподнимаясь и делая одно не слишком сильное движение бедрами. Его губы коснулись уха мальчишки, пальцы выскользнули из его рта и опустились по груди к животу, оставляя после себя влажных след.
- Если будешь таким слишком часто, - прохрипел Фримен, перемещая руку на внутреннюю часть бедра парня и поглаживая его, - я ведь и влюбиться могу.
Широко раскрыв глаза, мужчина опять смотрел на самого себя, пытаясь понять чем именно были эти слова - правдой или же желанием поощрить мальчишку? Или очередной угрозой в его адрес? Он так и не понял, но зато четко ощутил, как в его теле начинают напрягаться мышцы, болезненной пульсацией требуя продолжения. Он поднялся, заставляя и мальчишку сделать тоже самое, вновь прижимая его грудью к столешнице и начиная двигаться. Теперь именно так, как его просил Калеб - резко, быстро, глубоко, мешая дыхание со стонами и криком наслаждения, который невозможно было сдержать в тот момент, когда плоть начала пульсировать в тесном теле, разряжаясь прямо в него, заставляя испытывать то, ради чего Фримен пошел наперекор своим принципам и правилам, вместо особняка приехав сюда, в этот лофт.

+1


Вы здесь » QaF: last story from Pittsburgh » √ архив локационной игры » Лофт Фримена