QaF: last story from Pittsburgh

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » QaF: last story from Pittsburgh » √ архив локационной игры » Квартира №45.


Квартира №45.

Сообщений 21 страница 23 из 23

21

-Дэниэл, ты посмотри на него, - протараторил, когда юноша наконец-то перевернулся на спину, и Чарли смог увидеть пирсинг, - он такой... такой... - было сложно подобрать слова, и потому мальчишка решил, что потом обязательно придумает красивый и красочный эпитет этому шикарнейшему месту своего возлюбленного, а пока нужно заняться чем-то более приятным для его художника, который, похоже, все же слегка обиделся на ту глупую шутку, которая так и не была озвучена до конца. Все же надо научиться держать язык за зубами, проблем будет меньше, но ведь и Дэни должен понимать, что это все не правда, просто глупость и чушь, в которых нет и толики правды. Разве может он променять его на кого? Человека, который так боится, что ему станет скучно с ним и потому совершает столь приятные безумства, от которых кружится голова, а все тело наполняется возбуждающим теплом. Разве может он променять своего обожаемого Дэниэля, который пошел ради него на такой поистине рискованный и сумасшедший шаг, согласившись сделать принца Альберта. Какой же ты бываешь идиот, Сайлер. Просто самый большой идиот из всех идиотов. - Самый красивый член из всех членов, - прошептал с глупой улыбкой, садясь на Дэниэля и осторожно касаясь пальцем пирсинга. Ему хотелось снова и снова прикасаться к нему, крутить и оттягивать, причиняя легкую боль вперемешку с удовольствием.
Муз так долго выбирал этот подарок, а теперь он на художнике, и его можно хорошо рассмотреть, потрогать. Как мучителен и долог был этот месяц, и как приятен этот момент, ради этого стоило ждать и мучится. Ради этого Грин был готов и на большие жертвы, даже если они и не понадобились. Холодная рука Чарли заскользила по горячему члену вверх-вниз, в то время, как сам мальчишка, до этого сидящий на животе своего художника, приподнял задницу, перенося весь своей вес на колени и наклоняясь вперед еще сильнее. Ягодицы болели. Синяка, от ремня отца и от рук Дэниэля перемешались, и если об одних не хотелось забывать, то о первых хотелось вычеркнуть все воспоминания. Только бы Сайлер не вернулся к этой теме. А чтобы этого не случилось надо сделать так, чтобы он и думать ни о чем не смог. Хитро улыбнувшись, подул на головку, начав двигать рукой еще быстрее. Ему было интересно смотрит ли Дэниэл на него или лежит закрыв глаза? Догадывается ли о том, что его мальчик сделает в следующую минуту, или не хочет думать, надеясь на приятный сюрприз? Чтобы получить ответы на эти вопросы, надо остановиться и развернуться - так много действий, которые совершенно не хочется совершать, ведь они отнимут ценные минуты, во время которых он может сделать приятно художнику. 
Шумно выдохнув и прикусив губу, приподнял задницу еще выше, после начав медленно опускаться на член Дэниэля. Сердце приятно сжалось, а внутри, внизу живота, появилось привычное, необъяснимое чувство, которое возникало каждый раз во время секса с художником, когда ему было особенно хорошо. Это чувство затуманивало разум, заставляло сердце биться еще быстрее, от него пересыхало во рту, а пальцы на ногах сводило судорогой.
Хрипя и тяжело дыша, мальчишка начал двигаться вверх вниз, упираясь руками в постель. Дэни мог видеть только его напряженную спину с блестящими каплями пота вдоль позвоночника, и от это было его наказанием.

Отредактировано Charles Green (2013-01-31 11:17:59)

+2

22

Прикосновения холодных тонких пальцев к горячему, подрагивающему от возбуждения, члену заставили художника прогнуться в спине, уткнувшись затылком во влажную от пота Чарли подушку, сжать пальцами простынь и снова сдавленно проскулить, прикусив губу. Но все еще слишком тихо. Затем щекотка заставляет строй мурашек пробежаться от поясницы и до загривка. Он снова чувствует мягкое тесное нутро мальчишки, поглаживая дрожащей рукой его поясницу. Доводящая до безумия картина: влажная от пота спина Чарли, виден каждый мускул, до того тонка кажется его кожа, тяжелое шумное дыхание их обоих, приятная тяжесть и жар внизу живота, запах их разгоряченных тел, от которого возбуждение становится лишь сильнее, тихие хлюпающие звуки, такие пошлые и потрясающие вместе с тем, ноющая тупая боль от того, что "принц" впивается в нежную ткань головки... Слишком много ощущений сразу. Хотя с Чарли их никогда не бывает мало. С ним действительно не скучно. Каждая встреча запоминается Сайлером до мельчайших подробностей, вплоть до того, какую часть своей многострадальной губы кусал муз в тот или иной момент. И ни от одного из них Дэниэл не в силах, да и не желает совершенно избавляться. Даже если бы воспоминаний вдруг стало бы слишком много, он бы с большей охотой стер воспоминания о любом другом человеке или даже о самом себе, чем о Чарли.
Ему всегда будет мало Чарли, он никогда им не насытится, ему снова и снова будет он нужен, чтобы пытаться утолить свой голод, но никогда он не сможет насытиться им полностью, потому что сам процесс слишком прекрасен, слишком приятен, чтобы взять и завершить его до того самого предельного момента. Будь его воля, Сайлер бы вообще целыми днями только бы и делал, что лежал и обнимался со своим милым мальчиком...ну, и не только бы, обнимался, разумеется.
Не сдержавшись, Дэни обхватил цепкими влажными пальцами бедра Чарли и стал слегка нажимать на них, ускоряя его движения, заставляя до конца насаживаться на член, зато стоны его стали громче, отчего он сам возбуждался еще сильнее. Отчего-то Сайлер чувствовал себя очень не комфортно, издавая громкие звуки, неважно, говорит ли он, стонет, слушает музыку. Но вот сейчас это именно то, что нужно. Если уж совершать что-то для себя не характерное, так идти нужно до конца.
- Аааах...ммм... - вырывается из его груди, отчего художник сначала пугается, затем чувствует новый прилив возбуждения. Значит можно и повторить.
И снова ненавязчиво просит Чарли ускорить движения. Может быть больно? - Потерпи, мой хороший. Тебе же самому потом будет хорошо. - Думает он, не сказав однако ни слова. Как-то и из головы вылетело, что мальчик не умеет пока читать его мысли. Тем более находясь спиной к нему.
- Заставь меня кричать. - Вырывается случайно. И Дэни краснеет, получая от этого тоже какое-то извращенное удовольствие.

