QaF: last story from Pittsburgh

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Audi Q7

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

http://www.simplycars.ru/uploaded_files/photos/audi/800/5718.jpg

0

2

Редакция газеты "Pittsburg's weekdays" ---------

Скажите на милость, что это сейчас было? Какой черт за ногу дернул вообще подойти и к этой женщине? Так, хватит… Струсил? Возможно… Слишком уж эта женщина сурова в гневе. Хотя раньше подобное заводило. Да я блин, камикадзе был! – пронеслась мысль в голове Арнольда в тот момент, когда Виктория произнесла фразу о поэтичности его самокритики. Лишь цель примирения не дала мужчине закатить глаза к нему, начав по привычке огрызаться в ответ. Глубокий вздох, досчитать до десяти. Это же Виктория… Долго злиться она не умеет.
-Я всегда четко подмечаю то, что творится как вне меня, так и в моем поведении… - спокойно произнес Арнольд, надевая очки обратно. Хоть похмелье и оставило мужчину, но глаза его были слишком выразительны для обычного рабочего утра.
Пора завязывать… А то проблемы начнутся…Начнутся? Ты тормоз, чувак! Они у тебя давно начались, ты не заметил? Именно поэтому ты сейчас строишь из себя последнего болвана перед бывшей... - подумал Бекфлай, подходя к машине миссис  Фримен. Машинка была ничего себе, вполне подходила для Вики. Так сказать, женщина в ней прекрасно смотрелась. В конце концов за совершенное недавно, действительно, стоило бы забыть о гордости. Поступок был, действительно, низким и недостойным. Да и на месте Виктории, Арнольд так просто не спустил бы это с рук виновного, надо отдать должное ей. Да и в первый ли раз? Сколько подобное повторялось? Подобное ни разу, но остальные выходки Арнольда никогда не отличались тактичностью и здравым смыслом. Может стоило бы записаться к психологу? Поговорить, разобраться в себе? Что за дебильная манера себя вести, будто мальчишке?
Сев в машину, Арнольд посмотрел в окно. Голова вновь начинала неприятно гудеть. Кофе! Необходим был кофе!
От сказанного далее Арнольд чуть было не послал все свои благостные намерения к черту, лишь вовремя себя остановив. Естественно, кто бы смог удержаться на месте Виктории от какой-нибудь язвительной шуточки? Спасибо, что в ее случае все ограничилось подобным. Спасибо, что она не стала ничего говорить на тему «Поджал хвост и прибежал с извинениями»… Тоже выглядело бы эффектно!
-Ой, Вики, меньше всего я сейчас готов вспоминать прошлое. Уж извини, я решил начать жизнь заново! – последнее было сказано с усмешкой, словно Бекфлай и сам не верил в собственные слова. Точнее в то, что из этого что-то выйдет. Не для таких как журналист! В его жизни всегда существовало два вида грабель: старые и любимые, что называется. Арнольд слабо верил в то, что сможет на пятом десятке измениться кардинальным образом, да еще и в лучшую сторону. Не из тех он был людей.
Машина мягко тронулась с места, четко следуя указаниям владелицы. Повернувшись в полоборота к Виктории, Арнольд молча смотрел на женщину. Судя по ее виду, денек у нее не задался. Но в душу лезть сразу как-то было не самой лучшей идеей.
-Я не помню, спрашивал ли тебя, но… У тебя нет психоаналитика? Я пришел к мысли, что он мне просто необходим… - чуть хриплым голосом произнес журналист, мало следя за дорогой, все больше за выражением лица женщины, ловя мельчайшие изменения в нем. Что последует следом? Смех? Новый язвительный выпад? Арнольд уже и сам стал придумывать возможные варианты ответа, самым слабым из которых было пожелание идти к психиатору или наркологу, что бы уж точно попасть по адресу.
-Да, можешь посмеяться надо мной, разрешаю... - усмехнувшись, мужчина отвернулся на мгновение к боковому окну, - Спорю на миллион, у тебя дела не в пример лучше...

+2

3

>> Редакция газеты "Pittsburg's weekdays"

Сдержанно кивнув охраннику у выхода из редакции газеты, Виктория быстрым шагом преодолела расстояние до своего парковочного места, и, отперев двери автомобиля, забралась внутрь. Слабый огонек надежды на то, что разговор с Арнольдом не свернет по привычке в сторону взаимных оскорблений и претензий, все еще теплился в ее душе. В конце концов, двое взрослых и адекватных - с поправкой на тотальное отсутствие такта и выдержки у обеих сторон - людей вполне могут мирно сосуществовать рядом определенное количество времени, если приложат к этому должные усилия. За себя женщина могла ручаться - спорить с бывшим любовником сегодня не входило в ее планы. Да и заподозрить журналиста в желании поддеть побольнее было невозможно, ведь именно с его стороны прозвучали первые нотки намечающегося пакта о перемирии.
- Пристегнись, наблюдательный ты мой,  -скомандовала она в своей обычной привычке, проверив положение зеркал и самолично застегнув свой ремень безопасности. Повернув голову на сто восемьдесят градусов и закинув руку за подголовник сидения своего спутника, лихо сдала назад, чуть было не зацепив боковым зеркалом крыло машины слева, - И прекрати говорить таким голосом, будто бы я тебя хоронить везу. Эта твоя выходка не была первой, и к таким сюрпризам я давно привыкла, так что давай оставим эту тему. Я не злюсь и не обижаюсь.
Наверное, это было странно, но Фримен действительно не злилась. К происшествиям такого рода она была подготовлена основательно и относилась к ним с большой долей философии, и с меньшей - снисходительности. Обижаться или затаить зло на Арнольда значило бы в ее понимании дуться на маленького ребенка, по неосторожности напакостившего в самый неудачный момент. Делать это было, по меньшей мере, глупо.
- Я не помню, спрашивал ли тебя, но… У тебя нет психоаналитика?
Сидевший вполоборота журналист не мог не заметить, как стремительно взлетела вверх бровь француженки, внимательно наблюдающей за дорогой. Да и сложившиеся сами собой в улыбку губы выдали ее с головой в первую же секунду. Тем не менее, каких бы усилий ей это ни стоило, она предпочла не язвить в ответ, а не глядя достать из клатча белую визитную карточку с симпатичной эмблемой в углу.
- Агата Кляйн, моя подруга. Вправила мозги многим моим знакомым, да и мне помогала не раз, когда я даже не подозревала о том, что нуждаюсь в сеансе психоанализа. И не переживай за то, что она может рассказать что-нибудь мне. Она настоящий специалист. Врачебная тайна для нее - святое.
Викки показала крайне неприличный жест в сторону только что подрезавшего ее внедорожника и сильнее вдавила педаль газа, намереваясь догнать обидчика и наказать его. Поравнявшись с автомобилем на перекрестке, коротко взглянула в сторону, но за тонированными стеклами разглядеть водителя было невозможно. Она рванула с места, как только загорелся зеленый.
- Ну, лучше или хуже - очень относительные понятия. Лучше, чем вчера, хуже, чем могло бы быть в принципе... Но я не жалуюсь, - она взглянула на мужчину поверх очков и улыбнулась, на этот раз искренне, - Ты голоден или обойдемся кофе? Вот же тварь! - женщина прибавила газу, не давая неуемному водителю внедорожника обогнать ее, и успокоилась, лишь когда подрезала его в ответ, - И кстати, прости за нескромный вопрос, но когда ты успел измениться настолько, чтобы добровольно пойти на встречу с мозгоправом?