Отредактировано Daniel Sailer (2013-02-01 00:53:23)

+2

23

Их громкие стоны, хриплые и сбивчивые дыхания, доходящие до отчаянных ритмов сердцебиения переплетались между собой, сливаясь в самую прекрасную из всех песен, которые Чарли доводилось когда-либо слышать. Послушно подчиняясь рукам, сжимающим его бедра и заставляющим увеличить темп, полностью насаживаясь на возбужденный член, отчего в голове все окончательно перепуталось, а комната перед глазами поплыла, Чарльз наслаждался стонами Дэниэля. Спокойный и сдержанный он никогда не повышал голос, говорил тихо и спокойно, за редким исключением, которые чаще всего и возникали по вине его мальчика, который мог не только принести величайшее удовольствие, но и разозлить, доведя до исступления одним единственным словом. Иногда все же следовало думать над своими словами, которые имели поразительное влияние на художника. Он обязательно поразмыслит над этим как-нибудь потом, а сейчас... громко застонав, срываясь на полу-крик, мальчишка запрокинул голову назад, прикусывая губу, да так сильно, что солоноватый и металлический вкус наполнил его рот, заставляя слабо улыбнуться. Почувствует ли Дэниэл запах его крови? Или пока он еще не настолько силен? Стоны-крики раздирали грудь, рвались наружу, и Чарли не хотел их сдерживать. Здесь в этой квартире, стены которой пропахли краской, они впервые занялись любовью. Кто бы мог подумать, что та случайная встреча в институте может перерасти в нечто подобное. Его стоны, вперемешку со стонами Сайлера наполняли собой комнату, отражались от стен, окна и возвращались, проникая под кожу и переполняя его изнутри.
-Дэниэл, Дэниэл... - отрывистый шепот между стонами. Хочется шептать, кричать, стонать его имя не переставая, ведь оно у него такое безумно красивое, восхитительное, возбуждающие. Вот бы забыть все слова и оставить только его имя в своей голове, чтобы произносить его с различной интонацией и смыслом, чтобы все вокруг него было им одним. - Дэ-ни-эл. - сгибаясь пополам, судорожно захватывая ртом воздух, которого было так мало. Легкие болезненно сжимались, но Чарли не замечал этого, одурманенный любовью и своим пылким художником, который сейчас полностью находился в его власти. Боль в запястьях, в лодыжках, в ягодицах придет потом, когда спадет пелена наслаждения и удовольствия, когда реальный мир перевесит эту любимо пошлую фантазию, из которой так не хочется выпадать.
Строптивый и капризный муз в плену спокойного и покладистого художника. Мечущийся и ревнивый творец в плену яркого и влюбленного вдохновения. Одна из рук скользнула вверх и пальцы с силой сжали бедро юноши, оставляя после себя красные и, наверное, саднящие полосы. Чарли было так хорошо, что он боялся поверить в то, что все это взаправду, что Дэни настоящий и живой, а все это не сон, вызванный усталостью и стрессом.  Ведь стоит только обрадоваться, поверить, как он тут же проснется в крохотной квартире своей матери на скрипучей и старой раскладушке, на которую завалился, как только разобрал свои вещи. Пусть это будет сном, самым волнительным и долгим из его снов, который никогда не закончится.
Горло саднило, будто стоны разорвали его, и теперь только хрипы и всхлипы срывались с покусанных и обветренных губ мальчишки, загонявшегося себя в безумном ритме, чтобы только доставить своему любовнику удовольствие, исполнить его желание и вырвать крик.
-Ахх... я люблю тебя... люблю... - бессвязный и тихий лепет на пару со всхлипами и слезами.

+2


Вы здесь » QaF: last story from Pittsburgh » √ архив локационной игры » Квартира №45.