+2

4

- И прекрати говорить таким голосом, будто бы я тебя хоронить везу. Эта твоя выходка не была первой, и к таким сюрпризам я давно привыкла, так что давай оставим эту тему. Я не злюсь и не обижаюсь.
-Как скажешь, мамочка... - на автомате ответил Арнольд, с легкой усмешкой наблюдая за тем, как Виктория вела машину. Что и сказать, женщины в этом плане очень необычное зрелище. Нет, Арнольд не был шевинистом никогда. Раз женщины хотели равноправия, ради Бога. Сами же при этом подвержены двойным стандартам...Хотят водить машину, но требуют, что бы их пропускали на дороге. Так и в жизни... Бекфлай вспомнил свою подобную игрушку. Всю жизнь его маркой был Мустанг. Еще в старшей школе он за пару сотен баксов купил поддержаный мустанг и так гордился им, так любил его. Он было тогда не забросил журналистику, проводя в машине целые сутки. Но когда его доблестный пожилой конь совсем счах, пришлось искать ему замену... Уже во время выпускных экзаменов в университете. Поддержаный форд мустанг 89го года уже не катировался. Нужен был статус. Как ни больно было расставаться со старым другом, но выбора у молодого и наивного тогда журналиста не было. Хотя фирме он остался верен, полностью влюбленный в эту эмблему серебряного коня, парящего на свободе. Что-то по Фрейду, милый друг...
Его же последняя машина осталась в Нью-Йорке у какого-нибудь нового владельца. Да и пользовался-то последним железным конем мужчина немного. Когда отвратительная привычка Бекфлая еще не взяла над ним полный вверх, он довольно неплохо ездил, но садясь каждое утро с похмельем, все труднее и труднее было управлять машиной. Пришлось пересесть на такси...
Сейчас, раз уж Арнольд решил завязывать, стоило бы вновь подумать о собственной машине...
- Агата Кляйн, моя подруга. Вправила мозги многим моим знакомым, да и мне помогала не раз, когда я даже не подозревала о том, что нуждаюсь в сеансе психоанализа. И не переживай за то, что она может рассказать что-нибудь мне. Она настоящий специалист. Врачебная тайна для нее - святое
Арнольд посмотрел на протянутую визитку, запоминая амя врача. Девушка... Вновь девушка... Мир окончательно вернулся в матриархат. Усмехнувшись, мужчина убрал небольшую картонную карточку в нагрудный карман пиджака, посмотрев на блондинку.
-Она симпотичная? Меня мало волнует врачебная тайна, я никогда не делал секреты из своей жизни... Будет время - сиду за мемуары. - тихо рассмеявшись, Арнольд проследил за несчастным, в которого был адресован этот многозначительный жест мерши, - Да Вы хулиганка, миссис Фримен! - с улыбкой отметил мужчина, задумываясь, как же все-таки однобоко он знает Викторию. Подобных жестов из ее адреса он никогда не видел, что еще ему осталось неизвестным? А он в свою очередь просто открытая книга... И не самая интересная...
- Ты голоден или обойдемся кофе? Вот же тварь!
Собравшись было ответить, Арнольд не смог из-за приступа смеха, что обуял его. Он мало был свидетелем вождения девушек, сидя с ними рядом, а не в другом машине. Видимо Арнольд был самым спокойным человеком за рулем, судя по всему. Он никогда не кричал и не ругался на помешавших ему, он просто молча воспитывал наглецов. Хотя это было прежде. Кто знает, что сейчас в нем изменилось и изменится...
-Надо бы подумать о покупке машины... Такси уже надоели... В Питтсбурге есть салон Форда? - поинтересовался, мужчина, поздно вспомнив о вопросе девушки. Поесть бы стоило, но тут в голову пришла ужасная мысль. Точнее осознание о том, что дома у него остался ребенок. Как-то за всеми перепетиями этого дня, Арнольд успел забыть прошедшую ночь, - Да поесть надо бы... Да и выпил бы я чего, - хмуро добавил Арнольд, на секунду закрывая лицо радонями. Воспоминания о шумной девчонке слишком резко вернулись в его голову, заставляя боль взыграть с новой силой. Удивительное по своим разрушающим масштабам логическое мышление Бекфлая воссоздало в его голове смачный бургер. Точно, вот что ему бы сейчас хотелось... С двойной порцией лука и огурчиков. Рассмеявшись собственной мысли, мужчина, посмотрел на эти гонки на городских дорогах.
-Спокойнее, Викки, этот малый не виноват, что таким глупым способом решил привлечь твое внимание. А что касается вопроса... Прощаю. Я решил измениться сегодня ночью, когда впервые увидел свою шестнадцатилетнюю дочь...
Произнеся это вслух, Арнольд сам не поверил своим словам. Слишком уж это дико звучао из его уст. Но жизнь всегда была очень забавна к нему...

+2

5

- Как скажешь, мамочка...
Скорчив недовольную, но забавную рожицу в зеркало заднего вида, чтобы Арнольд смог насладиться ею сполна, Виктория вновь сосредоточилась на дороге и никак не желающем успокаиваться водителе внедорожника. С одной стороны, небольшая гонка по центру города бодрила, заставляя предельно сконцентрироваться на движении, но в то же время была слишком утомительной для того состояния, в котором сейчас пребывала женщина. Признаваться в том, что реакция мужчины в виде откровенного смеха смутила ее больше, чем она ожидала от себя, француженка не спешила. Мало кто открыто веселился, глядя на ее детские выходки. Впрочем, мало кто знал ее настолько долго, сколько Арнольд.
- Да Вы хулиганка, миссис Фримен!
- Я всего лишь наказываю своего обидчика, - перестраиваясь в крайний левый ряд, чтобы не пропустить внедорожник вперед, и посылая торжествующую улыбку в зеркало заднего вида, - Агата? Я бы сказала, что она красива. Но... Хм, я не потому сказала о врачебной тайне. Может быть, тебе было бы неприятно, узнай я некоторые подробности твоей жизни...
В этом Викки была откровенна: она мало знала о Бекфлае, и еще меньше он знал о ней. Несмотря на достаточно долгое время отношений, о своем прошлом оба они предпочитали умалчивать или обходиться общими фразами. Какое значение имело то, что было ужа давно, и что не имело никакой власти над настоящим? Жить одним днем, мало задумываясь над будущим, и уж тем более над прошлым, было куда проще и удобнее. И не важно, что именно то, что прошло, сделало их такими, какие они теперь есть. Всегда было достаточно просто принимать человека таким, каким он был.
- Значит, поедем в "Blue Note". Ты уже был там? - въедливый внедорожник наконец-то свернул на следующем перекрестке, и можно было полностью переключить внимание на собеседника, - По-моему, есть. Купить Форд для тебя принципиально? Отдаешь дань Великому Генри или мне не померещилась нотка ностальгии в твоем голосе?
Без желания задеть, этот подкол был просто напоминанием о том, в каком русле протекало общение между ней и Арнольдом, сколько она себя помнила. С удивлением отметив про себя, что эта манера ей очень даже по нраву, Ви, наконец, свернула на небольшую парковочную стоянку самого любимого в городе кафе. Свободных мест было хоть отбавляй, и женщина лихо припарковалась в самом центре стоянки.
- Я решил измениться сегодня ночью, когда впервые увидел свою шестнадцатилетнюю дочь...
Очень удачно, что француженка уже успела заглушить мотор, иначе столкновение со стеной здания было бы неизбежно. Не скрывая откровенного изумления, она повернулась к мужчине, забыв даже отстегнуть ремень безопасности и не обращая внимания на то, как неприятно от врезается в грудь и плечо.
- Кого-кого?.. - тупо переспросила она, прожигая журналиста взглядом, - Ты не говорил мне, что у тебя есть дочь, даже тогда... Ну, ты понял, когда.
Фримен на ощупь добралась до ключа в замке зажигания и на автомате закинула брелок в сумочку. Состояние шока было как удар грома средь ясного дела.
- Стоп. Ты сказал впервые? Ты что, не знал о своем ребенке? Расскажешь мне про нее?
В какой-то прострации женщина отстегнула ремень безопасности, и, выбравшись из машины, направилась в сторону двери кафе.

>> Кафе "Blue Note Cafe"  ·

Отредактировано Victoria Freeman (2013-01-25 14:59:58)

+2